Один из нас - Алексей Стрельцов

— В зале шумно было. Музыка там, голоса… Я видел только вооруженного человека, который ворвался внутрь. Я думал, это ограбление.

— Чем ты думал, дебил?! — рявкнул Сечин. — Своей фисташкой? — он двинул бугаю подзатыльник. — Ты попал, черт, на тебе нападение на сотрудника!

— Мне не нужны никакие неприятности, — всхлипывая, причитала девушка из обслуги «Вегаса». — Я просто пытаюсь заработать.

— Сложно найти работу? — с сочувствием спросил Матвеев, протягивая ей салфетку. Девушка закивала, снова всхлипывая и вытирая глаза. — Понимаю. И я вас не виню. Я на вашей стороне, понимаете?

— Да. Спасибо…

— Но Тамара… Вас ведь Тамара зовут? Тамара, ситуация непростая. Я понимаю вас, я могу войти в ваше положение, — увещевал ее Матвеев. — Но и вы войдите в мое. Игорный бизнес вне закона. Мы не можем так просто это оставить.

Девушка расплакалась.

— Господи! Что же мне делать?

— Спокойно, спокойно. Вот, выпейте, — Матвеев сунул ей в ладонь стакан с водой и даже погладил ее по руке. — Что-нибудь придумаем. Верите мне?

Она с надеждой и благодарностью кивнула.

— Хорошо. А сейчас, Тамара, скажите.

— Можете на ты…

— Договорились. Тогда вы тоже. То есть ты. Меня Павел зовут. Можно Паша, — Матвеев обезоруживающе улыбнулся. — Вот и подружились. Это хорошо. А теперь, Тамара, скажи мне вот что. Это важно. — он положил перед девушкой фото Самохина. — Вы его видели в «Вегасе» когда-нибудь?

Тамара замерла. Нет сомнений, что Самохина она узнала. Поколебавшись, она взглянула в открытые, честные и сочувствующие ей глаза Матвеева — и закивала.

— Да. Он иногда приезжал. К хозяину.

— Очень хорошо. Ты молодец, Тамара, умница. А теперь попробуй вспомнить: когда он приезжал в последний раз?…

В самом казино все еще работали полицейские. Из ОВД пригнали «Газель», в которую грузили оборудование клуба. Дежурный следователь составлял протокол и документировал факт поджога в кабинете Щеголькова — на этом настоял Кузьмин перед отъездом — нужно было, чтобы на хозяина «Вегаса» телега была как можно больше.

От оперов в казино остался Туров. Ходя по помещению, наводненному постовыми и сотрудниками в штатском, он свернул в зал с рулеткой. Осколки стакана на полу — его выронил кто-то из посетителей при появлении спецназа. Двое полицейских демонтировали кассовое оборудование. Криминалист фотографировал.

На столе Туров обнаружил груду фишек. Взял одну, повертел ее в пальцах.

Точно такие же фишки они нашли в квартире Самохина. Это уже было что-то. Это была доказуха.

Так думал Туров, не зная, что в реальности все пойдет совсем не так…

Кузьмина разбудил звонок сотового, который он всегда клал на угол ночного столика — чтобы можно было просто дотянуться, не вставая. Машинально Кузьмин схватил телефон и отключил звук. Лишь после этого разлепил глаза.

Часы показывали три часа ночи. Кузьмин сонно проворчал проклятия. Он приехал домой и лег спать меньше часа назад. Покосился на сопящую рядом Айдану. Она не проснулась.

На дисплее сотового высвечивался знакомый номер — дежурка.

Кузьмин встал и прошамкал в коридор, где, прислонившись к стене, сонно ответил на звонок.

— Кузьмин, слушаю.

— Товарищ майор, помощник дежурного Коно…

— Что у вас? — перебил Кузьмин. — Сейчас четыре утра.

— Труп, Валерий Анатольевич.

Кузьмин готов был обложить помдежа матом.

— Кто от оперов сегодня дежурит?

— Товарищ майор, тут такое дело… На трупе… На нем полицейская форма.

***

Адвокат появился к четырем утра. И сразу все испортил.

— По какому праву вы допрашивали моего клиента без адвоката?

— Вас на юрфаке учат разговаривать, как персонажи из дешевых американских сериалов? — парировал, поморщась, Савченко. — У меня коллега учится на юрфаке, так он говорит, что ничему подобному там не учат. Может, у вас какой-то специальный юрфак? Юрфак для юр-фриков? Вы лучше меня знаете, что я могу говорить с доставленным, сколько захочу, в рамках лимита, а дальше дело следователя. Так что свои дежурные фразы приберегите для ток-шоу про адвокатов и суд, хорошо?

— Я же говорил! — осмелев, ткнул в опера пальцем Щегольков.

— Послушайте… — начал адвокат, но Савченко перебил его:

— Нет, это вы послушайте! Щеголькову светит серьезная статья. Дело даже не в игорном бизнесе, здесь налицо еще и поджог. А про возможное участие или соучастие в убийстве мента я вообще молчу.

Адвокат сжал зубы.

— Мы можем выйти с вами?

— Не вопрос. Только зачем?

Савченко вышел в коридор. Весь третий этаж УВД был погружен в полумрак, лишь из кабинетов дежурных оперов доносились голоса, смех и звук телевизора.

— Какая статья? Не смешите меня, — выдал адвокат. — Никакой уголовной ответственности за игорный клуб не будет, уж поверьте, это у меня не первое такое дело. Штраф за незаконное предпринимательство возможно.

— Игорный бизнес запрещен, какой нахрен штраф? Давайте мы и наркоторговцам будем штрафы выписывать, это же незаконное предпринимательство!

— Философствовать можете сколько угодно, но я рассматриваю ситуацию с точки зрения законодательства Российской Федерации.

— Адвокат, как вас там…

— Да, в помещении находилось оборудование для ведения игорного бизнеса. Мой клиент раньше им занимался, когда это было законно и ничему не противоречило. В дальнейшем он прекратил деятельность и последние годы просто хранил технику в этом помещении.

— Это прикол такой?

— Вы можете доказать, что там действительно велась игорная деятельность?

— Да легко.

— Это мы обсудим со следователем. И я уже, если вас интересует, подготовил ходатайство о нарушениях с вашей стороны, в частности, о превышении полномочий.

Савченко выругался.

— Ага, и собственный офис он поджечь не хотел, да?

— Мой клиент заправлял бензином зажигалку, — не моргнув глазом, заявил адвокат. — Делал это около урны. Так вышло, что когда ворвались полицейские, он растерялся и уронил все в урну. Произошло возгорание. Клиент запаниковал, он боится огня, это обычное явление. Все боятся огня. И он решил скрыться. В состоянии паники люди и не на такое пойдут.

Савченко одарил его убийственным взглядом, но адвокат выдержал это. Савченко закурил.

— Хорошо. Давай так. На игровой клуб нам в принципе плевать. Но нам нужна информация. Речь идет об убийстве.

— Понимаю. И мой клиент как законопослушный гражданин с удовольствием поможет органам правопорядка всем, чем сможет. Но… — адвокат выдержал эффектную паузу и сухо улыбнулся: — …Не вам. Где следователь по нашему делу?