Приусадебное убийство - Наталия Антонова

— А кто такой Пашка?

— Как кто?! Официант в кафе. Поговорите с ним.

Пашка оказался смазливым белобрысым парнем с задорно вздернутым носом. Он охотно подтвердил слова портье:

— Да, я сам слышал, как он кричал ей вслед: «Или ты будешь моей, или ничьей!»

— Они сразу начали ссориться?

— Нет, сначала все было тихо, мирно. Ну муси-пуси. Понимаете?

Мирослава кивнула.

— По-моему, он ее в чем-то убеждал. Она сначала молча слушала, а потом возражать стала.

— Почему вы решили, что она стала возражать?

Паша задумался.

— Во-первых, она покачала головой, руку у него отняла, потом попыталась встать, он ее удерживал. Но недолго. Тут они и начали ссориться.

— Спасибо вам большое, Паша. Не нальете нам по стакану минералки?

— Сию минуту!

Вода в затуманенных бокалах была прохладная и вкусная. Мирослава положила на столик крупную купюру. Паша помчался за сдачей, но Волгина крикнула ему вслед:

— Сдачи не надо!

Он остановился, медленно обернулся, внимательно посмотрел на нее и произнес:

— Спасибо.

Детективы вернулись к портье. Он встретил их дружелюбной улыбкой, точно старых знакомых.

— Нашли Пашку?

— Нашли, спасибо. А вы не знаете, где сейчас гость из двадцать второго номера?

— Как где? — удивился портье. — У себя.

Мирослава и Морис пошли к лестнице.

— Эй, — окликнул их портье.

Детективы обернулись.

— Он того… Пьяный до одури.

— Откуда вы знаете?

— Как откуда?! Он часа два назад по лестнице еле вскарабкался, а в сумке у него еще что-то позвякивало. — Портье лукаво улыбнулся.

— Вы дадите нам запасной ключ? — спросила Мирослава.

— Извините, но лучше я сам поднимусь с вами.

— Хорошо, — согласилась Мирослава.

Портье оставил за себя какого-то юного парня, почти мальчика, поднялся вместе с детективами, постучал в дверь. Никто не отозвался, и портье открыл дверь своим ключом.

В номере стоял такой запах, будто недавно здесь было разбито по крайней мере десять бутылок водки. Лунин в одежде и в обуви лежал на постели вниз лицом.

— Он хотя бы жив? — не на шутку встревожился портье.

— Сейчас посмотрим. — Миндаугас перевернул пьяного, и тот застонал.

— Что будем делать?

— Вытрезвлять, — ответил Морис и потащил несопротивляющегося Лунина в ванную.

— Вас как зовут? — Мирослава повернулась к переминавшемуся с ноги на ногу портье.

— Вася, то есть Василий.

— Красивое имя.

Портье довольно улыбнулся и добавил гордо:

— А фамилия моя Умнов.

— О! — Мирослава подняла правую бровь. — Вася, не в службу, а в дружбу, принесите, пожалуйста, кофе. — Она протянула ему купюру.

— На все?! — изумился тот.

— Нет, конечно, на треть, а остальные вам за работу.

— Я сейчас, одна нога там, одна здесь, — донеслось до Мирославы уже из-за двери.

Она прислушалась к шуму, доносящемуся из ванной: невнятное бормотание постепенно превратилось в протестующие вопли.

— Ты его там, случайно, не топишь? — спросила Мирослава, тихонько постучав по двери.

— Нет, но он у меня тут голый, и одеть его во что-то проблематично…

— А халат там есть?

— Халат? Да, какой-то есть.

— Вот в него и одень.

Послышались ругательства Лунина, потом такой звук, как будто встряхнули мешок, неплотно заполненный всяким барахлом.

— Ты полегче! — возопил Лунин и вылетел из ванной комнаты.

— Артем Павлович Лунин? — спросила Мирослава, с преувеличенным интересом разглядывая его с голых ног до мокрой головы.

— Ну Лунин я, Артем Павлович, а вы кто такие?! И чего вам от меня надо?!

Тут вернулся портье:

— Вот ваш кофе!

— Большое спасибо, — ответила Мирослава.

— Так я пойду?

— Конечно.

— Постойте! — рванулся к нему Лунин. — Не оставляйте меня с этими извергами!

— Это не изверги, — степенно ответил Вася, — это полицейские. — И он скрылся за дверью.

— Вы из полиции?! — изумился Лунин. — Чего вам надо? В этом городе что, запрещено пить в номере?

Мирослава сунула ему в руки чашку с кофе.

— Пейте.

— Не хочу!

— Я могу помочь, — лениво проговорил Миндаугас.

Лунин подозрительно покосился на него и залпом выпил кофе.

— Фу! Гадость! — воскликнул он. — Без сахара.

Артем перевел обиженный взгляд на Мирославу.

— Я по утрам пью только с сахаром и сливками.

— В следующий раз мы учтем ваши привычки, — усмехнулась она.

— В следующий раз? Я не хочу больше с вами встречаться!

— Ну это вы напрасно…

Лунин сделал несколько шагов назад и упал на стул.

— Зачем вы меня вымочили в холодной воде? Чего вам надо?!

— Артем Павлович, вы знакомы с Марианной Валевской?

— Ага, начинаю догадываться, кому обязан банными процедурами. Неужели Марианна нажаловалась на меня?!

— Зачем вы преследовали девушку?

— Я ее не преследую. Я ее люблю! Мы встречались полтора года, мечтали о свадьбе.

— И что же помешало счастливому воссоединению любящих сердец?

— Ее папаша! И не иронизируйте! Этот старый хрен невзлюбил меня, даже ни разу не увидев!

— За что?

— За то, что я не олигарх! Он хотел выдать свою дочь за денежный мешок!

— Но у Марианны была и своя голова на плечах.

— Была… Но она эмоционально зависела от отца. — Лунин понуро опустил голову.

— Она воспитывалась без матери…

— Какая разница! Нельзя же всю жизнь за папины штаны держаться!

— Нельзя, — согласилась Мирослава.

— Вот! Я даже предлагал ей к психологу обратиться!

— Зачем?

— Как зачем?! Чтобы оборвать эту чертову пуповину!

— А она?

— Наотрез отказалась. Я продолжал надеяться, что у нас все сладится. А тут папаша велел ей срочно приехать, и она помчалась в этот городишко.