Кровавая Мэри - Александр Каневский

— Потому что я уважал закон, уважал! — объяснил Тине Ромочка.

— Вот, вот! Его очень трудно зацепить. Я познакомился с ним, в годы дефицита продуктов и вечных очередей. Тогда он был молоденьким и занимался относительно безобидным делом: притворялся дебилом, мычал, пускал слюни, и его пропускали без очереди.

— Это что, уголовное преступление?! — выкрикнул Ромочка.

— К сожалению, нет, — ответил Борис и продолжил свой рассказ. — У него потрясающе работают мозги, но направлены только на то. чтобы обмануть. Например, лет восемь назад устроился шофёром к одному из руководителей автозавода… Не буду называть какого, чтобы не позорить… Неделю он был паинькой, старательно отвозил и привозил шефа, а потом, однажды, незаметно отвинтил номера его автомобиля, прикрепил их к одной из новых машин, подготовленных к отправке, и спокойно выехал на ней через проходную: номера там были записаны и его не остановили. Потом вернулся, заново привинтил номера и вечером спокойно отвёз шефа домой. Это было настолько нагло, что… Словом, пропажу обнаружили только через неделю, доказательств опять никаких… Стали проверять журнал въездов и выездов… Нашли число. когда машина под этими номерами выезжала дважды. Шеф дал показания, что в тот день, как всегда, уехал только по окончанию рабочего дня. Стало ясно, куда ведут следы, но… Наш Ромочка, уже улетел, растворился…

— Неужели так трудно было его отыскать?

— Смысла не было: угнанную машину не нашли, значит, не нашли отпечатков пальцев на её руле… На номерах машины шефа тоже ничего не осталось: её каждый день мыли… Свидетелей не было: никто ничего не помнил. Они возбудили дело о халатности, судили кого-то из контролёров…

— Наш справедливый суд разобрался и нашёл, нашёл виновного!

— Видали наглеца!.. Постепенно он набирался опыта, стал спекулировать, скупать золото, бриллианты и перепродавать их за границей. Осуществлял это при помощи женщин, на которых перманентно женился и менял фамилию…

Видя вопросительный взгляд Тины. Ромочка объяснил:

— Да! Я искал свой идеал!.. А мои жены требовали, требовали, чтобы я переходил на их фамилии!.. Это что, незаконно?

— А женился он приблизительно раз в полгода — представляете этот серпантин паспортов и фамилий!.. Даже в блатном мире у него была не одна, а три клички: и Лёшка-Цыган, и Лёха-Мозг, и Драйметр…

— Драйметр?.. — Тина удивилась. — Какая странная кличка….Ведь вы не такого уж большого роста?

— Простите, но я всегда обожал, обожал высоких дам!

— Тина, должен вас огорчить: вы не в его вкусе.

— Я постараюсь это пережить… Значит, ваше первое имя Лёша. А почему Цыган?

— Бабушка рассказывала, что мой прадед был цыганский барон, но большевики его раскулачили и убили, убили, убили!.

Казалось, что он сейчас заплачет.

— А почему вдруг вы стали Ромочкой? — продолжила свои вопросы Тина.

— Это имя соответствует моему теперешнему состоянию: и нежно, и романтично… Арнольдику очень нравится, нравится!.

— Вы живёте с ним?

— Да. Он — моя жена, увы, незаконная!

— Вот мы и подошли к главному, — вступил Борис. — Сообщите нам, когда и как вы поменяли ориентацию?

— Это произошло совершенно неожиданно. Я увидел Арнольда и вдруг почувствовал, что хочу его, неистово хочу. У меня такого никогда в жизни не было, не было, и я понял: вот!.. Это!.. Моё!.. Настоящее!

— Вы знали, что он гей?

— Нет… То есть, да, он этого не скрывал.

— А вы знали, чей он сын?

— Не сразу.

— То есть, минут через пять после знакомства?

— Нет, намного позже… Через полчаса, когда мы пошли танцевать.

— Танцевать?.. Значит, вы были в ресторане геев?.. Как вы туда попали, ведь вы же до встречи с Арнольдом не были голубым?

— Что-то потянуло. Очевидно, во мне это уже зрело, но нужен был толчок, толчок!.. Благодаря Арнольду, я его ощутил, я понял, понял, что вся моя жизнь шла наперерез мне!.. Началось какое-то биологическое очищение, я стал добрым, отзывчивым…

— … и обеспеченным? Верно?

— Да, Арнольд помог, помог мне в тяжёлую минуту!

— Сколько лет длится эта минута?

— Не понял?

— Сколько лет вы живёте на иждивении у Арнольда?

— Я не на иждивении!.. Просто он мне помогает.

— Как долго?

— Кажется, года два.

— Три.

— Неужели три?

— Да.

— Господи, как время летит!

— И эта квартирка тоже куплена Арнольдом?

— Нам же надо было, надо было где-то встречаться — его отец меня на дух не переносил!

— А если на вашем горизонте снова появится какая-нибудь длинноногая красотка?… — спросила Тина.

— Это в прошлом!.. В прошлом!.. Я на женщин уже не реагирую! Простите, но даже такая красавица, как вы. как вы, оставляет меня равнодушным!

Борис повернулся к Тине и на полном серьёзе воззвал:

— Пожалуйста, возьмите себя в руки и переживите это!

На протяжении всего разговора он внимательно прислушивался к звукам, которые изредка доносились то ли из ванной, то ли из второй комнаты, которая, очевидно, служила спальней. Квартирка была небольшая. Борис со своего места видел обе двери: и в ванную и в спальню. Знакомя Тину с биографией хозяина квартиры, он стал расхаживать по гостиной и, как бы в пылу рассказа. делал несколько шагов в их сторону и отмечал, как в эти моменты Ромочка нервно ёрзает на стуле. Стало ясно, что там кто-то есть, кого Ромочке очень бы не хотелось представить неожиданным гостям. Борис стал придумывать повод, чтобы проникнуть вглубь квартиры, но повод появился сам: раздался явственный звук воды, текущей из крана. Все услышали это и повернулись в сторону ванной.

Ромочка попытался выпутаться:

— Снова кран прорвало, прорвало!.. Вечная история!.. Сейчас перекрою воду и позвоню в аварийку.

Он поспешно направился к ванной, но Борис опередил его:

— Зачем аварийка? Я сам всё починю — в студенческие годы сантехникам помогал, подрабатывал…

Опередив Ромочку, он шагнул вперёд и открыл дверь: в ванне, наполненной водой и пеной, лежала женщина. Она лежала спиной к дверям, поэтому лица её не было видно — только белые мокрые волосы, разбросанные по стенкам ванны, и голые коленки, торчащие из пены.

— Зачем ты включила воду, зачем?! — заорал Ромочка.

— Ты велел лежать — я лежала. Но вы очень долго говорили, вода остыла и я замёрзла. Пустила горячую струйку: думала, не услышите.

Она грациозно перевернулась на живот, стало видно её лицо, и у Бориса невольно раскрылся рот от удивления: это была Ксения, горничная из дома Бурцева. Этого он не мог даже предположить, поэтому был ошеломлён и не знал с чего начать. А она, ничуть не стесняясь, приподнялась, как русалка из пены, обаятельно улыбнулась и помахала рукой: