Долгий, крепкий сон - Эйлет Уолдман

Руби на секунду заколебалась, но потом сдалась. На это я и рассчитывала.

К тому моменту, как мы подъехали к дому, Руби уже выторговала у меня две шоколадки и мешочек золотых. Для меня оставалось загадкой, как я, человек, который с легкостью мог справиться с самыми жесткими и влиятельными прокурорами федерального суда, совершенно терялась перед капризным трехлетним ребенком. Возможно, все дело в том, что я никогда не защищала клиента, чувствуя неловкость из-за того, что уже несколько недель не водила обвинителя в парк и не играла с ним в настольную игру «Пряничный домик». Чувство вины — страшная сила.

Мы доехали до кошерного магазинчика. Нетти сидела за прилавком на высоком стуле, устало подперев подбородок руками. Лицо осунулось, парик растрепался. С того дня, как она предложила Фрэйдл работать у меня, она постарела на несколько лет. Когда мы вошли, она поднялась, улыбнулась Руби и потрепала ее по рыжим кудряшкам. И снова тяжело вздохнула. Исаак заснул в коляске по дороге в магазин, Руби я заткнула плиткой шоколада, и теперь мы с Нетти могли спокойно поговорить.

— Ничего нового, — констатировала я.

— Ничего.

— Нетти, прошло три дня. Пора с этим что-то делать.

— Знаю, знаю. Я с самого начала говорила Баруху то же самое. Он сам не справится. Нужно звонить в полицию.

— Но он не хочет.

— Нет, — она потерла бровь.

— Нетти, вы понимаете, как это выглядит со стороны? Кажется, будто он на самом деле не стремится найти Фрэйдл. Иначе он бы обратился в полицию!

Она покачала головой.

— Ты не понимаешь. Барух уже весь извелся, можешь мне поверить. Он только и занимается тем, что ищет свою девочку. Просто мы — другие. У нас свои методы. Мы сами решаем свои проблемы.

— Вы что, не видите, что ваши методы не работают? Вы ее до сих пор не нашли. И с каждым днем надежды остается все меньше.

— Я каждый день говорю Баруху — пожалуйста, позвони в полицию. Но он не хочет. Он такой упрямый, миссис Эпплбаум. Он очень упрямый.

— А миссис Финкельштейн? — продолжала я. — Может, она решится позвонить в полицию? Просто сообщить, что Фрэйдл пропала?

— Не знаю. Вряд ли.

— А вы не пробовали поговорить с ней на эту тему?

Нетти перегнулась через прилавок и схватила меня за руку.

— Попробуй ты! Поговори с ней. Может, тебя она послушает.

Я выдернула руку из ее жарких сухих ладоней.

— Нетти, ваш брат даже не стал разговаривать со мной по телефону. К себе домой он меня точно не пустит.

— Его нет дома! — возразила она. — Он ищет Фрэйдл. Ездит по городу с утра до вечера. Зайди туда сейчас. Там только Сима, моя невестка. Иди! Много времени это не займет. Я присмотрю за твоими детьми.

Я с сомнением посмотрела на нее. По правде сказать, совесть моя не была чиста. Я не сказала родителям Фрэйдл о Йосе, и не собиралась этого делать. Единственное, чем я могла помочь — это убедить их сообщить полиции о пропаже ребенка.

— Ладно, — согласилась я.

Я удостоверилась, что Исаак все еще спит, и сказала Руби, что скоро вернусь. Она открыла было рот, чтобы возразить, но тут же закрыла его и улыбнулась Нетти, которая помахивала перед ней мешочком с золотыми монетками.

— О-о. Золотые, — восхищенно выдохнула Руби.

— Ты любишь шоколад, maydele?[31]— улыбнулась Нетти, разворачивая монетку и вручая ее моей дочери. Руби сунула конфету в рот и протянула руку за другой. — По одной, детка. — Нетти провела рукой по волосам, оперлась щекой на ладонь и посмотрела на меня. — Иди уже, дорогая.

Я вышла из магазина через заднюю дверь и зашагала к дому Фрэйдл. Я открыла скрипучую калитку. Двое мальчишек возраста Руби или младше играли наверху длинной лестницы, ведущей к парадной двери. Их лица удивленно вытянулись, когда я стала подниматься по ступенькам. Один из них, постарше, что-то закричал на идиш и бросился в дом. Младший сунул палец в рот и принялся его сосать, осторожно пятясь от меня. Я улыбнулась ему, но он только еще больше расширил глаза и прибавил темпа.

Когда я поднялась на крыльцо, Сима уже выходила мне навстречу. В одной руке она несла полотенце, второй придерживала на бедре маленького мальчика. Поверх длинной юбки висел передник в цветочек.

— Да?

— Здравствуйте, миссис Финкельштейн. Я Джулиет Эпплбаум. Помните, я была у вас пару дней назад?

— Да, конечно. Вы что-то узнали о Фрэйдл? Вы знаете, где она?

— Нет, нет. Мне очень жаль. Я пока ее не нашла. Можно зайти на минутку?

Она заколебалась, но затем сделала шаг назад и пригласила меня войти. Я быстро нырнула в дверь и направилась на кухню. Она пошла за мной.

В колыбельке, висевшей на углу стола, спал малыш. Возле раковины стояла Сара, сестра Фрэйдл, и мыла посуду. Как только я вошла, она посмотрела на меня, но когда я поздоровалась, покраснела и снова опустила глаза.

Сима указала мне на стул. Затем опустила ребенка походить по кухне и присела рядом.

— Будете что-нибудь? Может, чаю? — любезно предложила она.

— С удовольствием.

— Сарочка, поставь чайник.

Девушка послушно взяла металлический чайник, на котором красовались несколько вмятин, и стала наливать воду из крана.

Внезапно раздался звон посуды. Я испуганно подпрыгнула на стуле. Ребенок проснулся и заревел. Сима поднялась, подошла к ребенку и стала качать колыбель. Сара в ужасе замерла у раковины.

— Сарочка, что случилось? Ты что-то разбила? — спросила мать.

— Нет, ничего. Я уронила тарелку, но она не разбилась. Вот, смотри, — девушка держала в руках голубое блюдце с маленькими белыми цветочками.

Сима кивнула и опустилась на стул. Ребенок успокоился и затих. Женщина устало закрыла глаза. Я посмотрела на Сару и увидела, как она украдкой засовывает в нагрудный карман осколки другого блюдца. Заметив, что я за ней наблюдаю, девушка побледнела и в ужасе уставилась на меня. Я ободряюще улыбнулась. Она облегченно вздохнула и повернулась обратно к раковине. Я покачала головой. Что же это за дом, где разбитая тарелка — такое страшное преступление?

Я перевела взгляд на ее мать.

— Миссис Финкельштейн, буду с вами откровенной. Я пришла сюда, чтобы убедить вас заявить в полицию об исчезновении Фрэйдл.

Сима покачала головой.

— Решать моему мужу, миссис Эпплбаум. Если он сочтет нужным, мы заявим. А пока мы ищем ее своими силами.

— Знаю, миссис Финкельштейн. Но я также знаю и то, что чем дольше вы медлите, тем труднее будет полиции отыскать Фрэйдл, когда вы к ним обратитесь. След может затеряться. Вы это понимаете?