Скрам 2 - Яна Егорова

— Наташка, не шевелись, — ворчал на меня Боярский, ища, куда бы мне еще одну камеру пристегнуть. — Я же тоже тебе не секретный агент по техническим побрякушкам. Я программист! Это повезло, что у нас подобная аппаратура в офисе завалялась, представить не могу, откуда она там взялась. И хорошо, что я все это с собой захватил. Как знал, что пригодится.

Все мои увещевания в том, что я направляюсь не в логово террористов, а всего лишь в музыкальную студию, результатов не дали. Теперь меня видят и слышат. И не только меня. Только что в моем ухе проскользнул разговор Сергея с Артемом.

— Вот этот жирный чувак и есть продюсер Вибры? Офигеть! — воскликнул Лисовский. — Слышишь, Темка, ты видел? Я еще пива попью пару годков и тоже смогу красотками руководить!

— Дурак ты, Лисовский, — хохотнул Боярский, — он же продюсер, а не любовник.

— Это одно и то же, ты что не знал?

От увлекательного разговора коллег меня отвлекло появление в том же коридоре девушки, выскользнувшей из-за одной из многочисленных дверей. Лицо ее показалось знакомым. И судя по тому, как она остановилась, завидев нас с Жигулевым, меня она тоже знает. За время ее недолгого пути до нас, я успела ее вспомнить. Анжелика! Любимая дочь самой любимой подруги моей мачехи, Ольги Сергеевны. Высокая, немного грузная фигура в сочетании с красивой грудью размера четвертого и черными на выкате глазами. Я видела ее несколько раз у мачехи дома. Анжелике нравится сын Раисы Алексеевны. Игорь. А он некоторое время ухаживал за мной и даже сейчас иногда звонит.

— Привет! — Анжелика поздоровалась, растянув накрашенные губы в улыбке.

В эту секунду я вспомнила, что слышала от мачехи, любившей восторгаться способностями талантливой Лики — девушка с рождения занималась пением. Сейчас ей должно быть двадцать пять лет. Но что-то в этих рассказах я не слышала, что Лика выступает с группой Вибра-Гатты.

— Привет, — отозвалась я, не зная, как реагировать.

Мы никогда не дружили, даже толком не разговаривали. Представить не могу, что ей от меня понадобилось.

— О! А это что за Фиона подплыла? — хохотнул в ухе Лисовский.

— Знакомая какая-нибудь, — ответил Артем лениво.

Так и хотелось сказать этим двоим, что я вообще-то все слышу, но не с руки было. Если Жигулев был в курсе прослушки, то Анжелике про нее совсем знать не стоило.

— Это тебя Джозеф на индивидуальный кастинг ждет? — смерив меня презрительным взглядом с головы до пят, фыркнула Лика и сложила крупные ручки на тяжелой груди. И не дождавшись ответа, не стесняясь Жигулева, она продолжила сыпать своими замечаниями:

— Ага, это вот так ты новую работу нашла? А я говорила Раисе Алексеевне, какую ты работу могла так быстро найти и какой именно помощницей! Спишь, значит, с богатыми папиками за деньги, и параллельно мозги моему Игорю пудришь?

— Так, я не понял, Боярский, — опять раздалось у меня в ухе от Лисовского через прослушивающий жучок, — эта Фиона на нас гонит?

— Да не гонит, завидует она нам. Ты на нее посмотри и на нас!

— Ессесно, братан! Куда ей до нас! Вон, как Жигулев старательно глаза отводит. Сломает скоро.

Моя голова пыталась взорваться. Мало Лики с претензиями, так еще и эти два ангела переговаривались не останавливаясь. Со стороны я выглядела похожей на рыбу, выброшенную на берег — хлопала ртом и пыталась что-то сказать или сделать, но ничего не получалось. Как можно думать в таких обстоятельствах?

— Девушка, вы кто?

Мне повезло, что Жигулев каким-то чудом догадался, почему я молчу и все-таки решил действовать. Он обхватил меня рукой за талию и придвинул к себе. По всей видимости решил, что данной ситуации достаточно, чтобы оправдать свой фривольный поступок.

— Кто я такая? — Анжелика нисколько не смутилась. И на инвестора взглянула так, как будто он был не миллионером, а обычным дворником, работавшим на их студию. — Я ведущий голос Вибры!

Дмитрий Константинович непринужденно отбил ее атаку:

— Простите мне мое невежество, но что-то я не припомню вас в составе группы. Вы новенькая?

— Я? — Лика вспыхнула. — Я здесь работаю уже три года! Я просто… Я просто… — она вдруг остановилась и задергалась, щеки порозовели, пальцы на руках затряслись.

Вроде как она подыскивала ответ, но на ее счастье, ей он так и не потребовался — в другом конце коридора двери, через которые недавно вышел продюсер, с грохотом открылись и в помещение вошли двое — Джозеф и… Давид Шагалов! Рядом с невысоким и плотным продюсером, Давид выглядел элегантным джентльменом из высшего общества. Немалую роль в его достойном внешнем виде сыграла белая трость, которой он уверенно стучал об пол.

Джозеф эмоционально размахивал руками, утирал пот со лба и причмокивал пухлыми губами:

— Давид Ааронович! Я вас очень уважаю, но раскрывать подробности сделок не стану, не просите! Это мой бизнес, в конце концов. Все сделки прошли официально, я сам и мой адвокат проверяли бумаги, источник. Мало ли кому и что показалось? Мало ли какой автор мог слышать эти слова и мелодию в своей голове? Если вам это так нужно — подавайте на нас в суд. Только я сильно сомневаюсь, что вы сможете собрать достаточную доказательную базу. У меня есть документы, подписанные авторами текстов и мелодий. Как вы сможете доказать, что ваш автор создал их раньше? Он записывал? Уверен, что нет. Иначе ваши же скрамовцы уже давно нашли бы, куда исчезли тексты.

— Давид! Опа! — икнул в моей голове Боярский. — Серега, у нас проблемы! Надо Адриану сообщить!

— Офигеть! Реально Давид! А что он здесь делает?

— Наташка, держись! Сейчас будет краш-тест!

Будто я без их дополнительных предупреждений не понимала, что проблемы не будут, они уже есть. Давид Шагалов тоже заметил меня — не успела я даже моргнуть, как двое мужчин приблизились к нашей троице. И вот незадача. Картина, которую увидел Давид Шагалов — я в платье, в котором была в консерватории, рядом Жигулев, рука которого сжимает меня в районе талии и какая-то незнакомая девушка, от злости и возмущения стиснувшая зубы и требующая каких-то объяснений. Еще секунда, сейчас он раскроет свой рот и провалит все дело.

— Так, Лисовский, Шагалов старший смотрит на нас. Теперь на Жигулева. Брови хмурит.

— Ща что-то будет, Артемка! Наташка, если что — отцепляй пистолет от лодыжки, стреляй куда придется и вали! Мы тебя прикроем — Расторгуев у подъезда в тачке дежурит!

Балаган в ухе продолжался, тем временем и за пределами моей головы развивались забавные события. Дмитрий Константинович поздоровался с подошедшими первым — по очереди пожал руки мужчинам:

— Джозеф, приветствую. Давид Ааронович, не имел чести быть лично знакомым, но наслышан, узнал. Очень приятно. Жигулев моя фамилия, Дмитрий Константинович, — инвестор сделал короткую паузу. — Познакомьтесь, моя спутница — Наталья Олеговна.