За все надо платить - Алексей Макеев

– Сейчас, – отозвался Жеребцов и через некоторое время предложил: – Ну, читай!

Гуров продиктовал ему номер с удостоверения сотрудника администрации президента и услышал в ответ отборный мат.

– Ясно, не совпадает, – удовлетворенно констатировал он. – Теперь давай второй номер сверим. – История повторилась и Гуров попросил: – А теперь, Конь, расскажи мне как на духу, откуда эти фальшивки у тебя взялись? А я попробую тебя отмазать. Ты тогда в истории с Солнышкиным мне здорово помог, а я добро помню.

Жеребцов витиевато выругался, что он, мол, на «чистуху» не подписывался, но все-таки начал рассказывать:

– Петрович мне позвонил, сообщил, что да как, и я предложил ему людей дать, чтобы с Садовниковым разобрались, да и остальных уму-разуму научили. Только он отказался – за дочек испугался. Попросил узнать, кто все это затеял. Ну, я кое-кому звякнул, за Садовниковым стали следить и увидели, что он с одним мужиком встречался и что-то ему передавал. Ну, взяли этого мужика сразу после их встречи, вырубили, обшмонали и все, что при нем было, забрали. Бабки, само собой, себе оставили, только их немного было, карты пластиковые и ксивы сфоткали и мне прислали, а на флешке, что у мужика с собой была, документы всякие. Я Петровичу позвонил и имя назвал, а он даже и не удивился, сказал, что чего-то в этом духе и ждал.

– Ясно. Ну, Конь, теперь ты понял, что это была чистой воды подстава и этот человек к делам Петровича ни с какого боку не причастен?

– Понял! Не дурак! И очень хочу узнать, кто меня так подставил, – не предвещавшим ничего хорошего тоном произнес Жеребцов.

– Давай договоримся: ты звонишь своим людям и даешь мой номер телефона. Обещаю, что ничего против них предпринимать не буду. Мне нужно с ними очень предметно побеседовать и выяснить, где они этого мужчину принимали, куда он потом шел и так далее. И мне нужны абсолютно все вещи, которые при нем были.

– Лады. Хочешь выяснить, кто те ксивы мастырил?

– Так у каждого мастера свой почерк. Разберусь. Да и по остальным вещам можно много интересного узнать.

– Когда разберешься, позвони, расскажи, что да как. Земля, она же круглая, сам знаешь.

– Позвоню, – пообещал Лев. – И еще совет тебе, реально добрый: не ставь больше телефон на громкую связь. У тебя и так авторитет громадный. Ну, к чему тебе эти понты?

– Ну, поучи меня еще! – буркнул Конь. – Жди звонок, – и отключил телефон.

Гуров тоже отключил свой, отметив про себя, что потом нужно не забыть прочитать эсэмэс, и, положив его в карман, вздохнул:

– Вот таким путем, Олег Михайлович! Во-первых, теперь мы точно знаем, что кто-то сработал под Попова, а во-вторых, мне очень интересно, почему Болотин отказался от помощи Коня. У того связи крепкие, да и ребята лихие. Если бы они взялись за Садовникова и его службу безопасности, от тех бы и пыли не осталось. Какие еще сюрпризы нам это дело готовит, я даже представить боюсь, но чувствую, что вводные будут сыпаться на нас что ни день. Кстати, прекратили бы вы проверку налоговой инспекцией предприятий Болотина.

– А вот вам и первая вводная, – невесело усмехнулся Александров. – Дело в том, что никто не давал приказа ее проводить, – и, видя недоумение Гурова, повторил: – Не было такого распоряжения! Ни письменного, ни устного!

– Это что же получается? – оторопел Лев. – Инициатива на местах? В разных городах, почти на всех предприятиях, причем одновременно? Так не бывает! Кто-то должен был отмашку дать!

– А вот никто не давал, – развел руками Олег Михайлович. – И с этим вам тоже придется разбираться. Но давайте к делу. Как я понял, с Крячко и Орловым вы работать не будете? – Гуров решительно покачал головой. – Значит, Степан Савельев. Ваш тандем неоднократно и успешно расследовал очень сложные дела, будем надеяться, что и в этот раз не оплошает, тем более что весь административный ресурс его организации поступает в полное ваше распоряжение.

– Знать бы еще, что это за организация, – усмехнулся Гуров.

– И сказал царь Соломон: «От многой мудрости много скорби, и умножающий знание умножает печаль…»

– Что в переводе на общечеловеческий означает: долженствует каждой вороне знать свое «кра». А начнет совать свой клюв куда не надо, по нему же и получит.

– Вы и так слишком много знаете для своего, согласитесь, довольно-таки скромного положения, – мигом поставил его на место Александров и продолжил: – Степан занимается этим делом со вчерашнего вечера, у него уже должны быть какие-то новости. Сейчас мы его дождемся, выслушаем, а потом вы выработаете план действий и доложите мне. И вот какая мысль пришла мне в голову. Вы сейчас один, так перебирайтесь к ним, по крайней мере, будете сыты и вам не придется отвлекаться на разные бытовые мелочи. Они сейчас вдвоем в квартире Степана живут, а их малыши – у его родителей, так что вы никому не помешаете, а дело только выиграет.

– Бросьте, Олег Михайлович! – поморщился Гуров. – Я же прекрасно понимаю, зачем я там нужен – как сдерживающий фактор. Если Степан уже знает, что говорила о его тесте Болотина, то взбешен до предела и может выкинуть все что угодно. Но вот если все это узнает его жена, то убьет Ольгу без малейших колебаний. Это к гадалке не ходи. Она за свою семью любого на мелкие клочки растерзает и по ветру их пустит.

– Ну, и это соображение тоже сыграло свою роль, – не стал лукавить Александров. – Но эмоции эмоциями, а дело прежде всего. Если вы будете жить у них, то в любой момент сможете со Степаном обсудить любой вопрос, а не ждать до утра или вечера. И уж тем более не по телефону.

– Я не против, – согласился Лев, которому было очень неуютно дома одному. – Остается их уговорить.

– Я уверен, что они будут этому только рады, потому что оба относятся к вам с любовью и уважением – ведь это благодаря вам они познакомились и поженились.

– Хорошо, хоть в причастности к рождению их близняшек меня не подозревают, – пробормотал Гуров.

Александров хотел ему на это достойно ответить, но не успел, потому что запищал селектор, и ему доложили, что и Савельев приехал, и статью принесли.

– Пусть заходит, – буркнул он. – Вместе со статьей.

Гуров знал Степана много лет, видел его всяким, но таким взбешенным – никогда. Парень положил перед Александровым стопку листков и в ответ на его немой вопрос только покачал головой, а потом сдавленным голосом произнес:

– Олег Михайлович, я все знаю. Даже выбрал время и в Интернете запись этой пресс-конференции посмотрел. Мы что, оставим это безнаказанным?

– Нет, Степа, – покачал головой Александров. – Забирай Льва Ивановича, и он тебе все расскажет. Посидите, подумайте, а утром доложите мне свои соображения. И пусть он на время расследования у вас поживет, тогда от работы ни на что отвлекаться не придется.

– Да мы с радостью, – охотно согласился парень.

– Все! Идите! А то мне еще статью читать, – выпроводил их Олег Михайлович и, встретив выразительный взгляд Гурова, добавил: – Я подумаю.