Спящий сфинкс - Джон Диксон Карр

– Дорис!

– Да, отец?

– Пойми меня правильно, детка. Я не утверждаю, что слухи о нашем друге Марше обязательно правдивы.

– Значит, нет? – С ее губ чуть не сорвалось: «Надо же, как мило!»

– Надеюсь, что нет, – вздохнул сэр Дэнверс. – Однако речь идет о твоем благополучии. Это единственная причина, заставившая меня затронуть эту тему.

– Ты хочешь сказать, что защищаешь меня? – снова сорвалась на крик Дорис.

– Я бы не стал называть это защитой, детка!

– Не стал бы? Зато я назову! – гневно воскликнула девушка. – Хорошо тебе сидеть в уголочке в кресле в позе Вольтера, Анатоля Франса или кого-нибудь в этом роде!.. А ведь мы с тобой разговариваем при посторонних и не у себя дома. Но я твердо решила выйти замуж за Торли! Да, да, я в свои девятнадцать лет имею на это право! Или ты думаешь, я этого не сделаю? И теперь ты пытаешься защитить меня!

– Есть и другие препятствия, моя дорогая, о которых я не стал упоминать. Кроме всего прочего, вас разделяет огромная разница в возрасте.

– Правда? – улыбнулась Дорис, очень довольная собой. – А я не думаю, что это станет серьезной проблемой.

– Откуда тебе знать? – возразил Локи.

Его дочь пожала плечами и рассмеялась:

– Оттуда! На официальном языке это называется «интимной близостью».

– Дорис! – завопил Торли, потрясенный таким откровенным признанием на публике. Нервным жестом он попросил присутствующих успокоиться.

Дэнверс Локи побледнел как полотно.

– Интимная близость… – с трудом выговорил он.

– Это правда, папочка! – возбужденно заявила девушка. – Я могу выразиться пожестче, если хочешь.

Ее отец нервно барабанил пальцами по подлокотникам.

– И как долго длится ваша… интимная близость? – сухо поинтересовался он. – Неужели вы стали близки еще до смерти миссис Марш?

– Да, папочка. Задолго до нее!

– То есть получается, что ради тебя… – выдавил сэр Дэнверс. – Ради тебя!.. Мистер Торли Марш мог ускорить кончину своей жены?

– Локи! Побойся Бога! – взмолился Торли.

– Торли, по почему бы нам не поговорить откровенно? – вмешалась Дорис. – Ты что, стыдишься своей любви ко мне? Я, например, ни капельки не стесняюсь, а, наоборот, горжусь! Но я хочу, чтобы они поняли тебя и увидели, какой ты храбрый, добрый и благородный!

– Да, Торли, расскажи нам, какой ты храбрый, добрый и благородный, – с мрачной иронией заметил Холден.

– Подождите минуточку! – поспешила защитить своего героя Дорис. – Если вы собираетесь наговорить всяких гадостей, то дайте сначала мне объяснить кое-что. Я не решалась рассказать этого раньше. – Девушка проглотила ком в горле. – Вот вы все нападаете на Торли… А он слишком горд, чтобы оправдываться. Иначе вы бы многое узнали! Да, я была любовницей Торли. Но кто был любовником Марго Марш?

Локи даже привстал от удивления, хотя тут же снова опустился в кресло. Зато Холден вскочил и подошел к Дорис.

– У Марго был любовник? – требовательно спросил он.

– Да! – презрительно отозвалась собеседница.

– И кто же это был? – настаивал Дональд.

– Не знаю. – Мисс Локи развела руками. – Даже Торли не знал. – Вспышки гнева у Дорис всегда были кратковременными. Вот и сейчас пристальный взгляд отца укротил ее пыл. Она снова вцепилась в рукав возлюбленного, хотя и не думала сдаваться. – Эта женщина, – не скрывая ненависти, продолжала она, избегая называть Марго по имени, – эта женщина была законченной лицемеркой и так тщательно скрывала свои похождения!.. Да, она была ужасно скрытной и изворотливой, так что никто не догадывался о ее грехах. А она буквально сходила с ума по своему любовнику, особенно перед самой смертью! Да, да, буквально сходила по нему с ума! Но я не знаю, кто это был… Вы и сами могли бы заметить ее состояние…

– Дорис, – перебил ее отец. – Давай забудем твой обширный опыт в подобных отношениях и твое, как выяснилось, вполне зрелое понимание человеческих страстей. Лучше скажи: тебе не приходило в голову, что миссис Марш могли попросту отравить?

– Я… не…

– Не приходило, детка? – сочувственно поинтересовался сэр Дэнверс.

– Не знаю. – Дорис покраснела. – И мне наплевать на это. Просто я не хочу, чтобы вы валили все грехи на Торли, ведь эта женщина тоже изменяла ему. Однако Торли решился на любовную связь лишь тогда, когда она окончательно испортила ему жизнь. И не надо говорить, что он был грубым или жестоким с нею и «ускорил ее кончину»!

– Хорошо, Дорис, – мягко заметил Холден. – Только тогда и не нужно называть Силию сумасшедшей.

– Силия – просто прелесть, Дон Угрюмо. – Девушка обратила к Дональду раскрасневшееся лицо. – Но бедняжка свихнулась. Торли рассказал мне. Свихнулась, свихнулась, совсем свихнулась!

Дорис и Торли переглянулись.

– Господа, – произнес вдруг Локи. – Думаю, не было бы преувеличением сказать, что мы с вами вконец запутались.

Он встал.

Холден вдруг осознал, что они собрались как раз под апартаментами, где совершилось (если это правда!) преступление. Прямо над ними, этажом выше, в гостиной, нашли бьющуюся в конвульсиях Марго, а рядом, в спальне, она умерла.

Наверное, похожая мысль посетила Локи, потому что он вдруг быстро глянул на потолок, потом, сцепив пальцы, невозмутимо продолжил:

– Так или иначе, но мы теперь все окончательно запутались, и нам нужно как-то распутать эту историю. Мы словно попали в паутину… И это не абстрактная проблема, она касается каждого из нас! С другой стороны, как нам разобраться в этой паутине, если мы не можем заметить ее, а можем только ощущать ее присутствие? Мы даже не вполне осознаем, в чем суть проблемы! Но пока мы не решим эту задачу, мы не сможем спать по ночам спокойно. К сожалению, в данный момент я не способен найти решение, и мне кажется, остальные тоже находятся в затруднении. Но кто же тогда может разрешить ее? Кто?..

Вместо ответа, с порога раздался голос Оби, громогласно объявившей:

– Доктор Гидеон Фелл!