Убийство с аншлагом - Алексей Макеев

Дождавшись в машине Стаса, Гуров рассказал ему о своем приключении в лесу.

– Надо было вдвоем идти, – сочувственно сказал Крячко.

– Что теперь об этом разговор вести… Что сделано, то сделано. – Лев потер скулу. – Бог даст, еще свидимся. У тебя что?

– Да ничего. Посторонних никто не видел.

– Понятно. Поехали в управление, надо с генералом поговорить, – Гуров откинулся на спинку сиденья.

* * *

– А я уже думал, что вы сегодня не появитесь, – сказал Орлов, как только сыщики вошли к нему в кабинет.

– Пришлось отъехать по делам, поэтому и задержались. – Лев прошел к столу генерала и сел напротив, проигнорировав свое излюбленное место возле окна.

Генерал сразу догадался, что у Гурова к нему какой-то разговор.

– Давай выкладывай, Лев, что там у тебя.

– Мы сегодня просматривали утренние сводки и натолкнулись на одну интересную вещь. Сегодня утром возле своего дома был обнаружен труп режиссера Григоровича, который работал в театре «Фурор», где недавно был убит актер Полянский, по делу которого мы сейчас работаем, – объяснил Лев. – Мы быстро выехали на место…

– И что там?! – Информация явно заинтересовала генерала.

– Когда мы приехали, там уже работала группа под руководством следователя Петрова. По первым данным, Григорович скончался от сердечного приступа, так как следов насильственной смерти не обнаружено.

– Это все? – Генерал явно ожидал большего.

– Нет, не все. Дело в том, что у него была собака, которая бесследно пропала. Кроме того, при нем не было обнаружено никаких личных вещей. Ни ключей от дома, ни мобильника, ни записной книжки, о которых рассказала домработница – она, кстати, и обнаружила труп.

– И как это может быть связано с убийством Полянского? – Орлов взял шариковую ручку и стал крутить ее в руках.

– Конечно, до заключения экспертов рано еще о чем-либо говорить, но я чувствую, что смерть режиссера не была случайной и уж тем более не от сердечного приступа.

– Опять твоя хваленая интуиция? – Орлов прищурил глаза.

– Не верю я в такие совпадения.

– Верю, не верю… Ты как маленький, Лев. Ей-богу! Есть какие-нибудь доказательства?

– Пока нет.

– Ну вот, если пока нет – так и занимайтесь своим делом! Мне нужны результаты по Полянскому, а этим режиссером есть кому заняться. Тем более что пока все это вилами на воде писано.

– Я прошу включить нашего эксперта в группу, которая будет расследовать это дело.

– Зачем еще? – Было видно, что генерал недоволен этим разговором, но Гуров стоял на своем. Никогда еще «его хваленая интуиция» его не подводила, и он надеялся, что не подведет и на этот раз.

– При современных возможностях очень просто состряпать сердечный приступ. И я не даю никакой гарантии, что наши коллеги не захотят представить это как естественную смерть и закрыть дело.

Генерал минуту помолчал, потом, отбросив в сторону ручку, сказал:

– Ну, хорошо, Лев. Эксперта мы им отправим. Но смотри, если мы вытянем пустышку и окажется, что режиссер и вправду умер от сердечного приступа, то ко мне больше с подобными просьбами можешь не обращаться.

– И на этом спасибо. – Гуров театрально склонил голову перед генералом.

– Теперь по делу Полянского. – Генерал посмотрел на часы.

– По делу Полянского мы работаем, но что-то существенное пока сообщить не можем. – Гуров посмотрел на Стаса и снова на генерала.

– А вот это плохо! Очень плохо. Что там с этим, как его… Злобиным? Нашли?

– Нет. Но там находится наш человек, который сразу сообщит, как только он появится дома.

Гуров не стал объяснять генералу, что под «нашим человеком» имел в виду старушку-соседку, которой оставил свою визитку.

– И это все?

– Пока да, – честно признался Лев.

– Идите работайте дальше! И чтобы к завтрашнему дню у меня была хоть какая-то информация по этому делу, а иначе я не посмотрю, что мы друзья. Разнесу в пух и прах!

Сыщики понимали, что генерал Орлов, конечно, говорил все это в сердцах, но подводить друга им тоже не хотелось. Они прекрасно знали, что с него также требуют результатов по этому делу.

– Слышал? – Гуров толкнул Стаса плечом, когда они вышли из кабинета.

– А что я? Как будто мы сидим целыми днями в кабинете и ждем, пока кто-нибудь за нас разберется с этим делом… Мы, можно сказать, носом землю роем.

– То-то я смотрю, у тебя нос как-то вырос за эти дни, – Гуров еще раз толкнул напарника в плечо.

– Да иди ты, Лев, – отмахнулся Стас.

Вернувшись к себе в кабинет, сыщики расселись за свои столы. Илья водил «мышью» по столу, просматривая какую-то информацию.

– Хватит баклуши бить! Пора и делом заняться, – рыкнул Гуров на молодого компьютерщика.

– Так я всегда готов! Говорите, что делать, – отозвался Илья.

– Вот тебе телефончик одной дамочки. Жена Полянского. Надо бы его пробить и установить по нему адресок, по которому она проживает. Кроме того, нам нужна информация на некоего Константина Злобина. Больше всего нас сейчас интересуют все адреса, которые будут так или иначе с ним связаны. Этот Злобин пропал, а нам он во-о как нужен. – Лев «перерезал» себе горло большим пальцем. – Да, кстати. Вот тебе расписание гастролей за прошлый месяц. Узнай, не было ли заказных убийств в этих городах. И если были, то из какого оружия они были совершены. И еще не забудь посмотреть в базе данных МВД все случаи, связанные с убийством из переделанного газового пистолета. Усек?

– Сделаем, Лев Иванович, – сказал Илья.

– Наверняка там должно что-то быть. – Гуров показал пальцем на компьютер. – Эх, мне бы такую машину лет двадцать назад! А то как вспомнишь это доисторическое время… Вся информация была на карточках. Самые настоящие картонные карточки, можешь себе представить? Рыться в них – семь потов сойдет. И не факт еще, что найдешь нужную. Запросто мог пропустить, – продолжал Лев. – Помню, искали мы одного маньяка, так три дня просидели в картотеке, пока нашли мало-мальские зацепки из другого дела. Помнишь, Стас?

– Как не помнить! – отозвался Крячко.

– А как это вы нашли зацепки в другом деле? – не понял Илья.

– Понимаешь, Илья, в МВД существует такая база данных, которая называется БОД. В переводе она звучит как база образа действий преступника. Принцип построения этой базы очень прост. Он сводится к тому, что если человек совершил преступление определенным образом, то, скорее всего, следующее свое преступление совершит аналогичным способом. Вот тебе самый простой, но яркий пример из мира искусства. Возьмем, к примеру, двух пианистов и попросим их сыграть «Лунную сонату» Бетховена. Так вот, каждый пианист сыграет ее по-своему, в присущей только ему манере исполнения, при этом проигрывая одни и те же ноты. И истинному ценителю не составит большого труда разобраться, где играл один, а где – другой. То же можно сказать и о любой области человеческой деятельности, не исключая преступную. Каждый человек совершает одно и то же действие по-своему.