Девятый перстень - Елена Анатольевна Леонова

— Очень может быть. Упомянутый мной Герасимов как раз участвовал в той экспедиции. Возможно, кто-то из людей его мастерской и забрал перстень Брюса.

— Видимо, украшение ценное.

— Да. Но, возможно, не с точки зрения денег в обычном смысле. Брюс был масоном, и перстень символизировал его принадлежность к Великой ложе.

— Так, стоп, — Саблин встал, — масонов я уже не выдержу.

Оболенцев рассмеялся.

— Вы хотели знать, и я вам рассказал.

— Да, благодарю вас, Яков Владимирович. Мне стало более понятно. Все перстни с невероятными историями и имеют ценность для коллекционеров.

— Безусловно. Многие отдали бы всё, лишь бы увидеть эти вещи.

— Серьёзно? — насторожился Саблин. — А почему? Неужели есть те, кто думает, что перстни действительно обладают силой?

— Конечно! Вы что?! Люди верят во всё, что может сделать их лучше, чем они есть.

— А как вы считаете, кто-то способен специально разыскивать такого рода реликвии?

— Думаю, да. Фанатиков мистицизма и колдовства полно в мире. Кому, как не вам, об этом знать.

— М-да, — согласился Саблин. За последние несколько лет майор сталкивался с последователями и древнего индийского культа, и средневекового мистического германского братства, и с одержимыми учёными-библеистами. Удивляться уже, казалось, нечему. Однако в мире, видимо, ещё много всего, о чём Саблин и не подозревал.

— Скажите, Алексей, — вкрадчиво произнёс Оболенцев, — понимаю, что это закрытая информация, но я правильно понял, вы сейчас расследуете что-то, связанное со всеми упомянутыми перстнями?

— Можно сказать и так, — Саблин обошёл рабочий стол, кидая истлевший окурок в пепельницу.

— Поразительно, — удивился коллекционер. — Значит, кольца существуют?

— Скажу вам одно: мы о них слышали в ходе расследования, но не видели. Поэтому, собственно говоря, я запросил разрешение на эксгумацию Дорофеева. Нужно забрать кольцо, похороненное с ним.

— Да-да, теперь ясно. Кстати, Рая согласна на эту процедуру. Завтра она передаст письменное разрешение.

— Отлично.

— Да… да… Ну надо же! — задумчиво бормотал коллекционер. — Все эти кольца… невероятно.

— Яков Владимирович, не буду вас больше задерживать.

— Хорошо, хорошо, конечно. Но, если что-то ещё вам понадобится, прошу вас, не стесняйтесь, обращайтесь! Я с удовольствием помогу.

— Благодарю вас.

Весь в своих мыслях, Оболенцев покинул кабинет следователя.

Глава 36. Москва. Понедельник. 19:20

После ухода коллекционера Саблин сообщил Шульцу, что Дорофеева согласна на эксгумацию и можно начинать процедуру. Ждать официальных бумаг майор не хотел. Нужно скорее получить перстень.

Затем он записал на флипчарте важные подробности про кольца, фигурирующие в деле, узнанные в разговоре с Оболенцевым.

Было очевидно, что все перстни имеют невероятную ценность для преступника, иначе бы он не стал устраивать маскарад с тёмными одеждами, использовать токсин и рисковать, пробираясь в дома своих жертв.

Оставался вопрос: кто этот Сорока, как преступника окрестил Синицын, и зачем ему украшения? А также как он ищет свои трофеи? Как узнал, что старинные реликвии, о которых мало кто в курсе, находятся у людей, пострадавших от ограбления?

У Саблина пока не находилось ответов.

Надо искать связь между жертвами. Но следователь даже не представлял, с чего начать.

Первое место происшествия — музей Пушкина. Второй пострадавшей была Мечникова, преподаватель музыки, но кольцо принадлежало её мужу, он получил его от родственника-инженера, работавшего на строительстве Останкинской телебашни.

Саблин посмотрел на доску с записями, а потом взял со стола блокнот.

А кем работал муж? Он поискал информацию.

Проклятие! Максимова не уточнила. Надо выяснить.

Следователь нарисовал большой вопросительный знак рядом с фамилией «Мечников» на доске.

Так. Третий — Дорофеев — занимался коллекционированием книг, вращался среди антикваров. Тут всё ясно.

И четвёртый — Гуль, бизнесмен.

Хм. Саблин задумался. На первый взгляд, ничего общего между пострадавшими.

Но надо искать. Что-то обязательно всплывёт.

Преступник знал, что Дорофеев планировал поехать на дачу. Это пока единственная зацепка. Значит, злоумышленник где-то с ним пересекался.

Следователь сел за рабочий стол, взял телефон и набрал номер, который нашёл в рапорте Максимовой по происшествию на Котельнической набережной.

— Слушаю, — послышался немолодой женский голос.

— Галина Сергеевна Мечникова?

— Да. Кто это?

— Вас беспокоит майор Саблин, криминальная полиция. Я по поводу пропажи вашего кольца. С вами общалась моя коллега, старший лейтенант Максимова.

— А, да-да. Вы нашли перстень?

— Пока нет, но мы работаем. Могу я задать вам пару вопросов?

— Конечно.

— Скажите, я правильно понимаю, что кольцо принадлежало вашему супругу?

— Да, верно.

— Кем он работал?

— Он писатель.

— В каком жанре?

— Исторические романы. Вы не слышали о нём? Илья Мечников. Его произведения были очень популярны.

— Простите, но нет. А как давно он умер?

— Два года назад.

— Ясно. И кольцо с тех пор находилось у вас?

— Да.

— Кто-то им интересовался? Может, коллекционеры?

— Не припомню.

— Вам знакома фамилия Дорофеев?

— Вроде нет.

— А Гуль?

— Тоже нет.

— Ваш муж, случайно, не рассказывал вам, что ходил в музей-квартиру Пушкина на Арбате?

— Не помню о таком. Илюша хоть и был писателем, но к Пушкину относился ровно.

— Понятно. Ладно. Большое вам спасибо.

— Не за что.

Саблин положил телефон на стол. Пока мимо.

Но то, что супруга не знает других пострадавших, не означает, что сам Мечников с ними не был знаком. Надо копать в ином направлении, как говорится.

Глава 37. Москва. Понедельник. 20:00

По дороге в бар «Пьяная устрица» Альбина немного волновалась. А что, если хакер откажет ей? И дело было совсем не в деньгах, которые она потеряет. У неё просто больше нет других вариантов, как найти членов Ордена Янтарной Бездны без помощи компьютерного взломщика.

Зайдя в заведение, она остановилась. Внимательным взглядом осмотрела помещение, быстро подметив красный кошелёк на столике рядом с тем, где сидела вчера.

Удача! Хакер оставил знак, что готов с ней пообщаться.

Альбина села за столик, убрав кошелёк в сумочку. Теперь надо ждать звонка. Она положила мобильный перед собой и заказала бокал вина.

Ждать долго не пришлось.

Через четверть часа телефон зазвонил.

— Слушаю.

— Альбина? — послышался молодой мужской голос.

— Да, — она не удивилась, услышав своё настоящее имя, несмотря на то что карта, оставленная в кошельке, была на другую фамилию.

— Фридрих Энгельс. Вторая лавочка слева. Через час, — произнёс голос и отключился.

Альбина открыла интернет в телефоне. Она сразу догадалась, что речь идёт о памятнике немецкому политическому деятелю, но не могла вспомнить, где он стоит.

Спустя десять минут она вызвала такси и поехала на площадь Пречистенские ворота у метро «Кропоткинская», где, судя по карте, и установлен памятник Энгельсу.

На улице начинало темнеть,