Сердечный выстрел - Владимир Григорьевич Колычев

Незгирев заржал как лошадь, Родион не растерялся и сунул ему в рот носовой платок. Парень задергался, замычал.

— Да не переживай ты, чистый платок… — с усмешкой сказал Фомин. — Почти!

Майя тоже собиралась вернуться в машину, но Родион все же уговорил ее отправиться к подруге. Однако время все-таки потерял. «Хавейл» набрал и скорость, и далеко уехал, когда они наконец-то погнались за ним.

Родион связался по телефону Скороковой с оперативным дежурным, передал информацию о Пыжове. Имелись все основания для его задержания, только вот не хватало уверенности, что дежурные силы районной полиции смогут задержать «Хавейл».

Пыжов оказался у перекрестка гораздо раньше, чем они, Родион не мог видеть, куда свернул «Хавейл». Но машина сворачивала, едва сбавив скорость, а дорога мокрая, следы колес отпечатались четко, Фомин легко прочитал их.

— На терминал ушли, — сказал он, закрывая за собой дверь.

— Вряд ли они туда сунутся, для них это тупик, — мотнула головой Скорокова. — Да и не рады им там… Я звонила Смальцеву, сказала, кто убил Павлика.

— И что Смальцев?

— Поверил… Я не знаю, о чем думал Пыжов, когда стрелял.

Как оказалось, Скорокова действительно звонила Смальцеву, во всяком случае, охранник на шлагбауме заверил, что Пыжову хода на терминал нет. Ни ему, ни его дружкам. Да и не приезжали они. И все же Родион не поленился, обошел стройку, и Скорокова также пыталась найти исчезнувший джип. Но все тщетно.

— Ну что, Саша, приплыла ваша компашка, — сказал Родион, выдергивая кляп изо рта Незгирева. — Вне закона вы, причем со всех сторон. Даже Смальцеву не нужны.

— И что?

— Где Пыжов может быть?

— Может, домой пошел.

— Верховерская в другой стороне.

— Ну, вы-то на терминал свернули… — усмехнулся Незгирев.

Скорокова пожала плечами, поймав взгляд Фомина. В принципе Пыжов мог развернуться, пока они теряли время на терминале, но зачем ему Верховерская? Ну, спрячется он в доме, а дальше что?

Зазвонил подзарядившийся в машине телефон, Фомин ответил Майе.

— Где вы? — бодро спросила она.

— Нигде. И ни о чем, — усмехнулся Родион.

— Давайте за мной!.. Ежик нашелся!..

Родиона как будто током ударило. А вдруг Пыжов на самом деле развернулся, но не в Верховерскую отправился, а в Мелиховскую. А там и Майя, и Ежик.

— В Мелиховскую давай! — обращаясь к Скороковой, велел он. — Ежик там!

— У Вальки Ежик! — подхватила Майя.

— Спрячьте Ежика! И сами спрячьтесь!

Но переживал Родион напрасно. Не возвращался Пыжов в Мелиховскую, во всяком случае, никто не пытался отбить у них Ежика. Парня погрузили в машину. Родиону пришлось моститься третьим на заднем сиденье, потому как Майя категорически не хотела оставаться у подружки.

А Ежик, напротив, никуда не хотел ехать, еле уговорили.

— Да не бойся ты, одного бандита мы уже взяли, и остальных возьмем, — сказала Скорокова.

— Кто бандит? — встрепенулся Незгирев.

— А кто ты? — усмехнулся Фомин. — Самый что ни на есть бандит.

— А ты тогда кто?

— А кто я?

— Гангстер. Половой… Думаешь, я не знаю, что у вас там с Машкой было? — презрительно фыркнул задержанный.

— У кого с кем было?! — Скорокова возмутилась так звонко, что у Родиона зазвенело в ушах.

— А то нет!

— Ну вы и уроды там с Пыжом!

— А чего Пыж? Павлик говорил!

— Врешь, сволочь! — Вне себя от возмущения, Маша потеряла контроль над скоростью, пришлось хлопнуть ее легонько по плечу.

— А Павлик говорил, что это Фомин сволочь. И с тобой, и с этой!.. — Незгирев кивком показал на Майю.

— А можно я ему в морду плюну? — вежливо спросила девушка.

— Я ему в морду плюну! — развеселился Ежик.

Майя хоть и зло, но все-таки шутила. А Ежик действительно собирался плюнуть.

— Эй, ты чего? — напрягся Незгирев.

Более того, он приготовился уклониться от плевка. Родиона это мало устраивало, поскольку прилететь могло ему. А Ежика не остановить, это поняли все.

Незгирев действительно хотел уклониться, но Родион заблокировал его голову, закрываясь ею. И Ежик не промазал.

— Ну и сука ты, майор! — зло прошипел обиженный парень.

— Да я-то здесь при чем, это сама правда тебя нашла!

Родион ехал сзади, телефон его лежал, заряжаясь, впереди. И когда он зазвонил, мобильник взяла Майя. И, передавая телефон, зачем-то нажала на кнопку отзыва. Еще и сказала:

— Это тебя!

А звонила Родиону Лера.

— Где ты? — сухо спросила она.

— Да вот уже на финиш, считай, вышли.

— С кем?

— В чем. В розыске.

— А кто там с тобой? Майя?

— Подруга у нее… — начал было Родион.

— Еще и подруга?

— Я тебе все объясняю!

— Не надо ничего объяснять. — Лера положила трубку.

Родион с укором глянул на Майю, но ничего не сказал. Набрал номер, но Лера не отвечала на вызов. Майя виновато смотрела на него.

— Жена звонила? — спросил Незгирев. Парень подленько ухмылялся. Возможно, подслушал разговор и все понял.

— Не твое собачье! — ответила за Родиона Майя.

— Хорошо ты устроился, майор. Жена, две любовницы.

— Можно, я ему врежу? — совсем невежливо спросила Скорокова.

Фомин угрожающе поднял палец, строго глядя на Ежика. А то вдруг захочет ударить подлеца.

— Павлик говорил, — сказал Незгирев. — А Пыж завидовал… Ему жена твоя нравится…

— Все, хватит!

Родион расправил плечи, давая понять, что сам сейчас ударит. И разрешения ни у кого не спросит.

— Пыж все понял, крыша у него съезжает, — продолжал Незгирев.

— Что понял?

— Ну, что не уйти ему от тебя… Значит, отомстит.

— Кому отомстит?

— Тебе!

— Как?

— Я же говорю, ему жена твоя нравится.

— Ты это серьезно? — взвился Фомин.

Он развернулся, схватил Незгирева за грудки, с силой тряхнул. А Маша стала набирать скорость, хотя машина и без того шла быстро. Курс они держали на Верховерскую.

— Там сосед у тебя, Фригин его фамилия.

— И что?

— Лодка у него моторная… И в лодку сесть, и рыбку съесть. Соображаешь?

— А раньше сказать не мог? — спросила Скорокова.

— Лучше поздно, чем никогда, — ухмыльнулся Незгирев.

— Да нет, не лучше. Если хоть один волосок с головы Леры…

Родион набрал номер жены, но Лера не отвечала. Гудки шли, а отзыва не было. Или она до сих пор злится, или Пыжов уже у нее.

Скорокова не жалела ни себя, ни машину, ни тех, кто в ней находился. Она гнала, рискуя потерять управление, врезаться в столб или в другую машину. И ее никто не останавливал. Вымерла Верховерская, ни дорожно-постовой, ни патрульной службы. Некому было остановить Пыжова, если он действительно нацелился на Леру. А ведь этот ублюдок предупреждал, что связываться с ним опасно. И про Леру говорил…

Черный «Хавейл» стоял возле