Игра случая - Наталья Александрова

Надежда что-то подсчитала, посмотрела на окна, потомпоказала мне глазами, что точно, это пятнадцатая квартира сгорела. Бабулькамежду тем начала рассказывать все по-новой, без дополнительных просьб:

– В этой квартире муж с женой жили, Примаковы,самого-то Олега за два дня до этого избили сильно, хулиганы какие-то, вбольнице он находится. Маринка у него все время. А тут брат ее ночевал вчетверг с бабой. Ну и как рвануло вечером, не успели они и в кухню войти!

– А что случилось-то? – не выдержала я.

– Утечка газа – важно сказала бабуля. Кран былнеисправен, газу нашло, а они свет включили, вот и взорвалось. На кухне все вщепки, их двоих когда выносили – не узнать, где что, обуглились все.

– Да, вот мужик-то влетел, – вздохнули втолпе, – вот тебе и развлекся с бабой. А она-то и вовсе не при чем.

– Вот не спала бы с чужим мужиком по чужим квартирам,тогда и была бы ни при чем, – дружно осудили соседки. – Брат-тоМаринкин женатый был, ребенок остался!

– Что творится!

– Да, – продолжала бабулька, – пожарные своедело сделали и уехали, а убирать-то надо. Вот на похороны Маринкиного братаприехали родственники из деревни, – она махнула рукой к окну, –сватья-братья, седьмая вода на киселе, их к делу и приставили. Да и то, пьютбольше, чем работают.

– Галя, Галя, – закричала она тетке вбигудях, – да не высовывайся, тебе диваном по голове попадет!

Мужик в окне справился наконец с непослушным диваном и скриком: «Поберегись!» – выбросил его на газон. Мы с Надеждой тихонько пошлисебе в сторонку, делать нам там было больше нечего.

– Значит, утечка газа, – задумчиво сказалаона. – Выходит, этому Олегу еще повезло, что он в больнице оказался, а тобы сгорели с женой заживо.

– Что-то в последнее время вокруг меня однитрупы, – поежилась я. – Сначала Леру убили, случайно, правда, потомНину эту с мужем, твою соседку, теперь вот тут людей совершенно постороннихгазом, тоже случайно.

– Как много вокруг тебя случайностей!

– Да, начиная с того, что каблук случайно подвернулся,если бы не каблук, я бы не упала, пошла бы вместе с Лерой к ней домой. А там ужне стояла бы и не смотрела, как две бабы дерутся, а разняла их, не то что этотдурак, Лерин муж.

– А кстати, не нашли его еще?

– Надо думать, не нашли, а то меня бы уж следовательопять вызвал. Этот-то дурак, дурак, а умный, ишь как от милиции сумелспрятаться.

– Ну, что тут долго раздумывать, надо навестить этогоОлега в больнице и спросить про деньги.

– Что ж, по всем больницам будем рыскать или звонить,скажут ли еще?

– Да нет, я вот думаю, ведь Олега где избили? НаПетроградской? Там рядом Первый медицинский. Может быть, его туда отвезли, вбольницу Эрисмана?

– Ну, сейчас придем к тебе, позвоним в Эрисмана нахирургию.

– Мы еще быстрее узнаем. У меня в Эрисмана невесткаработает.

– Надежда, какая еще невестка? У тебя же дочка Алена изять.

– Это моя неродная невестка, Сашиного сына жена.

– Ну, выдумала какую-то неродную невестку, она с нами иразговаривать не захочет.

– Да что ты, у меня с ней прекрасные отношения, это спервой Сашиной женой они не ладили. А нам-то что с ней делить? Живем отдельно,я не вмешиваюсь.

Она набрала номер, сетуя, что сегодня суббота и невесткиможет не быть на работе, но та как раз оказалась на дежурстве, поэтому КатеринуЛебедеву нашли и позвали к телефону.

– Катюша, здравствуй, это Надежда Николаевна. Извини,что беспокою, но тут, понимаешь, какое дело. Там у вас на хирургии долженлежать некий Примаков Олег Петрович, но я точно не уверена. Так вот нельзя ливыяснить, в какой палате, и вообще, как состояние. Что? Когда поступил? Впонедельник, надо думать. Да, 22 марта. Перезвонишь? Буду ждать, – онаповесила трубку. – Ну что, кофейку пока выпьем?

Не успели мы напиться кофе с остатками вчерашнего фруктовоготорта, как раздался звонок Надеждиной невестки, видно и впрямь отношения у нихбыли хорошие.

– Что говоришь, есть такой? На второй хирургии?Отлично. А в какой палате? Ах, в реанимации… А самочувствие? Там не понять…Слушай, а нельзя все-таки его повидать как-нибудь. Да понимаешь, мояприятельница его, как бы это сказать, очень близкая знакомая… Да-да. Я знаю,что жена все время там, я поэтому к тебе и обратилась, чтобы нам с женойслучайно не столкнуться. Да, спасибо тебе большое, значит, завтра вечером, нухорошо.

Надежда повесила трубку.

– Видишь, все устроилось, завтра вечером часов в восемьподойдем на вторую хирургию, там будет ее подружка дежурить, Оленька, она наспроведет куда нужно. Я сказала, что ты – его любовница, так что они постерегуттам, чтобы никто нас не видел, и никому не скажут, что мы приходили.

– Надежда, ты что, с ума сошла? Это же молодой мужик,тридцать два года, куда я ему в любовницы?

– Ну, а я-то уж, тем более, ему только в тетушкигожусь. Слушай, а тебе сколько лет-то?

– В будущем году сорок, только тебе говорю по секрету.

– Ну надо же, как годы бегут! В общем, так, сейчас расстаемся,а завтра встречаемся в семь вечера у метро «Петроградская». Что же мнепридумать для Саши?

– Да скажи ему все как есть!

– Что ты, никак нельзя. Он будет волноваться и никудаменя не пустит. После того раза, помнишь, два года назад, когда в институте упроходной перестрелка была…

Она замолчала.

– Ладно, придумаю что-нибудь. А ты макияж наведиполучше, приоденься, чтобы они тебя за любовницу приняли и ничего незаподозрили. Медики народ наблюдательный…

Я поехала домой, по дороге накупила продуктов, дома судовольствием принялась готовить обед, напевая и вертясь по кухне. Давно уже неготовила для кого-то. Попутно убрала в квартире, – в общем, окунулась вдомашнее хозяйство.

Борька приехал из психбольницы ужасно расстроенный, потомучто имел там беседу с главбухом по поводу оплаты своей программы, и нахальныйглавбух сказал, что заплатит Борьке в пять раз меньше, чем обещал.

– Ты что, договор не составлял?

– Составлял, а он меня уговорил там сумму поставитьменьшую, чтобы налоги платить поменьше. А теперь говорит, что стоит в договоре,то и оплатим.

– Вот жулик, а еще главбух такой крупной больницы! Таки психов бедных обкрадывает!

После обеда настроение у Борьки улучшилось, но как только яприступила к нему с требованиями починить, наконец, бачок в туалете, онудалился в Лешкину комнату и просидел там за компьютером до вечера, а я такразохотилась к домашнему хозяйству, что даже испекла его любимый пирог квечернему чаю. Он ужасно растрогался и вообще выглядел таким довольным исчастливым, что у меня язык не повернулся спросить его, что у него тампроизошло с женой, какие у него неприятности и почему, если он так по мнескучал, то решил вернуться только теперь, когда с отъезда Лешки прошло почтиполгода. И про свою дальнейшую жизнь мне не хотелось сейчас думать. Вот когдаразберусь с этими проклятыми деньгами, тогда и буду думать, как жить дальше иискать работу. Во мне еще занозой сидел вопрос, где взять восемь тысяч долларовна обучение Лешки в Штатах, две-то у меня были накоплены. Видно, придется распрощатьсяс мыслью об Америке и к лету ожидать сына сюда.