Кровавая Мэри - Александр Каневский

— … что нам пока ничего неизвестно, — завершил его фразу Борис.

— Майор, я прошу вас сделать над собой усилие и быть серьёзным!

— Сделал. И сразу нехорошие мысли пошли: если им зачем-то нужно знать качественный состав крови Бурцевых, сделать её анализ, то зачем выкачивать всю кровь?… Хватило бы одного шприца!

— Видите: когда вы хотите, вы можете! — поощрил его полковник. — Значит, мы уже выходим на какой-то путь…

— … который пока никуда не ведёт, — снова завершил его фразу Борис.

— А что, если это изощрённый способ мести семейству Бурцевых, — предположила Тина, — чтоб от них и капли крови не осталось!

— Семейное проклятие? — встрепенулся Рябой. — Месть за грехи предков?

— Вот и пришли!.. Привидения, призраки, вампиры!.. Ещё мистики нам не хватает! — Лукоперец уже не скрывал своей растерянности. — У вас есть какой-то план действий? — с надеждой обратился он к Борису.

— Клубочки, которые мы разматывали, оказались не те. Пока нам многое неясно, как и вам, но я надеюсь на просвет: определился главный подозреваемый — Давид Дуклер, председатель совета директоров синдиката Бурцева. С минуты на минуту его должны арестовать и привезти для допроса. Я надеюсь получить зацепку, выйти на след исполнителей этих преступлений и тогда…

В кабинет заглянула секретарша:

— Товарищ полковник, вам звонят.

— Я же просил меня ни с кем не соединять!

— Это важно и срочно.

Хозяин кабинета недовольно снял трубку:

— Полковник Лукоперец. В чём дело?.. Что?!. — Несколько секунд слушал молча. Потом приказал. — Докладывайте каждые четверть часа! — Положил трубку и сообщил. — Подозреваемый Дук-лер находился в доме Бурцева. За пять минут до ареста удрал в неизвестном направлении на новой машине Бурцева. Его разыскивают. Совещание окончено. Все свободны. А вы. майор, и вы, старший лейтенант, немедленно подключайтесь к погоне. — И почему-то вдруг, от волнения, вспомнил популярный лозунг времён Хрущёва и крикнул вдогонку. — Догнать и перегнать!

Вдогонку за Дуклером помчались с десяток машин, но он, как сквозь землю, провалился. Всем постам ГАИ и всем патрульным сообщили номера машины и её цвет, ярко красный, вызывающий, который не мог не броситься в глаза. Но все отвечали, что машина такого цвета и с данными номерами не проезжала… И тут Борис вспомнил восторги покойного Арнольда: «Она может сама менять и номера, и цвет, и ещё у неё есть много примочек!». Если это правда, то тогда понятно, как Дуклеру удалось проскочить мимо всех милиционеров: на машину другого цвета и не с указанными номерами просто не обращали внимания.

Борис глянул на часы.

— Прошло двенадцать минут. Да здравствуют московские пробки — он ещё не мог выехать за пределы города.

Борис распорядился останавливать все автомобили необычных моделей — это единственный шанс выловить беглеца («Если только эта сволочная «Мэри» не умеет менять и форму кузова!»).

Он закрыл мобильник, и тут же раздался звонок.

— Это я, Юля… Прошу вас немедленно приехать ко мне!.. Я звоню, звоню, у вас телефон занят!..

Борис включил громкую связь, чтобы Тина слышала разговор.

— Занят, потому что мы ловим вашего возлюбленного.

— Приезжайте скорей — вы всё поймёте!

— Что я должен понять, кроме того, что он удрал!

— Вы ничего не знаете!.. Приезжайте!..

Он чувствовал, что она на грани истерики.

— Что я должен знать?.. Скажите по телефону.

— Не могу — это надо видеть!..

— Что это?

— Приезжайте! Умоляю вас!.. Может, вы его ещё спасёте!..

Разговор прервался, очевидно, она бросила трубку. Тина внимательно смотрела на Бориса, мол, что будем делать?.. Он неопределённо пожал плечами.

— Или истеричка, или, действительно, что-то знает.

— Давайте поедем, — предложила Тина, — всё равно пока неизвестно, где Дуклер.

— Едем! — решил Борис, ещё раз распорядился держать с ним непрерывную связь, и они помчались к дому Бурцева.

Игнат Бондарь ожидал у ворот и повёл их к дому.

— Как это произошло? — спросил Борис.

Игнат рассказал, что Дуклер примчался к Юле, пробыл у неё минут десять, не больше, затем выбежал из дома и выскочил за калитку.

— Ау ворот стояла эта грёбанная «Мэри», нам её вернули после осмотра… Я собирался сам её ещё раз обнюхать… Я был в проходной, когда он выбежал, вскочил в неё и дал дёру…

— Как же вы его упустили?!

— Я и предположить не мог!.. Ведь ключ — у меня, вот! — Он вытащил из кармана ключ от машины и потряс им. — А он у нас один!.. Единственный!.. И подделать его невозможно, уж мы пробовали!.. У меня просто мозги сдвинулись!.. Пока пришёл в себя, пока вскочил в свою машину, его уже и след простыл, ведь там на спидометре скорость до четырёхсот километров в час, летать можно!..

— И всё-таки, как же он уехал?

— Не знаю… — Игнат был совершенно растерян. — Или у него был ещё один ключ, или это какая-то чертовщина!..

Когда они вошли в дом, Юля, не поздоровавшись, ткнула Борису в руки распечатанный конверт.

— Вот!.. Читайте, читайте!..

Она была в каком-то лихорадочном состоянии, но опытный глаз Бориса определил, что на этот раз не от спиртного.

На конверте была надпись, набранная на компьютере: «Давиду Дуклеру. Срочно». Борис вынул из конверта сложенный вдвое лист бумаги и прочитал вслух:

«Немедленно садись в «Мэри». Нажмёшь на газ — машина заведётся без ключа. Куда ехать, тебя не касается — дави на газ, управлять будем мы. Сесть в машину ты должен не позже четырнадцати часов. Если опоздаешь хоть на минуту, твоей беременной бабе будет хана, никакая охрана её не спасёт. А доставишь машину в указанное место, она останется жить. Если заметим на хвосте милицию, вам обоим будет хана. Время пошло!».

Этот текст тоже был набран на компьютере.

— На машину позарились, суки-отморозки! — выругался Бондарь. — А что это значит: «управлять будем мы»?…

— Возможно, дистанционное управление, — предположил Борис и спросил у Юли:

— Как дошло письмо?

— Принёсли в офис, секретарша увидела его уже на столе. Кто принёс, ни один сотрудник не обратил внимания.

— Когда принесли?

— Давид сказал, где-то около часа. Поэтому он сразу помчался ко мне.

— Почему нам не сообщил?

— Боялся за меня — вы же читали письмо. Да и времени уже не оставалось: он приехал сюда без десяти два. Оставил это письмо, просил отдать вам, если с ним что-нибудь случится… Но я не хочу ждать, когда что-то случится!.. Не хочу!.. — в её голосе снова появились истерические нотки. — Я сразу стала звонить вам!..