Смерть в хрустальном дворце - Кэролайн Данфорд

– Вот, выпейте это, дорогая, – произнес грубоватый и хриплый голос. Мужчина с бакенбардами вручил мне стаканчик бренди. Я взяла его вялой рукой. Однако Клаус тут же накрыл мою руку своей, чтобы я случайно не расплескала эту дрянь.

– Вы должны это выпить, фройлен, – сказал Клаус. – Это пойдет вам на пользу.

Я медленно сделала маленький глоток этой мерзкой жидкости, сразу же закашлялась и чуть не выплюнула все. Какие-то брызги вылетели у меня изо рта, и Фридрих шагнул назад.

– Фройлен приходит в себя, – сказал он. – Нам нужно идти.

– Да, да, у нас плотный график, – влез майор Грин, дергая себя за бакенбарды. – Вы сюда не одна приехали, юная леди?

Я кивнула, показывая, что мне это дается с большим трудом. Я надеялась, что мне удалось показать, каких усилий требует каждое движение. Я поморщилась. Несмотря на меры предосторожности, я все-таки стукнулась головой об пол гораздо сильнее, чем мне хотелось бы, и чувствовала, что вскоре у меня в том месте образуется синяк. Правильно падать – это еще один навык, которому меня должен обучить Фицрой.

– С леди Стэплфорд, – сказала я, используя устаревший и неправильный вариант имени, но Риченда любила, когда к ней так обращались. После смерти отца титул унаследовал ее брат, а Риченда, как его сестра-близняшка, считала, что тоже имеет право на титул, и ее никто не мог убедить, что использование его неправильно. Конечно, когда она вышла замуж за Ганса, он быстренько пресек эти притязания. Однако я решила, что раз у меня легкое сотрясение мозга, то меня вполне можно простить за использование этого варианта ее имени.

– Отправьте пажа на поиски леди Стэплфорд, – одновременно приказали Грин и Фридрих. Это заставило меня задуматься, не остается ли Фридрих действующим офицером. Остальные джентльмены, рядом с которыми не было дам, чтобы направлять их, оказались неспособными к действиям при виде женщины, лишившейся чувств.

– Можете идти, – сказал Фридрих остальным. – Я сообщу охраннику о случившемся, и он за ней присмотрит, пока не появится ее компаньонка. Не нужно больше тратить время, мы и так надолго отвлеклись.

Я услышала гул голосов, издаваемых джентльменами. Они явно были довольны. Я не считала их бесчувственными. Я просто знала, что они отчаянно хотят убраться подальше от места, где потенциально могут оказаться в неловком положении. Немцы, несомненно, задумывались, что я за леди, если могу рухнуть на пол таким образом, а англичане пришли в ужас от того, что одной из их соотечественниц стало дурно из-за жары. В конце концов, мы же владели Индией, а те, кто там был, прославились своей отвагой и стойкостью.

– Я останусь с ней, пока не появится ее подруга, – объявил Клаус, как я и надеялась. – Я вас догоню.

– Но для нас важно закончить тур, – возразил Фридрих. – Это будет оскорблением по отношению к принимающей стороне.

– Я думаю, что еще более оскорбительным будет бросить одну из их дам в таком состоянии, – заявил Клаус.

– Тогда пусть один из них о ней беспокоится, – тихо, но резким тоном сказал Фридрих Клаусу. – Это не наше дело, сэр.

– Она очень милая леди, и я ее знаю, – точно так же тихо ответил Клаус. – Я не оставлю ее с незнакомым человеком. Это займет всего несколько минут. Иди с ними, Фридрих. Ты можешь все записывать. Ты же все очень быстро схватываешь.

Клаус явно, хотя и очень вежливо, отсылал Фридриха прочь. Делегаты продолжали кружить вокруг, тихо переговариваясь, их воркование напомнило мне о голубях, которые вдруг обнаружили, что никто не даст им зернышек. Я подняла руку и дотронулась до того места на голове, которым приложилась об пол, и поморщилась от собственного прикосновения. Но, по крайней мере, моя рука не окрасилась кровью.

– Думаю, мне нужен лед, – произнесла я и услышала, как мой голос слегка дрожит. К этому времени я на самом деле уже чувствовала себя нехорошо.

– Нам следует вернуться в обеденный зал, – объявил Клаус.

– Мне не хочется лишнего шума, – ответила я. – Может, лучше в чайную? Она маленькая, и туда заходит не так уж много людей, потому что она расположена немного в стороне, а не там, где идет основной поток посетителей.

Также я знала, что в обеденном зале сейчас убирают, а сразу же после этого начнут накрывать столы для ужина. В чайной будет меньше заинтересованных лиц.

– Вы идти можете? – спросил Клаус.

– Конечно, – ответила я, слишком быстро встала и была вынуждена практически сразу же снова сесть. – Через минутку.

– Идите, – обратился Клаус ко всем остальным. – Это моя знакомая. Я вас чуть позже догоню. Мой помощник потом полностью введет меня в курс дела.

Майор Грин обеспокоенно взглянул на меня, но потом выстроил свое войско и повел прочь. Фридрих чуть ли не шел спиной вперед, пытаясь до последней минуты не спускать с нас глаз.

Я снова встала. На этот раз я лучше держалась на ногах.

– Возьмите меня под руку, фройлен, – предложил Клаус, и я сделала это с благодарностью.

Вероятно, барон заранее изучил план расположения помещений в Хрустальном дворце, потому что он безошибочно, хотя и осторожно повел меня к чайной. После того, как он усадил меня за столик и заказал чай, он позвал пажа и велел тому перенаправить леди Стэплфорд сюда.

Принесли очень горячий и очень крепкий чай. Клаус настоял, чтобы положить в мою чашку побольше сахара.

– Вам сейчас нужно обязательно выпить сладкого чая. Сахар пойдет вам на пользу, милая девушка. Мой отец интересовался медициной и клялся, что сладкий чай увеличивает не только шансы на выздоровление, но и его скорость.

Я пила чай маленькими глотками.

– Ваш отец был врачом?

Клаус покачал головой:

– Он бы хотел стать врачом, но это было невозможно из-за того, за кого моя бабушка вышла замуж. Ему требовалось управлять слишком большим количеством поместий. Но он не отказался от своих интересов, посвящал им все свое свободное время, как и я.

– Мне очень жаль, что вы из-за меня не отправились на экскурсию, – сказала я.

– Если честно, то она была не очень интересной, – ответил Клаус. – Майор пытался ее оживить, добавить какую-то – как вы это называете? – изюминку, но, к сожалению, кто-то за обедом спросил, принимал ли он участие в боевых действиях.

– А-а, – протянула я. – Судя по возрасту, он должен был участвовать во Второй англо-бурской войне. Те, кто в ней участвовал, кажется, обожают рассказывать про свои подвиги.

Клаус пожал плечами:

– Война – это не героизм и не романтика. Хотя она может быть необходима. Но я не получаю удовольствия от рассказов о приключениях типа тех, которыми нас развлекал майор.

– Я знаю очень мало про ту войну, но насколько я понимаю, мы вначале сильно проигрывали. Южно-Африканская Республика и Оранжевое Свободное государство объединились в одну страну только в 1910 году. – Я чуть улыбнулась. – Мой отец любил слушать, как я читаю ему новости из газет. В конце жизни у него было плохо с глазами.