Воющие псы одиночества - Александра Маринина

Через два с лишним часа, пройдя все виды гидромассажа понескольку раз, Вера взяла с лежака свое полотенце и поднялась по лестнице вбани. Сняла мокрый купальник, аккуратно сложила на полочку специальногостеклянного стеллажа, обмоталась полотенцем и не спеша отправилась в витаминныйбар. Взяла стакан травяного чая и собралась было сесть на шезлонг у окошка,когда чья-то рука осторожно прикоснулась к ее плечу.

- Ты меня избегаешь, или мне показалось?

На мгновение Вера испытала некое сложное чувство, состоящеев равных долях из неудовольствия, удовлетворения и испуга. Не выдержалвсе-таки, примчался! Задергался. Просто так? Или что-то заподозрил?

Или увидел то, чего не должен был видеть?

Но мгновение - оно и есть мгновение, и длится оно не час идаже не минуту, а куда меньше. И когда она обернулась к стоящему за спиноймужчине, впечатление было такое, что обернулась она сразу и никакого такогомгновения и не было.

- Валера! Ты меня напутал. Зачем ты приехал? Мы же недоговаривались.

- Поэтому и приехал. Ты давно не звонила. Я соскучился.

Он наклонил голову с явным намерением поцеловать Веру, онапослушно подставила губы и даже изобразила движение навстречу ему, словнохотела прижаться к его груди. Но не прижалась. Сразу после поцелуя поднесластакан к губам и начала небольшими глоточками пить чай.

- Давай присядем за столик, - предложила она. - Ну, какты, милый? Как у тебя дела?

- Это я должен спросить, как у тебя дела, - мягковозразил Валерий. - От тебя что-то ничего не слышно. Неужели до сих пор ненашла?

- Мне что-то не везет, - со вздохом пожаловалась Вера.- Наверное, полоса везенья закончилась.

В общем- то она была на сто процентов уверена в своихактерских способностях и в умении обмануть кого угодно и по любому поводу, нона всякий случай ловко спрятала глаза, отпивая чай. С Валерием Воркулемрасслабляться не стоит, вся история их отношений показывала, что с ним Вереникогда не удавалось справиться так же легко, как со всеми прочими мужчинами вее жизни, а было их ой как немало. Может быть, дело в том, что он не такой, каквсе, а может быть, в том, что его единственного она действительно любила.Когда-то. Много лет назад. Сейчас-то уже не любит, но ведь любила же… И онуверен, что Вера любит его до сих пор.

- Ну ничего, - Валерий ободряюще улыбнулся, - ужеапрель, вот-вот начнется сезон, народу прибавится. Но это неправильно, что тыпропадаешь, не звонишь мне, Веруня. Неудачи - не повод для молчания. Неудачи укаждого бывают, но мы же с тобой вместе. И должны быть вместе. И будем вместе.

- Да, конечно. - Она рассеянно обвела глазамипомещение, на секунду задержала взгляд на молодой женщине, расстилающейполотенце на лежаке, и с удовлетворением отметила, что у той, несмотря навозраст, уже отвисает животик и грудь потеряла упругость. Нет, никакихкомплексов в этих Термах у Веры никогда не возникало, особенно в банях, где всеголые. Это на улице и в модной одежде женщина может выглядеть так, как ейхочется, а здесь вся правда на виду. И правда эта такова, что по-настоящемухороших тел не так уж много, что у мужиков, что у баб. Даже у молодых. Откроешьмодный журнал, и сразу появляется ощущение, что весь мир состоит исключительноиз красивых людей, и ты на их фоне выглядишь не то уродцем, не то непонятно кем,а придешь сюда, в бани, где ничто от глаз не скрыто, ни вислые животы и груди,ни дряблые руки, ни целлюлитные бедра, ни некрасивая форма ягодиц, и понимаешь,что «одетой» красоты в этом мире навалом, а вот натуральной - наищешься.

Так что Вера со своими аппетитными округлыми формами отнюдьне хуже других смотрится в свои сорок-то лет, а то и получше многих.

- И все-таки это неправильно, что ты здесь появился, -сказала она. - Это очень неосторожно. Нас не должны видеть вместе.

- Да глупости, солнышко, нас здесь никто и не увидит, -возразил Воркуль. - Мы же голые. И это бани. Здесь никто ни на кого не смотрит,никто никого не разглядывает, это не принято. Я потому и приехал именно сюда, ане к тебе домой, я же знаю, что ты бываешь в Термах три раза в неделю по утрам.Здесь абсолютно безопасно, поверь мне.

- Все равно ты не должен был приезжать без звонка, -упрямо повторила Вера. - Мало ли что… А вдруг я здесь… ну, не одна.

- А с кем? - удивился Валерий. - С этим твоим, как его…Ну, с этим, что ли?

- Да хотя бы и с ним, - сердито ответила она. - Мнесовершенно не нужно, чтобы он ревновал.

- Не понимаю, чего ты за него цепляешься? Нашласокровище.

- Не тебе судить, милый. Он по крайней мере рядом сомной всегда, когда мне нужно, а ты далеко, ты вообще в другой стране. Я же безязыка здесь пропаду, ни один вопрос не решу. Знаю двадцать слов, но этогохватает только на то, чтобы делать покупки, да и то не все, а лишь самыепростые.

- По-моему, проще выучить уже наконец немецкий, чемтерпеть около себя всякую шваль. Тебе не приходило в голову, что я тоже могуревновать?

- Ты умный, миленький, - Вера ласково улыбнулась, - длятебя выучить язык не проблема. А я глупая, мне языки не даются. Не сердись наменя. И потом, я знаю, ты не ревнив.

Она поставила на столик пустой стакан.

- Ну что, пойдем попаримся, раз уж я здесь? - предложилВалерий.

- Иди один. Не надо нам вместе…

- Вера, но я же объяснял тебе! - Он начал раздражаться.

- Я слышала. Но есть и другие соображения.

- Какие?

- Я работаю. Я делаю то, что должна. Ты ведь никогда неинтересовался, как я это делаю.

- Так ты, что… здесь, что ли? - изумился он.

- И здесь тоже. А как ты думал, милый? Наш с тобойконтингент обязательно приходит сюда, потому что сюда, рано или поздно приходятвсе. Иногда они приходят в одиночестве, и тогда для меня это бессмысленно. Ноиногда они приходят по двое, по трое, компаниями. И разговаривают. А у меняесть уши, и я слушаю. И если слышу то, что мне интересно, беру этого человека вработу.

Воркуль посмотрел на нее не то изучающе, не то с уважением,Вера толком не поняла. Ей никогда не удавалось правильно прочитывать еговзгляды.

- Я думал почему-то, что ты только в казино…

Ну конечно, он думал. Он вообще ни о чем не думал, пока уВеры все получалось с завидной регулярностью. Примерно раз в два месяца ейудавалось найти то, что нужно, и Воркуля все устраивало. Раз в два месяца онполучал деньги и был доволен и счастлив. А теперь вот уже пятый месяц пошел - иничего. То есть это он так думает, что ничего. Вот и пусть думает, пустьсчитает, что у Веры наступила черная полоса. Не нужно ему знать правду. ЕслиВера до прошлой осени еще в чем-то сомневалась, то после поездки в Страсбург -всего сорок пять минут езды на машине от Баден-Бадена - все сомнения отпали.Теперь, она будет играть по своим правилам.