Король умер - Эллери Квин

У подножия скалы стояла легковая машина из гаража резиденции семьи Бендиго. В машине никого не было, но в зажигании торчал ключ. Инспектор и Эллери огляделись, однако дороги так и не увидели.

— Как же она сюда проехала? — недоумевая, спросил инспектор.

— По тоннелю, — пояснил Эллери. — Вон видишь, в скале замаскированные ворота? За ними проложен тоннель, который выходит к шоссе. Бог ты мой, тоннель в гранитной скале! Говорю тебе, эти люди так и остались детьми.

— Детьми не детьми, а дело они свое туго знают, — буркнул инспектор.

— Стоять!

Решетчатые ворота в тоннель были закрыты, и только сейчас Квины увидели за ними двоих вооруженных солдат. Солдаты держали их на прицеле. Между ними стоял офицер с загорелым лицом и холодными прозрачными глазами. Неподалеку от них с сигаретой в зубах Эллери увидел полковника Спринга.

— Доброе утро, полковник, — поздоровался он.

Спринг на приветствие не ответил.

— Что вам нужно? — резко спросил офицер.

— Ничего. Просто осматриваем местные достопримечательности. Вы, кажется, майор, не так ли? Никак не разберусь в ваших знаках отличия.

Спринг продолжал молчать.

— Полковник, мы можем осмотреть тоннель?

Спринг не отреагировал. Он смотрел на Квинов так, словно впервые их видел.

— Ваши пропуска, — прохрипел майор.

— А что это за место? — полюбопытствовал инспектор.

«Ну ладно, полковник, — подумал он, — если это твоя игра…»

— Майор, во что вы здесь играете?

— Ваши пропуска! — не поняв юмора, рявкнул майор.

Улыбка сползла с лица инспектора Квина.

— У нас нет никаких пропусков, — бодрым голосом отозвался Эллери. — Полковник Спринг может сказать вам, кто мы такие.

— Я знаю, кто вы. Ваш пропуск!

— Кинг и Абель Бендиго разрешили нам ходить куда захотим. Вам что, об этом не сообщили?

— Покажите!

— Что показать? — теряя терпение, спросил Эллери. — Я же сказал, что ваш «король» разрешил нам ходить там, где мы пожелаем.

— Чтобы попасть сюда, необходимо предъявить пропуск за подписью полковника Спринга. Здесь запретная зона. Если у вас нет пропуска, вы должны немедленно покинуть это место. Так у вас есть пропуск?

— Проклятье! — тихо выругался инспектор.

Эллери посмотрел на Спринга:

— Хорошо, полковник, инспектору Квину и мне нужны пропуска. Дайте нам их.

Полковник улыбнулся:

— Конечно, мистер Квин. Я могу выдать вам пропуска, но их должны завизировать Кинг Бендиго или Абель Бендиго. Таковы инструкции. Так что заходите ко мне в кабинет, и я вам выдам пропуска.

Он бросил окурок на землю и придавил его каблуком.

— Ну что, сынок, пошли, — позвал Эллери инспектор Квин.

И тут произошло нечто неожиданное — единственная дверь бетонного бункера распахнулась, и из него вышел доктор Сторм, держа в руке медицинский саквояж, а за ним — громадный охранник.

Эллери достал из кармана бинокль, поднес его к глазам и навел на оконце бетонного сооружения. Лицо у полковника вмиг стало суровым. Он что-то резко приказал майору, и тот, крича, бросился к дзоту. Очевидно, напряжение на чугунное ограждение подавалось с башенки. Майор подбежал к воротам и открыл их ключом.

— Арестуйте этих людей, — потребовал Спринг.

Майор вырвал из рук Эллери бинокль, и через пару секунд Квинов уже держали двое охранников. Затем их втащили на огороженную территорию. Солдат, обхвативший инспектора, нечаянно стянул на нем галстук, и тот начал задыхаться.

— Ради… всего… святого… — прохрипел старший Квин и стал медленно краснеть.

Кто-то сильно ударил Эллери по лицу. Он зашатался. Голубое небо, синее море и зеленые пальмы поплыли у него перед глазами. Упав на живот, Эллери уткнулся носом в мелкий ракушечник и почувствовал на своей спине солдатский ботинок. Когда его поставили на ноги, он постепенно стал приходить в себя. Рядом, отряхивая с себя пыль, стоял его мертвенно бледный отец. Доктор Сторм в черном костюме и белой рубашке, делавших его похожим на старого пингвина, в окружении охранников о чем-то оживленно беседовал с полковником Спринтом. Лица у всех были злые.

Это их работа, держась обеими руками за пах, подумал Эллери.

Полковник Спринг с сигаретой во рту, склонив голову на грудь и сдвинув брови, слушал, о чем говорит доктор. А тот все говорил и говорил…

В небе тем временем кружил самолет.

— Хорошо, — пожав плечами, произнес наконец полковник. Затем что-то бросил майору и скрылся внутри бетонного сооружения.

— Господа, вы свободны. Можете идти.

Эллери поднял голову и увидел перед собой улыбающегося доктора Сторма.

— Можем… — словно эхо повторил он.

— Я вас прекрасно понимаю, — продолжил главный врач острова Бендиго. — Ваше мужское самолюбие уязвлено.

— Уязвлено, — ухмыльнувшись, подтвердил Эллери, продолжая держаться за пах. — Я хочу объяснений. Я требую извинений и чтобы меня оставили в одной комнате с тем, кто меня избивал!

— Успокойтесь, — посоветовал Сторм. — Этого все равно не будет. Слава богу, что я оказался рядом. И послушайте меня: никогда здесь больше не появляйтесь.

Он приветливо махнул Квинам рукой, вышел за ворота и сел в машину. Развернувшись, автомобиль въехал в тоннель и скрылся. Ворота тоннеля тотчас закрылись, и разглядеть их в скале было уже невозможно.

— На выход! — указав пальцем на ворота, скомандовал майор.

— Пошли, сынок, — нервно позвал инспектор. — Машину вести сможешь?

Эллери посмотрел на свои распухшие пальцы.

Машину Эллери вел с большим трудом. Боль в паху прошла, но нос после того, как он, упав, порезал его об острый ракушечник, по-прежнему жгло. Тело ныло в десятке мест.

Инспектор сидел рядом, положив руки на колени и уставившись в одну точку.

Они долго ехали молча.

— Ты кого увидел в бинокль? — спросил наконец инспектор.

— Доктора Акста, — с трудом шевеля языком, ответил Эллери.

— Физика Акста? Того высокого молодого блондина?

— Да.

— Так, может, там и расположена лаборатория, в которой он играет со своими атомами? Тогда понятно, почему это здание так усиленно охраняется.

— Для таких исследований постройка слишком мала. Я видел, что Акст обеими руками держался за решетку. И они у него были в наручниках.

— В наручниках?! — воскликнул изумленный инспектор.

— Они держат его в заключении, — разглядывая свои опухшие руки, сказал Эллери. — Вот почему мы его давно не видели. Его изолировали.