Бандиты - Элмор Леонард

– Они наблюдают за домом, – послышался в трубке голос Люси. – Мы с Долорес почти весь день просидели у окна. То она, то я. Сейчас она дежурит, записывает все машины, которые проезжают мимо. Здесь их мало, это ведь боковая улочка. Плохо только, что новые машины друг от друга не отличишь.

– Вчера они были на «крайслере», – вставил Джек. – Черная была машина. Но вообще-то они и впрямь все одинаковые.

– Ты на работе?

– Был на работе. Сейчас сижу в «Мандине». Хотел позвонить раньше, но Лео все время приставал. Знаешь, где «Мандина», на Кэнэл-стрит?

– Проходила как-то. Погоди, не вешай трубку. Он услышал, как она зовет Долорес, расслышал даже издали ее шаги по паркету.

Вчера вечером, когда Джек привез Амелиту к Люси, ему открыла Долорес, изящная негритянка в цветастом платье, в туфлях на высоких каблуках – вот уж не такой он представлял себе экономку. Люси представила их друг другу: «Джек Делани – Долорес Уилсон». Долорес вежливо кивнула, чуть прикрыв глаза, а потом метнула вопросительный взгляд на Люси, пытаясь угадать, что же тут происходит. Надо полагать, раньше ее не представляли гостям.

Снова раздались гулкие шаги по паркету, и в трубке вновь послышался голос Люси.

– Джек! Черный «крайслер» проезжал два раза, а потом остановился через несколько домов от нас, ближе к реке.

– Сколько в нем людей?

– Долорес показалось – никого, кроме водителя.

– Можно обратиться в полицию.

– Не стоит. Я боюсь затевать скандал. Не хочу, чтобы парень в этой машине знал, что я тут дежурю у окна. А что у тебя? К вам в контору приходили?

– Полковник собственной персоной. Тоже коротышка, верно?

– Джек! Что ты ему сказал?

– Я привез покойника, а он уже был тут как тут. Да, кстати, нам понадобится еще один помощник.

– Джек!

– Я попросту заявил, что у нас тут нет никакой Амелиты Соза. Он мне: «Да что ты говоришь?! Ты вчера привез ее тело из Карвиля!» Я говорю: «Нет, не я. Может, другая какая контора».

– Разве ты не давал объявления в газету?

– Если я дам объявление, все узнают, что она у нас или, во всяком случае, была у нас. Даже если сказать, что мы кремировали тело или переправили его куда-то еще, они смогут проверить. Остаются записи. Я решил, что лучше всего врать им прямо в глаза, прикинуться дурачком. Ничего не знаю, и точка. Какая еще Амелита Соза? Нет у нас таких!

– А если они обратятся в Карвиль?

– Что ж, кто-то из сестер перепутал название погребальной конторы. Монахини тоже люди, иногда ошибаются. Правда, сам я ни разу не видел, чтобы сестра допустила промах, но теоретически это возможно.

– Что сказал полковник?

– Он привел с собой того парня – помнишь, вчерашнего, который ни слова не произнес?

– Который стоял перед катафалком?

– Ага. Ты успела его разглядеть?

– Мельком.

– Странный парень. А волосы? Может, он еще и негр в придачу?

Люси чуть призадумалась и ответила:

– Да, я заметила. Он действительно странный.

– Зовут Фрэнклин. Разве никарагуанца могут звать «Фрэнклин»?

– Это как раз бывает. – Она снова умолкла, прикидывая. – Может быть, он индеец. Индейцы живут на восточном побережье, на границе с Гондурасом.

– Он больше смахивает на негра.

– Карибские креолы смешивались с индейцами. Имена у них бывают необычные, их крестили моравские братья. У нас в госпитале лежал индеец из племени мискито, так его звали Армстронг Диего. Что сделал полковник, когда ты сказал, что Амелиты у вас не было?

– Он мне не поверил. К тому же этот парень, Фрэнклин, сказал, что это я сидел за рулем катафалка, он меня вспомнил. Но сделать они ничего не сделали.

– Почему?

– Я предложил им пройти, осмотреть все комнаты. Мы пошли наверх, а там Лео возился в бальзамировочной, и полковник тут же позабыл про свою красотку.