Строптивая мишень - Татьяна Полякова

— Какая еще цель? Ты просил рассказать, я и рассказала.И ни с каким любовником он никуда не сдернул, потому что его любовником былГера-Алексей присвистнул:

— Ну и компашка у вас. Гадюшник.

— Какая есть. То есть была.

— А вот любопытно, Наташка, про Олега ты все времяговоришь, как про покойника: «был», а о подруге — точно о живой.

— Правда? — Вот черт, надо же… — Это оттого,наверное, что Олег давно исчез, а Дина… не привыкла еще.

— Ага. Интересное кино выходит. Два гомика, у каждогосвоя фирма, люди небед-ные, но чем занимаются — неизвестна. Что, совсем ничегоне знаешь? — усмехнулся он.

— Олег вроде бы перевозками занимался. На кирпичномзаводе у него гараж был. И еще я там контейнеры видела, такие большие.

— Ясно, кто-то что-то возит, кто-то что-то продает. Всвободное время два молодых предпринимателя трахаются, и вдруг один исчезает.Слушай, может, его Гера кокнул? На почве ревности? Надоел он твоему Оле гу, тотрешил начать новую жизнь и к жене вернуться, ну и…

— Глупость какая! Во-первых, они очень любили другдруга. — Тут Алексей фыркнул и головой покачал. — А потом, —разозлилась я, — Гера уехал раньше Динки, и Олег был жив-здоров.

— Гера мог вернуться.

— А охрана?

— Кирпичный завод большой, а охран ники на воротахстояли. Перемахнул твой Гера через забор или в дыру какую пролез, — внаших заборах дыр сколько хочешь — и укокошил любовничка.

— Ты меня нарочно дразнишь? Издеваешься? То у тебявыходит, что всех перестреляли. потому что Олег пропал, то вдруг Гера Олегаубил. А остальных кто, тень отца Гамлета?

— Так ведь и с Олегом не все ясно. К примеру, почему ондолжен быть покойником? Ведь труп так и не нашли.

— О Господи, только не говори, что Олег вернулся и вобиде на Геру всех перестрелял.

— Ладно, поваляли дурака, и хватит. На тебя охотятся.Причину нужно здесь искать — это как дважды два.

— Интересно, откуда такая уверенность? — съязвилая.

— Интуиция подсказывает, — усмехнулся Алексей.

— А-а-а, тогда конечно.

— Олег кому-то мешал, его убрали. За месяц что-топроизошло, отчего вы все, кто был рядом с ним, стали опасными свидетелями.Копать надо здесь. Как фамилия твоего Геры?

— Феоктистов Герман Эдуардович. Записать?

— Не надо, запомню. А Олег?

— Герасимов. Отчество Николаевич.

— Еще вопрос. Когда исчез Олег, кто стал заправлятьделами фирмы?

— Как кто? — удивилась я. — Гера, конечно.Кто ж еще? Динка ничего в этом не смыслит, а вся фирма — это Олег, бухгалтер даеще двое ребят на подхвате. Охранников, шоферов и уборщиц я не считаю.

— До чего ж фирма интересная, чем больше ты о нейрассказываешь, тем меньше я о ней узнаю. Ладно, не злись. Разберемся.

— Как? — насторожилась я.

— Слухами земля полнится. Кто-то что-то обязательнослышал, нам бы ниточку, и клубочек распутаем.

Я смотрела на него, прикидывая: способен он в самом делераспутать этот клубок? Кто его знает… На всякий случай стоило быть настороже.Слава Богу, допрос и его утомил, он наконец от меня отвязался. Для разнообразиязанялся моей рукой. Выглядела она по-прежнему устрашительно, но, как нистранно, почти не болела. Рана как будто была чистой, и заражение мне негрозило, чему я, естественно, радовалась.

— Как на собаке, — философски заметил мой лекарь.

Это показалось обидным, но я промолчала.

День был жаркий, и мы расположились в саду, пили пиво и другк другу приглядывались. Я уже поняла, что заблуждалась насчет егосообразительности. Как бы по словица об уме и силе не сыграла со мной сквернуюшутку. Алексей вызывал смутную тревогу, она росла, крепла, не даваярасслабиться. Что будет, если он вдруг узнает в чем дело, — об этом дажедумать не хотелось. Жизнь моя по-прежнему не стоила и копейки.

Я покосилась на Алексея. Он нацепил очки от солнца, и теперьего физиономия выглядела совершенно бандитской. Агрессивный, крупный, уродливый— типичный портрет городского хищника.

— Ты чего на меня уставилась? — лениво усмехнулсяон, швырнув банку в ведро возле веранды — Я проследила за ее полетом: попадетили нет? Попал.

— В баскетбол играешь? — поинтересовалась я.

— Не-а, я больше в другие игры.

— В какие, например?

— В разные…

— Ты за что в тюрьму угодил? — поинтересовалась я,продолжая его разглядывать.

— Вот что, дорогуша, я по мере возможности тащу тебя издерьма, а ты, в знак признательности, в мои дела не лезешь. Усвоила?

— Конечно. Я не из любопытства даже. Просто хотелось бызнать, с кем имею дело. Он извлек еше одну банку и вдруг заявил:

— Я тебе должен, я это помню.

Я посмотрела на него поверх очков и кивнула. Забавно, но онмне нравился.

— Какие у нас планы? — спросила я.

— Сегодня отдыхаем. Надо все как следует обмозговать.Утром поеду к крестному, тянуть нельзя больше. Пора показаться отцу родному.

— Мне с тобой можно?

— Нет.

— Одной страшно.

— Закройся в доме и не выходи. Здесь безопасно. Янедолго. Покажусь, заскочу еще в пару мест, новости узнаю и вернусь.

— Поосторожней, ладно? — промямлила я, отводя глаза.

Он снял очки, внимательно посмотрел на меня и кивнул:

— Само собой.