Чернильные ночи – янтарные дни - Ольга Баскова

«Ладно, – сказал сам себе молодой человек, – в конце концов, у каждого имеется скелет в шкафу». Это мало его успокоило, но все же стало легче дышать. Журналист собрался позвонить Анжелике, как вдруг его мобильный сам настойчиво затренькал. На дисплее высветился незнакомый номер. Саша нажал кнопку приема.

– Я вас слушаю.

– Мне нужно поговорить с Александром Пименовым, – раздался мужской незнакомый голос.

– Я вас слушаю, – повторил Пименов.

– Меня зовут Игорь Степанов, – представился мужчина. – Я напарник погибшего Дениса Никитенко.

Услышав это, журналист похолодел.

– Но я не понимаю…

– Да все вы понимаете, – брякнул гибэдэдэшник. – Но чтобы вы не задавали лишних вопросов, расскажу все без утайки. В тот вечер мы с Денисом дежурили возле фабрики. Я на минуту отошел в кусты справить нужду, а когда застегивал брюки, увидел, как иномарка сбила моего приятеля. Я стрелой ринулся туда и заметил: из машины вышла девушка и брезгливо взглянула на тело, потом села за руль и умчалась в обратном направлении.

– Зачем вы все рассказываете мне? – Саше все же удалось вставить слово. – Хотите, чтобы я написал об этом?

– Сомневаюсь, что вы сами захотите об этом писать, – усмехнулся гибэдэдэшник. – Я был проворен и запомнил номер, а потом его, разу-меется, пробил. Машина принадлежит вам, приятель.

Журналист молчал. Степанов продолжал дальше:

– И эту девушку я сразу узнал. Я, видите ли, люблю смотреть местные каналы и читаю прессу. Согласитесь, кто на нее хоть раз взглянет, тот запомнит. Да и ее муженек довольно известная фигура в Южноморске. То есть, выходит, мне известен водитель и машина.

– Что же вы хотите? – выдавил Саша, хотя прекрасно понимал, к чему клонит гибэдэдэшник.

– Я тут случайно услышал разговор Ванагаса по телефону, – пояснил Степанов. – Наш шеф кому-то рассказывал о том, что бабушка оставила вам в наследство не только эту чудесную тачку, но и шикарный дом с ним по соседству. Интересно, сколько он может стоить, если его продать?

– Я не собираюсь его продавать, – буркнул Пименов.

– Ну, тогда придется обратиться к муженьку этой дамочки, – усмехнулся Степанов, – потому что я хочу не меньше двухсот тысяч долларов. Иначе завтра же вы с дамочкой отправитесь за решетку. Интересно, как она оказалась в вашей машине?

Журналист не ответил на этот вопрос.

– Если вы донесете на нас, вас тоже не погладят по головке, – процедил он. – Ну посудите сами: у вашего начальства сразу возникнет подозрение: а почему вы не сообщили об этом? Вернее, сообщили только через день? Тут напрашивается только один ответ: собирались нас шантажировать.

– Я уже сказал начальству, что меня не было на месте, – признался Степанов. – Мой тесть любит удить рыбку неподалеку от фабрики, и в тот день попросил меня забрать часть улова. За уловом я поехал после. А тесть подтвердит любые мои показания.

– Как же в таком случае вы вышли на нас? – удивился Саша.

– Допустим, о вас сообщу совсем не я, а какой-нибудь другой свидетель, до которого только дошла информация о происшествии, – сказал гибэдэдэшник. – Как вам такой вариант?

Пименов снова замолчал.

– Ладно, сейчас я не буду приставать к вам, – решил Степанов. – Давайте сделаем так. Я дам вам на размышление три дня, не больше. А потом вы сами решите, какое развитие событий вас больше устраивает – тюрьма или нечто другое. До свидания.

В трубке послышались гудки. Пименов заскрипел зубами. Такого поворота он никак не ожидал. Журналист посмотрел на часы. До встречи с Анжеликой оставалось чуть меньше часа. Ему было необходимо поговорить с ней как можно быстрее и рассказать про новоявленного шантажиста. Ведь он мог позвонить и девушке, а она наверняка не обладает такими крепкими нервами, как у него. Подумав, Саша набрал ее номер. Девушка испуганно отозвалась:

– Алло?

– Вам кто-нибудь звонил? – быстро спросил Пименов.

– Нет, – ответила она. – А почему вы спрашиваете?

– Лучше не по телефону, – пояснил журналист. – Скажите, ваш муж дома?

– Он уехал в областной центр и вернется к полуночи, – сказала Анжелика.

– Я могу сейчас подъехать к вам? – поинтересовался Саша. – Если он вернется, объясним это тем, что мы раньше начали наш урок, чтобы раньше закончить.

– Я не возражаю.

– Тогда я приеду. – Пименов прекратил разговор и завел машину. Вот так утверждай, подумал он, что упоминания о высшем суде на свете не стоят внимания. Высший суд есть. И сейчас этот высший суд мешает им выйти сухими из воды. Взвизгнув тормозами, «Ауди» сорвалась с места. До места журналист домчался быстрее обычного и подрулил к забору заместителя мэра. Анжелика уже ждала его у двери. Она скользнула в машину и уставилась на него:

– Что-то случилось? Но вы ведь говорили, нам нечего бояться.

– Я не ясновидящий, – парировал журналист. – Оказывается, свидетель вашего наезда все же существует. И сегодня он звонил мне.

Она задрожала как осиновый лист.

– Почему вам?

– Потому что он пробил номера машины и вышел на меня, – пояснил Саша. – Но вас он тоже разглядел и узнал.

Девушка побледнела.

– Зачем он звонил?

– А вы не догадываетесь? Он хочет денег.

Анжелика закрыла лицо руками.

– Вот тебе раз. Но если мы ему заплатим, он отстанет от нас?

– Говорит – отстанет, если ему можно верить.

Она отняла руки от лица.

– Сколько он хочет?

– Двести тысяч долларов.

Девушка закусила губу.

– Возможно, мой муж и заплатил бы за меня. Но я не могу признаться ему в преступлении.

– Вот и я об этом подумал.

Анжелика положила кулачок на колено журналиста.

– А вы могли бы ему заплатить?

От удивления Пименов откинулся в кресле.

– Вы знаете, сколько я зарабатываю?

Она посмотрела в окно.

– Бабушка оставила вам дом. По сути, вы никогда им не пользовались и еще не успели привыкнуть. Почему бы вам не продать его? У вас останется машина.

– В таком случае вам лучше рассказать обо всем мужу, – посоветовал Саша. – Вероятно, он сам предложит деньги, чтобы вы остались на свободе. От этого пострадаю только я: он не возьмет меня к себе. Вот это я однозначно переживу. О таком развитии событий вы не думали? В принципе можно представить дело так, будто ни моей, ни вашей вины тут нет. Вы упросили меня доверить вам управление, мотивируя это тем, что хотите проехать по пустой дороге, в конце которой на беду появился постовой. Вы испугались и вместо того, чтобы нажать тормоз, вдавили газ.