Семейный кодекс Санта Барбары - Марина Серова

В зал входили все новые дамы в черных открытых платьях с сильно напудренными лицами.

Рядом с ними оказался официант, тоже весь в черном.

– Дамы и господа, фирменный коктейль «Гильотина». Рекомендую.

В центре зала послышался звук отодвигаемых столов, и спустя минуту на середину выкатили импровизированный черный трон – скорее всего, задрапированное кресло на подставке. Из бокового прохода появился граф Кастильоне-Воложский в окружении нескольких белокурых особ в длинных белых платьях. Контраст белого и черного был разительный.

«Ах, вот как? – подумала я сердито. – Пригласил меня, а сам флиртует с другими».

– Коронация начинается, – замогильным голосом произнесла миссис Тауэр и взмахнула рукой. Три ее племянницы опустили на голову графа корону из черепов. Далее Кастильоне окружили дамы в черном одеянии, оттеснив белокурых. Они откровенно льнули к моему подозреваемому. «Что-то я уж очень натурально вжилась в роль возлюбленной вампира, – промелькнула мысль. – А, пошел он к черту! Здесь вообще какой-то балаган. Ни капельки не страшно, и актеры совсем не фонтан. А уж статисты просто полный отстой! Вот возьму сейчас и уйду. Пусть развлекается один, если ему так нравится, и играет в такие примитивные игры. Зато завтра я ему устрою допрос с пристрастием!»

Я направилась к двери, и в этот момент перед ней оказался Кастильоне.

– А как же прелестницы вампирши? Как же ты их оставил без своего общества? – иронически поинтересовалась я.

Вместо ответа он обнял меня за плечи и увлек обратно в зал. Там уже появились новые действующие лица: очень красивая женщина с прозрачными голубыми глазами и такой же бледнолицый юноша.

– Я Брок, – громко отрекомендовался молодой человек и с вызовом взглянул на присутствующих.

Кастильоне-Воложский подошел к нему.

– Брок, снова ты…

– Ведь это и наша вечеринка тоже!

– Но тебя никто на нее не приглашал, – возразил граф.

– Вот здесь ты ошибаешься! Я не один. Позволь представить ту, что меня пригласила, – мою возлюбленную Эстеллу. – Он взял свою спутницу под руку.

– Мама! – почти одновременно вскрикнули Джейн, Мэри и Энн.

– Девочки мои, – протянула к ним руки Эстелла. – Кэти, – обратилась она затем к миссис Тауэр, – сестра, спасибо, ты не подвела меня. Ты все очень хорошо здесь устроила. Обряд обращения моих девочек произойдет именно так, как я задумала – торжественно и при соответствующем антураже.

– Обряд обращения! – воскликнула миссис Тауэр. – Эстелла, о чем ты? Неужели ты собираешься превратить моих племянниц, которые только начали жить, в тех, кто питается… Я даже боюсь произнести это вслух!

– А ты не бойся, сестра.

Эстелла окинула ее и присутствующих надменным взглядом.

– Ты обманула меня, Эстелла! – вскричала миссис Тауэр. – Ты сказала, что соскучилась по дочерям. А сама? То, что ты задумала, ужасно, бесчеловечно!

– А с чего ты взяла, что во мне остались человеческие чувства?

– Боже мой, Эстелла, вспомни, ведь ты же сама когда-то любила!

– А чем все это закончилось, ты помнишь? Мою любовь растоптали, меня унизили, мое сердце разбили! Мой супруг оказался… Впрочем, он не стоит того, чтобы о нем даже говорить! И я не хочу, чтобы мои дочери повторили мою судьбу. Любовь придумали люди, чтобы не быть одинокими, только и всего. Любовь расслабляет и ослабляет. А мы, вампиры, сильные, слабость не наш удел. Мы идеальны и непобедимы!

Эстелла сделала неуловимое движение и вдруг оказалась за спинами Джейн, Мэри и Энн. Она обняла девушек, и те поежились.

– Холодно, – почти шепотом произнесла Мэри.

– Ничего, доченька, это не страшно. И не больно. Только мир меняется. И вот ты уже совершенное существо и видишь мир таким, каким его не могут видеть люди с их несовершенным зрением и слухом.

– Пожалуйста, Эстелла, – миссис Тауэр подошла к сестре и умоляюще сложила перед ней руки: – Прошу тебя, не лишай девочек будущего!

– У них будет вечность.

– Но они не смогут наблюдать закаты и рассветы, они будут обречены на вечную ночь. Подумай об этом, сестра!

– Я уже обо всем подумала, Кэтрин. И хватит болтать! Лучше отойди, ты мне только мешаешь!

– Кто-нибудь, помогите! – в отчаянии закричала миссис Тауэр.

Я откровенно скучала, наблюдая за тем, как актеры исполняли свои роли. Но Воложский, очевидно, уже вжился в образ. Он вышел вперед и твердо сказал:

– Успокойтесь, миссис Тауэр. Эстелла, ты не сделаешь этого.

– Кастильоне, – протянула вампирша, – интересно, на чьей ты стороне? Неужели превратился в защитника этой глупой людской морали? Брось, граф, нашу сущность не изменить, ты это сам прекрасно понимаешь.

– Эстелла, ты не можешь обратить девочек, это против наших правил. Вампирами становятся по доброй воле, ты отлично это знаешь. Иначе это будет квалифицироваться как браконьерство, а Высший совет такие вещи не прощает!

– Да пошел ты со своим советом, – подал голос Борк. – Эстелла, не слушай его, начинай, а я тебе помогу.

– Вы оба пожалеете! – не на шутку разозлился Кастильоне-Воложский.

– Посмотрим! – закричал Борк.

Внезапно над нашими головами раздался звук, напоминающий свист ветра, и послышался шум крыльев. Это было очень натурально. Мне даже показалось, что бутафорские летучие мыши превратились в настоящих. Стало совсем темно, и из темноты начали возникать люди. Впрочем, их трудно было назвать людьми. Скорее зомби – величественная осанка и маски-лица с застывшими чертами. Вот здесь, судя по всему, настоящие актеры. Или обман зрения?

– А вот это твоя большая ошибка, Эстелла, – спокойно сказал граф. – И она тебе дорого обойдется. Ты самовольно обратила этих людей. Это ведь совсем молодые вампиры, да?

– Я помог ей. – Брок встал рядом с Эстеллой.

Кастильоне решил его игнорировать.

– Не обращайте внимания на то, что сейчас произойдет, – сказал граф собравшимся в зале. – Считайте, что вам просто приснился кошмар. Вы потом обо всем забудете, я об этом позабочусь.

Граф сорвал со стены длинный кривой меч и начал сносить головы новоиспеченных вампиров. Но те, как у гидры, вырастали снова. Интересно, как это сделано? Ведь не живые же актеры! Скорее всего, это голографический эффект. Однако надо ему помочь. Какая же я подруга, если стою в стороне, прохлаждаюсь, когда мой партнер уже устал рубить головы этим тварям! Что бы такое придумать?

На стене я заметила связки чеснока. Они появились совсем недавно, когда мы вошли в комнату, их не было, я это точно помню. Я схватила несколько штук и начала метать их в монстров. Но это не помогло. Что бы еще использовать? На полу стояли бутыли с прозрачной жидкостью. Может быть, это святая вода? Очень похоже. Я не заметила, как увлеклась происходящим по-настоящему, как будто мне самой необходимо было победить зло. Я хватала бутылки и лила воду на вампиров. Потом мой взгляд наткнулся на пару старинных пистолетов, где по традиции непременно должны быть серебряные пули. Я схватила по пистолету в каждую руку и разрядила в толпу две обоймы. Между прочим, звуки были как при всамделишной стрельбе. Что же еще такое сделать? Ага, вот. Я подняла с пола осиновый кол и с силой стала вгонять его в псевдовампиров. Получи, фашист, гранату! Наконец было покончено с последним из них. Эстелла с Борком, поняв, что их затея провалилась, поспешно ретировались. Открылась дверь, вошла Ангелина и поздравила нас с Воложским с успешным окончанием игры. Мы вышли на улицу.