Дело о смерти фрейлины - Лариса Куницына

Марк покачал головой, он понятия не имел, можно ли теперь найти кого-то, кто знал этого рыцаря. Прошло шесть лет с тех пор, как его увезли из Сен-Марко на запад, где ему суждено было умереть в золотых копях. Король Ричард разогнал многих из тех, кто мог его знать. Кто-то умер, кто-то был изгнан. Сам граф Вермодуа — сподвижник королей Эдмонда и Армана тоже покинул двор и уехал в своё далёкое поместье на юго-востоке. С тех пор никто ничего о нём не слышал. Он не вассал короля и мог оборвать все связи с тем, кто нанёс ему оскорбление.

Единственное, что приходило Марку в голову, это попытаться выяснить что-то об отце Клодины. Торговец Бошан умер, но не связана ли его смерть со смертью дочери? И что за призрак поселился в его доме?

По спине пробежал неприятный холодок. Марк не любил призраков. Они пугали его, как всё непонятное и опасное, с чем он не мог справиться с помощью своего меча. И всё же он чувствовал, что должен пойти туда. Но не сейчас, на ночь глядя. Пусть следующее утро тоже будет тёмным, всё-таки это будет утро.

Немного подумав, он решил отправиться домой. Теперь у него снова был дом, куда можно вернуться после тяжёлого дня, только теперь уже не нужно было идти к нему через весь город.

Подходя к своему дому, он невольно задержался на некотором расстоянии, чтоб снова окинуть взглядом величественный фасад, украшенный стройными рядами арок. Теперь он выглядел ещё красивее, потому что в окнах горели свечи, а высокую, окованную бронзой дверь освещали два больших фонаря с цветными стёклами.

Войдя в нижний зал, он с удовольствием осмотрелся, снова напомнив себе, что теперь это его дом. К нему тут же кинулся молодой лакей, чтоб принять плащ и перчатки, а навстречу выбежал счастливый Валентин, за которым, радостно тявкая, нёсся его подросший белый щенок. Марк подхватил мальчика на руки, и собачка закрутилась у его ног, возбуждённо повизгивая, а потом из дальних комнат появилась Мадлен в атласном розовом платье, и он понял, что не хочет больше думать ни о несчастной фрейлине, ни о жестоком отравителе.

— У нас в гостях его сиятельство маркиз де Лианкур, — сообщила Мадлен, слегка подпортив его благостное настроение.

— Он действительно считает, что он в гостях? — уточнил Марк, опуская Валентина на пол. — Неужели?

— Он очень милый и заботливый! — тут же вступилась за старика Мадлен, и Марку осталось только улыбнуться в ответ, вспомнив, как отчаянно кидалась на защиту своего доброго дядюшки Орианна.

— Судя по всему, он умеет ладить с рыжими красавицами, — съехидничал он.

Маркиз ожидал его в красиво обставленном кабинете, куда Марк до сей поры заглядывал только раз мимоходом. Он стоял возле книжных полок и листал какую-то книгу. Увидев внука, он улыбнулся.

— Ты припозднился. Тебя задержал король?

— Я виделся с ним, но только утром, — ответил Марк. — Он поручил мне весьма неприятное дело, и я весь день на ногах. Полагаю, что ужин уже готов? — он невольно взглянул на книжную полку и его глаза вспыхнули. Он подошёл ближе, читая названия книг на теснённых золотом корешках. — Откуда здесь столько сокровищ! — невольно вырвалось у него.

— Их собирали графы де Лормы, и я в том числе, когда ещё был наследником де Лианкуров. Аделард успел добавить сюда только вот эту книгу, «Искусство боя», написанную бароном де Рео.

— Но ведь сохранилось всего три экземпляра этой книги! — воскликнул Марк. — Одна в королевской библиотеке, вторая в библиотеке альдора Синего грифона, а третья…

— У тебя, — маркиз подал книгу ему. — Впрочем, тебе это теперь не интересно, ты ведь не собираешься больше воевать!

— Увы, — проворчал Марк, листая рукописные страницы. — Моя война вряд ли когда-нибудь закончится. На страже мира часто приходится стоять с мечом в руках.

— Почитаешь её потом, а сейчас пойдём ужинать, мой мальчик, — усмехнулся маркиз, с удовольствием глядя, с каким трепетом его внук касается старинных листов пергамента, испещрённых изящными буквами, вышедшими из-под пера переписчика.

Он настоял, чтоб за столом с ними сидела Мадлен, и во время ужина с удовольствием обсуждал с ней нравы при дворе, новую моду, которая казалась ему довольно странной, и свежие сплетни, принесённые в её дом многочисленными гостьями, как предлог визита. Всем хотелось посмотреть на загадочный особняк де Лормов внутри.

Потом Мадлен ушла, сославшись на хозяйственные дела, а Марк и его дед задержались за столом, смакуя вино и обсуждая более важные дела. Маркиз явно вознамерился вернуться ко двору и занять там привычную для него позицию, обеспечивающую его влияние на дела королевства, а для этого ему нужен был максимум информации о том, что происходит во дворце. А Марк был поистине бесценным её источником, тем более что ему были известны не только факты, но и их тайная подоплёка.

Кувшин с вином уже опустел, но их разговор всё так же продолжался, и Марк уже начал получать от него удовольствие, когда неожиданно на пороге гостиной появилась Мадлен. Она была бледна и тяжело дышала, её глаза расширились. Марк встревоженно вскочил, глядя на неё, но она только указывала куда-то назад и качала головой.

— Там… внизу… — наконец с трудом смогла выдавить она.

Спустя несколько минут Марк стоял посреди самого нижнего зала в подвале своего дома и ошарашено смотрел на стоявшие вдоль стен сундуки. Он видел их раньше, но тогда они были заперты на замок. Теперь же их крышки были откинуты, и в свете укреплённых на стене факелов в них сияли россыпи серебра в слитках и монетах, аккуратно уложенные сервизы и церемониальная посуда, отделанная полудрагоценными камнями. В некоторых сундуках стояли ларцы, доверху наполненные золотыми монетами и украшениями, причём это были мужские массивные цепи, браслеты и пояса, а также искусно сделанное оружие. Всё это сверкало россыпями рубинов, изумрудов и сапфиров.

— Что это такое? — спросил Марк, оглядывая ряд сундуков. — Откуда всё это?

— Ты думаешь, что графы де Лормы ходили в рубище и ели с глиняной посуды? — небрежно поинтересовался маркиз. — Или полагаешь, что они отправлялись в бой, натянув ржавую кольчугу? Где же это? — он решительно направился к крайнему сундуку и, откинув бархатную ткань, извлёк оттуда красивый шлем, отделанный золотыми узорами.