Да поможет нам Босс! - Дарья Калинина

Однако сделать это оказалось куда трудней, чем даже представлялось подругам. Начать с того, что выпущенная из милиции Лолита пребывала в дурном настроении и наотрез отказалась говорить с подругами о родне своего мужа.

– Какой еще Эмин? Какой еще брат отца Назара? – взвилась она. – Откуда он взялся?

– Вы не знали, что у вашего свекра был родной брат?

– Мне и одного свекра со свекровью хватило! – заявила Лолита, зло блеснув глазами. – Всю жизнь мне отравили. Вечно против меня мужа настраивали, а я его против них.

– И удачно?

– Всю кровь мне выпили! Хорошо еще, в могилу рано отправились. Но сколько мне это труда стоило!

Последнее замечание женщины во многом характеризовало ее. Но ведь по пальцам можно пересчитать невесток, которые бы пылали истинно теплыми дочерними чувствами к своим свекровям. То же самое можно сказать и о последних. Материнские инстинкты дремлют в этих особах, когда речь заходит о подругах, женах или любовницах их сыновей. Что тут виной? Ревность? Страх? Или какие-то несравнимо более глубокие инстинктивные чувства двух самок, которые не могут поделить главенствующую роль и потому постоянно цапаются, сами до конца не осознавая причины своей ненависти друг к другу?

Как бы там ни было, а про родню своего мужа Лолита знать ничего не хотела. Зато ее сестра Анита, услышавшая краем уха этот разговор, улучила момент и незаметно для сестры поманила подруг к себе.

– Вы братом отца Назара интересуетесь? – спросила она. – Зачем?

– Понимаете, наследство старой Гоар Акоповны, – завели подруги надоевшую им уже шарманку, – оно нуждается в наследнике. А раз Назар погиб, то…

– Эмин в наследники не годится! – быстро произнесла Анита. – Он убийца!

Подруги уже слышали про это. И потому особых эмоций у них заявление Аниты не вызвало. Удивляло разве то, что женщина была так хорошо осведомлена о делах семьи Назарянов, изначально не принадлежа к этому роду. Впрочем, причина ее глубоких познаний быстро выяснилась.

– Назар тоже не знал, кому дом отписать, – возбужденно говорила Анита. – Жене у нас не принято оставлять. Обычно детям или внукам. Но у него не было ни тех, ни других. Вот он и думал – либо брату своего отца дом завещать, либо моему Нурику.

Подруги переглянулись. Шустрая особа эта Анита. А по внешности и не скажешь – квашня квашней. А какая оборотистость, когда до дела доходит.

– Но своего дядю Эмина Назар совсем не знал. Слышал только от отца, что тот убийца. И потому дом собирался оставить Нурику. Мой сын – хороший мальчик. Не убийца какой-нибудь!

– Ага, – глубокомысленно произнесла Мариша, мигом просекая ситуацию. – И завещание Назар оставил в пользу Нурика?

– Нет, – с явным сожалением произнесла Анита. – Официально оформить не успел. Только все и так знали, что дом свой Назар хотел оставить моему сыну.

– А Эмин еще жив?

– Жив, – кивнула Анита. – Разве стал бы Назар думать о том, оставить или не оставить дом покойнику?

– И как его найти? Вы знаете?

– Зачем вам общаться с убийцей! Вот мой Нурик!..

И дальше последовала обширная хвалебная ода неисчислимым достоинствам юного Нурика. Его уму, талантам, душевной щедрости, доброте и великодушию. На взгляд подруг, это было явным преувеличением. Что в Нурике и было развито, так это любопытство и стремление сунуть свой нос не в свое дело. Это подруги в нем, безусловно, одобряли. Но вот всех прочих положительных качеств, приписываемых Анитой сыну, подруги заметить в Нурике не сумели.