Безумная - Акулина

– А в день гибели Зосимовой она тоже была? – вдруг спросил Костя, нерешительно потерев пальцем ручку почти пустой кружки.

– Не помню даже… Может, была, а может, и нет… – развела она руками. – Я ж не сижу всё время в коридоре или у глазка… Я, хоть и одна, да дел всё равно много. Вот хоть на скамеечке у крыльца посидеть – и то дело… Свежий воздух там, люди…

– Ясно…

Он задумался.

Ещё немного он помолчал, размышляя о своих вопросах, и она молчала, а потом Костя, наконец, поднялся.

– Что ж, уважаемая Мария Сергеевна, спасибо за беседу, вы мне очень помогли!

Он направился к выходу.

– Ступай, милок, ступай… Да на чаёк заходи, если что! Одна я… – кивнула она напоследок и медленно проводила его до двери.

«Значит, так: кем был этот тип в кепке и с бородой, вряд ли удастся узнать. Но в банке он был вместе с Зосимовой и приходил к ней сюда, значит, она ему доверяла, – мысленно подвёл он итог, отправляясь домой. – А вот почему Матвеевы пытались найти деньги у неё? Может, когда счёта с долгожданной суммой не оказалось, решили, что деньги должны быть в квартире? Но и там их не было, и Матвеевы это точно узнали – иначе квартиру бы не продали! Всё-таки где же тогда эти деньги?..». Но сколько он ни думал, на эти вопросы ответов у него не было.

Не появились они и на следующий день, когда он слушал Свету, докладывающую о своём посещении Матвеевой Лидии Павловны.

– Это нечто! – воскликнула она, убедившись, что следователь отложил бумаги в сторону и слушает только её. – Там такая шикарная квартира, вы такой наверняка никогда не видели!

– Лучше, чем у Зосимовой или Ивановой?

– Ну, фотографии квартиры Зосимовой, – она помахала перед лицом снимками, взятыми из досье, – я рассматривала, конечно. Но там особого изыска-то не было, только большая площадь и особые окна и люстры… А у Матвеевых квартира действительно великолепна! Правда, она не такая просторная, но они, так поняла, соединили её с дополнительными выкупленными – смежной квартирой и двумя верхними, так что теперь у них большая двухуровневая.

– Отличная информация! – похвалил Костя. – И как давно они это сделали?

– Да я этого не спрашивала! Но ведь это и не важно? Главное то, что у них есть деньги, а значит, им не было нужды ни от кого избавляться, будь то Бердников или кто-то ещё.

– Так ли? А вдруг деньги у них появились как раз после гибели Зосимовой, но они по какой-то причине решили солгать, что их не получали? А Бердников, например, об этом знал, и они ему заплатили, чтобы он забыл эту информацию? А когда вернулся, чтобы ещё их шантажировать, его убили?

– Не может такого быть, – буркнула она, сразу недовольно надувшись.

Он усмехнулся.

– Всё бы вам шутить! – отметила она, покачав головой и глядя на него с укоризной как на неразумного ребёнка. – А вот не знаете просто, что Бердников был их роднёй, а значит, не могли они его убить.

Она тут же гордо улыбнулась, увидев, какое впечатление произвела на Мадаева: его лицо изменилось, он напрягся и даже подался чуть вперёд.

– С чего ты взяла? Матвеева сама об этом сказала?

– Нет, конечно! – демонстративно равнодушно пожала она плечами, однако ж, ощущая радость от того, как удалось его изумить. – К ней постучались соседи, и она ненадолго отлучилась из квартиры, а я быстренько заглянула в комнату её дочери Анны и поговорила с ней минутку.

– И что же ты спросила? Да и почему девочка так быстро тебе всё выложила? – с таким удивлением посмотрел на Кузьмину Костя, будто видел её впервые.

– Я показала ей фотографию Бердникова и спросила, приходил ли он когда-нибудь к ним домой – Иванова же говорила, что приходил?.. А Аня засмеялась, как будто я сказала глупость, и ответила, что это её дядя и что у них есть много фотографий гораздо лучших, чем моя.

– Ты видела их в квартире?

– Да, у девочки спросить больше ничего не успела, а снимки нашла на полках – там у Матвеевых стоит много фотографий, в том числе и с Бердниковым. Во время разговора я обратила внимание Лидии Павловны на них и спросила, кто этот мужчина. Она ответила, что это друг Екатерины Зосимовой.

– Интересно… И про то, что родственник?..

– Нет, я пыталась подвести её к этому, но она ни разу не сказала, что он имеет хоть какое-то отношение к их семье. Только так – приятель Зосимовой, которая их с ним и познакомила.

– Так, ещё что-то было? – сосредоточенный Костя сделал пару пометок на листке.

– Ну… вроде нет. Я разузнала всё, как вы просили: про квартиру и финансовое состояние Матвеевых, про Бердникова и Зосимову… Только информация эта, получается, не особо важная: Бердников приходил в гости вместе с Зосимовой, причём так редко, что подробностей их личной жизни Матвеевы не знают. Собственно, как не знают и о том, с кем, где и когда общался Бердников, – скучно закончила она, растеряв уже весь свой энтузиазм и, кажется, даже устав от такого длинного рассказа, и напоследок зевнула. – В общем, это всё…

– Что ж, молодчина! – задумавшись, Костя чуть задержался с похвалой и заметил, как Света успела насупиться, недовольная не сразу оцененной работой. – А контакты-то взяла?

– Конечно! – она быстро протянула ему подготовленный листок и, как только он отошёл, крутанулась на своём кресле от радости, что можно, наконец, отдохнуть.

А Костя, поразмышляв над полученной информацией, решил сам посетить Матвеевых. Кузьминой он говорить ничего об этом не стал, и вскоре в одиночестве отправился по указанному адресу.

– Вы – Матвеева Лидия Павловна? – спросил он, когда на его звонок дверь открыла женщина лет сорока, одетая весьма нарядно, так, будто ожидала гостей.

– А вы кто? – вопросом ответила она. Голос её был немного груб, а интонация достаточно жёсткой.

Мадаев протянул удостоверение.

– И что вам ещё нужно? От вас приходила сотрудница, мы обо всём уже поговорили, – она почти захлопнула дверь, но он успел подставить носок чёрной, немного потрёпанной туфли.

– Так и есть, но по неопытности она забыла уточнить пару мелочей, – вежливо сказал он, цепко держа рукой дверь. – Так что мне нужно ещё кое-что узнать.

Всматриваясь в неё, ожидая ответа, Костя видел, как в острых холодных глазах Лидии Павловны рождалось решение: запускать или выгнать.

– Хорошо, – сдалась она всё же и чуть отступила в сторону, пропуская, но выражение её лица было весьма недружелюбным.

– Нет, не туда! – остановила она его, когда он, было, повернул в сторону кухни, и резким движением, как провинившейся собаке, указала на дверь, ведущую в зал.

Костя прошёл туда и остановился, чтобы неторопливо оглядеться. Как и говорила Света, здесь действительно было на что посмотреть: повсюду находились шикарные, явно дорогие предметы – шкатулки, вазы, картины, изысканные серебряные приборы и хрустальная посуда.