Жеребец - Джеки Коллинз

— Что ж, пора ехать, — промямлил я и помог ей сесть в машину.

Как я и ожидал, прибыли мы слишком рано. Стив открыл дверь в одних трусах и футболке.

— Заходите, — весело пригласил он. — Мы только с постели. А где обещанная бутылка?

Черт возьми, я совсем забыл, что он просил прихватить бутылку. В прихожую вышла Кэролайн в полураспахнутом розовом халатике. Под ним ничего не было. Полюбовавшись ее маленькими упругими грудками, я припомнил ночь, которую провел с ней. Кэролайн терзала меня, как тигрица.

— Тони, бездельник, — накинулась она на меня, — ты не принес бутылек? Ничего в голове не держится. Она приветливо улыбнулась Александре.

— Привет! Меня зовут Кэролайн.

Александра улыбнулась в ответ, и я заметил, что взгляд ее переместился на Стива, точнее, на нижнюю часть его одеяния. Я поморщился — его причиндалы практически вылезли наружу. Я почувствовал, что закипаю.

— Располагайтесь и чувствуйте себя как дома, — предложил Стив. — Мы пойдем одеваться. Тони, открой дверь, если позвонят.

— Он такой милый, — шепнула мне Александра, когда парочка удалилась. — Просто душка.

— Да, я заметил, что он произвел на вас впечатление, — сухо ответил я, но Александра и ухом не повела.

Я налил ей рюмку водки — ничего другого в баре не было. Александра скорчила гримасу, но послушно пригубила. Никакой закуски разыскать мне не удалось. Тоже мне, герой-любовник — не мог жратвы припасти.

Дешевка!

Потихоньку стал прибывать народ. Все знакомые физиономии. Что ни говорите, а Лондон — город маленький. Куда ни плюнь — везде одни и те же. Я распустил слух, что намылился в Нью-Йорк открывать новый «Хобо». Подействовало. Я остался доволен произведенным впечатлением. Начинались вечеринки у Стива вполне пристойно, а вот позднее, через пару-тройку часов, все как с цепи срывались.

Александра упивалась зрелищем, потягивая третью рюмку водки (я решил подпоить ее как следует).

— Что это за милая киска? — спросил у меня Стив.

Вот сукин сын — мне и в голову не пришло, что он может тоже на нее позариться. Я был уверен, что Александра не в его вкусе. Он уселся рядом с ней и начал трепаться, а я не отходил ни на шаг и кипел, как чайник. И вдруг — прямо напасть какая-то! — открылась дверь и впорхнула… Вы не поверите — Гнусик!

— О, Тони! — громко прогнусавила она. — А как же твоя мамочка?

Я готов был удавить ее. Она подошла поближе и прошипела:

— Подонок ты вонючий! Ну, ничего, на тебе свет клином не сошелся. Найду кого-нибудь получше. Плевала я на тебя!

Так оставь меня наконец в покое, подумал я и решил, что пора уводить Александру отсюда. Я не хотел, чтобы ей подсунули травку, а все уже шло именно к этому.

— Пойдем, — сказал я. — Пора чего-нибудь пожевать.

— Ой, мне так плохо, — пожаловалась Александра. — Перед глазами все плывет, и голова кружится.

Я помог ей подняться, и она, пошатываясь, оперлась на меня. Да, девочка нагрузилась. Что ж, я того и добивался.

— Пока, любовничек, — прогнусавила мне вслед Джанин.

Вот, дрянь, никак не утихомирится!

На улице резко похолодало. Стремясь укрыться от пронизывающего ветра, Александра вцепилась в мой рукав и прижалась ко мне. Потом пробормотала:

— Меня тошнит.

И тут ее вырвало. В каких-то дюймах от моего пиджака. Когда конвульсии прекратились, Александра начала плакать. Я почувствовал себя последним дерьмом на свете.

— Пожалуйста, отвезите меня домой, — простонала она.

Вот вам и веселая вечеринка! Я помог Александре забраться в машину, и она понуро съежилась на переднем сиденье.

— Мне так стыдно, — жалобно всхлипнула она. — Это так ужасно. Никогда со мной такого прежде не случалось.

— Не волнуйтесь, — пытался подбодрить ее я. — Обычная история. Просто вы чуть-чуть перебрали, только и всего. Скоро пройдет.

— Извините, пожалуйста, — еле слышно пролепетала она.

Совсем дошла девочка.

— Придумал! — сказал я. — Мы заскочим ко мне, я сварганю яичницу, а вы отдохнете и придете в себя. Александра поморщилась.

— Я не могу сейчас есть! Даже думать о еде не могу. Мне бы только доползти до постели и спрятаться под одеяло.

Я тоже только об этом и мечтал!

— Хорошо, тогда я угощу вас настоящим кофе — крепким и ароматным. Идет?

Она кивнула, и я направил фалло-авто в сторону своей берлоги. Запустил радио, Арета Франклин как раз исполняла один из лучших своих хитов — очень кстати. Похоже, фортуна повернулась ко мне лицом.

Мы прибыли, и Александра спросила:

— Где это мы?

— Возле моей хаты. Сейчас я напою вас ароматнейшим кофе.

— О, Тони, мне так неловко. Я могу сама сварить кофе. Отвезите меня домой и не волнуйтесь. Я не хочу быть для вас обузой.

Господи, неужто она и вправду такая наивная? Или все уже просекла?

Я вылез, перешел на другую сторону и помог Александре выбраться наружу.

— Вы вовсе не обуза.

Она была еще бледновата, но выглядела пободрее.

Мы стояли возле машины.

— Лучше я все-таки поеду домой, — сказала Александра. — Так мне будет спокойнее.

— Что за глупости! — Во что бы то ни стало я должен был затащить ее к себе. — Выпьете кофе и сразу почувствуете себя человеком.

— Нет, Тони, я должна ехать домой, правда. Она решительно открыла дверцу и уселась. Что мне было делать? Не мог же я препираться с ней всю ночь. Должно быть, мамочка предупредила ее, что нельзя ходить в гости к большим взрослым дядям. И мамочка, безусловно, права. Я тоже забрался в машину. Александра улыбнулась.

— Не знаю, как и благодарить вас. Вы так добры. Мог ли я устоять перед этими подернутыми влагой карими глазищами? Я отвез ее домой и проводил до дверей. Попрощался за руку (ее идея, а не моя), чмокнул в щечку (уже по собственной инициативе) и пообещал позвонить сразу по возвращении из Нью-Йорка.

— Чудесно, — сказала Александра и скрылась за дверью. А я остался стоять как дурак с намыленной шеей. Кайф!

Но ведь она такая чистая и славная малютка, а я могу и подождать.