Строптивая мишень - Татьяна Полякова

— Он просто сказал, забронируй номер в гостинице, ну иглупости всякие: будь внимательна, поужинай… Алеша, если ты думаешь, что у Герыкакие-то тайны были и все такое прочее, то это ерунда. В делах я, может, несоображаю, но Геру знаю как облупленного. Можешь не верить, но он был приличнымчеловеком и никогда ни во что не стал бы ввязываться — я имею в виду что-топротивозаконное. Словчить, схитрить — пожалуйста, но преступление…

— Он мог сам ничего не знать, а когда узнал, взбрыкнул,его и убрали. Перестреляли всех — и концы в воду.

Я опять пожала плечами:

— Не сердись, но как-то это… в общем, не очень верится.

— Напряги извилины, что-то полезное ты вспомнитьможешь.

Легко ему говорить. Я принялась перетряхивать память,выуживая обрывки сведений, услышанных от Наташки. Алексей моей бестолковостиудивлялся и злился Рассвирепев, я рявкнула:

— Чепуха все это! Допустим, мужиков убили из-закаких-то неведомых дел, а подругу за что?

Высказалась и тут же поняла, что дала маху. Лажанулась ты,дорогуша, как говаривал один мой знакомый, тоже покойник,

— Подругу? — спросил Алексей и потянулся засигаретой. — Расскажи-ка мне о подруге.

— В том-то и дело, что никакого отношения к фирме онане имеет.

— А какое отношение, скажи на милость, она имеет кгостинице?

— Да-а, — опечалилась я.

— Расскажи, как ты ее труп обнаружила.

— Я вернулась с дачи и к ней поехала, чтобы разузнать,как дела и все такое… Ее машина возле гаража стояла, не запертая, дверь содвора открыта, это меня удивило. Я вошла в дом, позвала — никого. Иду, а вкоридоре палас мокрый, я в ванну зашла, а она там…

— И ты побежала к Гере, вместо того чтобы звонить вмилицию? Почему?

— Испугалась. Я не могла там сидеть и ждать, когда ониприедут, понимаешь?

— Не очень. Смойся я из квартиры с трупом — это ясно. Атебе прямая дорога к родной милиции, разве нет?

— Может, сейчас все и выглядит подозрительно, но тогдая так перетрусила, что бросилась в машину и поехала к Гере. Гера всегда знал,как поступить правильно. А потом, я просто не хотела быть одна… Ты мне веришь?

— С какой стати мне тебе не верить?

— А когда я увидела Аркадия Юрьевича в кабинете Геры. яподумала, что это, конечно, из-за случая в гостинице. Потому что другой причиныубить всех придумать не могла. И решила, что подругу убили по ошибке, то естьчто искали они меня.

Алексей кивнул, о чем-то размышляя. Беспокойство одолеваломеня все сильней,

— Где работала твоя подруга? — спросил он.

— Нигде. Домохозяйка, — мой энтузиазм таял наглазах.

— А Геру она знала?

— Геру? Конечно. Мы дружили много лет. Слушай, забудь оподруге, она вообще человек особенный, ей до Гериной фирмы никакого дела небыло. Ее интересовали только древние майя.

— Древние кто? — не понял Алексей.

— Майя. Индейцы, жили когда-то в Мексике.

— А-а-а, — протянул он. — И что?

— Ничего. Она историк, занималась этими самыми майя,сидела по двенадцать часов за своим компьютером, писала статейки разные,переводила с испанского, иногда вообще месяцами жила в Мексике.

— Стоп. Ты говорила, что она домохозяйка.Следовательно, замужем?

— Да, — неохотно согласилась я.

— А кто у нее муж? В смысле, чем занимается? Чтобыдомохозяйка по Мексикам раскатывала, бабки нужны.

— Он бизнесмен.

— Ясно. И тоже знал Геру?

— Конечно.

— А какие-то общие дела у них были?

— Были, кажется.

— И что он думает обо всем этом? Ты его видела?

— Нет.

— Почему?

— Он исчез месяц назад, — выпалила я и замерла соткрытым ртом.

— Что? — переспросил Алексей.

— Он исчез месяц назад, — повторила я, бессильноопускаясь в кресло.

— Что значит «исчез»? Я чертыхнулась, взяла сигарету исердито ответила:

— То и значит. Исчез, испарился, был — и нету.

— Давай-ка, дорогуша, расскажи мне об этомподробно. — заявил Алексей, усаживаясь рядом.

Я тяжко вздохнула:

— Рассказывать особенно нечего. Месяц назад Олег, каквсегда, ушел на работу. Его офис на территории старого кирпичного завода. Заводдавно не работает…

— Про завод потом, — перебил Алексей-

— Я хотела для ясности картины. Так вот. Он, какобычно, ушел на работу, звонил домой после обеда, сказал, что задержится. Вполовине девятого подруга проезжала мимо и решила заглянуть к мужу. Он был сГерой, потом Гера уехал, а Олег сказал: вернется позже. На воротах стоятохранники, ну вот, один из них и позвонил ей уже ночью, спрашивал Олега. Онаиспу галась, потому что Олег еще не вернулся. Охранник сказал, что в егокабинете горит свет, дверь распахнута, а его самого нет, и с территории он неуезжал.

Я выдержала паузу, давая собеседнику возможность переваритьинформацию.

— И что? — спросил он, как видно, переварив.

— И все, — сказала я, чувствуя всю глупость подобногоответа.

— Что значит все? — взорвался Алексей. — Егочто, не искали?

— Почему не искали? — обиделась я. — Искали,конечно. Только без толку.

— А в милицию заявляли?

— Да. Их все это не больно-то воодушевило. Спросили,были ли при нем деньги. Естественно, были. Была ли любовница? И прочаядребедень в том же духе. Утешили: деньги кончатся, и муженек, возможно,найдется. У них убийств по городу хватает, а здесь что? Ушел и не вернулся — вовсех газетах по десятку объявлений.

— А что жена? Сидела спокойненько и ждала?

— А что она, по-твоему, могла сделать? Его ребята весьэтот кирпичный завод обшарили сверху донизу. И ничего. Всех, кто мог хотьчто-то знать, опросили — тоже ничего. Был человек, и нету. Одно точно: когдаона к нему приезжала, он был жив и здоров, а через два часа позвонил охранник.Что случилось за эти два часа — тайна. Олег исчез, и месяц о нем ни слуху нидуху.