Девятый перстень - Елена Анатольевна Леонова

другу, врачу и литератору Владимиру Далю со словами: «Бери, мне уж не писать». Позднее Даль отмечал, что перстень даёт ему энергию и желание творить. Если принять это на веру, можно предположить, что именно перстень поэта «помог» Далю создать потрясающий словарь русского языка. После смерти отца дочь Даля передала кольцо Российской академии наук, и сейчас оно хранится в Мемориальном музее-квартире Пушкина в Санкт-Петербурге.

«Хранилось», — захотелось добавить Саблину, но сдержался.

— Понятно. Вот так история.

— Да. Кольца — вообще интересная вещь, особенно если они с камнями. Говорят, минералы считывают энергетическое поле владельца и подстраиваются под его нужды и желания.

— А что скажете про перстень, который был у Ивана Грозного? — спросил следователь.

— Хм, — Оболенцев прищурился и задумался на секунду, — вы говорите сейчас о кольце Мироздания?

Саблин не слышал такого названия, поэтому слегка смутился.

— Возможно.

— Тогда тут ещё более интересная история.

Глава 34. Москва. Понедельник. 18:15

— Про кольцо Мироздания известно, если честно, совсем мало. Я его сам не видел, в отличие от перстня Пушкина. В печатке того кольца, как считали многие мудрецы древности, скрыт код устройства Вселенной. Согласно преданию, перстень делал своего владельца неуязвимым для врагов и открывал клады мира, — начал рассказывать Оболенцев. — В середине шестнадцатого века на службу к Ивану Грозному поступил немец Орн. Ходили слухи, что его прогнали из Европы из-за колдовства. Орн был жесток и придумывал разные мучения и казни. Это пришлось по душе царю, и он подарил иностранцу большое имение на окраине Москвы, сейчас это район Останкино. Поселившись там, Орн, к удивлению соседей, принялся раскапывать старые захоронения и что-то разыскивал. Оказалось, что разбиравшийся в колдовстве немец специально приехал в Московское царство и выпросил у царя данное имение, так как искал кольцо Мироздания. Он где-то вычитал в старых летописях, что последней владелицей данного артефакта была русская ведьма, проживавшая как раз в том месте, где поселился немец. Орн раскапывал могилы неслучайно: искал останки колдуньи и волшебное кольцо. Перстень Орн вроде как нашёл, но вскоре умер. Украшение какое-то время находилось у царя, но начало приносить несчастья. Тогда Иван Грозный приказал вернуть перстень в землю, где он и был найден Орном.

Саблин заслушался, забыв стряхнуть пепел с сигареты, который упал на пол.

— Владелец этого кольца, как нам стало известно, работал на строительстве Останкинской телебашни, — припомнил следователь информацию из рапорта Максимовой.

— Ха! — улыбнулся Оболенцев. — Это неслучайно, да! Говорят, что именно при возведении Останкинской башни, где когда-то было то самое кладбище с захоронением ведьмы, рабочие несколько раз находили в земле золотой перстень. Однако как только кто-то примерял кольцо, он тут же падал замертво, а странное украшение бесследно исчезало. Эзотерики считают, что таким образом кольцо Мироздания ищет достойного владельца, которому оно смогло бы покориться и раскрыть свои тайны.

— Ничего себе… м-да, — Саблин усмехнулся. — Думаете, это правда?

— Кто же знает! Но мне показалось или вы знакомы с владельцем этого перстня? — с интересом спросил Яков Владимирович.

— Похожее кольцо было у одного человека, проходящего по делу. Само украшение мы не видели, но, похоже, это как раз оно.

— Ну ясно. Хотелось бы, конечно, посмотреть на перстень. Очень редкая вещь, должно быть.

— У меня остался последний вопрос. Про кольцо Якова Брюса. Слышали о таком?

— Боже ты мой, Алексей! — с улыбкой воскликнул Оболенцев. — Вы решили меня поразить сегодня своей осведомлённостью об антикварных украшениях! О нём-то откуда узнали?

— Работа такая.

— О подобных вещах просто так и не узнаешь! Эти кольца — так сказать, шоколадная крошка в мире старинных реликвий!

— Ну и что про перстень Брюса?

— А вы в курсе, кто этот Брюс? — хитро поинтересовался Оболенцев.

— Не совсем, но, кажется, был каким-то сподвижником Петра Первого, — Саблин вспомнил, что ему говорил Гуль.

— Верно. Генералом, дипломатом, книгоиздателем и учёным. Но главное, знаменитым колдуном Сухаревой башни.

Глава 35. Москва. Понедельник. 18:30

Саблин скептически улыбнулся.

— Колдун Сухаревой башни?

— Именно. Тот же самый Пушкин называл Брюса «русским Фаустом», а в народном сознании он прочно связался с астрологией, демонологией и колдовством. Хотя факты это не подтверждают. Но тем не менее, — Оболенцев вздохнул, — Сухарева башня стала визуальным символом места, где «чернокнижник» Брюс занимался разного рода магическими экспериментами, так как там находилась обсерватория. Её существование подтверждено документами, ведь в башне размещались Школы математических и навигацких наук, а Брюс руководил возведением и оснащением, ведь, помимо всего, он был очень богат.

— Но башни, кажется, такой сейчас нет? Или я ошибаюсь?

— Вы правы, башни нет. И тут вот в чём дело. Согласно одной из легенд, у Брюса имелось много манускриптов, содержащих древнюю мудрость. Пётр Первый неоднократно просил Брюса дать ему почитать некую волшебную книгу, спрятанную в потайной комнате Сухаревой башни. Книга принадлежала самому царю Соломону. Но Брюс утверждал, что подобной книги у него нет. Когда в начале восемнадцатого века он умер, императрица Анна Иоанновна велела обыскать обсерваторию Сухаревой башни, но «волшебной книги» там не нашли. Императрица, видимо, всё-таки думала, что книга существует, и выставила у Сухаревой башни караул, чтобы никто не попробовал её найти. Кстати, караул был упразднён только на восьмом году Советской власти, а книгой интересовался сам Иосиф Сталин, с чем обычно связывают решение Сухареву башню снести. Её разбирали буквально по кирпичику, стараясь отыскать потайную комнату или нишу, где сокрыт фолиант. О результатах якобы докладывали лично Сталину каждый день, а всё найденное отвозили прямиком в Кремль. Остатки башни были в итоге взорваны.

— Книгу нашли?

— Неизвестно.

— Ух! — Саблин выдохнул. — Вот так истории вы мне сегодня поведали.

— Сами спросили, — засмеялся Оболенцев.

— Да, не отрицаю. Так, а что с кольцом Брюса?

— Ах да, — Яков Владимирович поменял позу и сел, облокотившись на ручку стула. — Кольцо действительно было. Даже осталось его описание у современников: массивный перстень с ромбом из красного рубина и восемь значков вокруг. Рубин — символ прохождения четырёх ступеней жреческой школы, цвет рубина — цвет одежд жреца четвёртой ступени — мага огня. Восемь символов — заповеди ведизма. Вся композиция — модель галактики, отображающая солнце и восемь небесных тел.

— У меня, простите за выражение, сейчас крыша поедет от всего этого, — улыбнулся Саблин.

— Понимаю, — закивал Оболенцев. — Так вот. В тысяча девятьсот двадцать девятом году могила Брюса была вскрыта. Сохранившиеся личные вещи: камзол, сапоги, перстень — много позже переданы в мастерскую Михаила Герасимова для реставрации, а потом помещены в Исторический музей. Наверное, они до сих пор там, но кольцо пропало.

— М-м-м… — Саблин задумался, — тот,