Каллиграфия убийства - Алексей Макеев

– Ты имеешь в виду себя? – Гуров изобразил на лице невинную мину.

– Я имею в виду тебя. Ведь это ты меня заразил, – беззлобно проворчал Крячко и засыпал в кружку пакетик с «ТераФлю», который оставался еще от запасов Льва Ивановича.

– А ты повторяешь мою ошибку. Могу поделиться с тобой своими пилюлями и микстурами. Они намного эффективней вот этого, – Гуров показал на кружку.

– Давай сюда свои пилюли. Я сейчас любую гадость приму, – со вздохом ответил Крячко и, посмотрев на растворенный в кипятке порошок, добавил: – И запью все вот этой гремучей смесью, чтоб добро не пропадало.

Так он и поступил. В кабинет вошла Елена, а с ней – высокий, широкоплечий и улыбчивый молодой человек.

– Знакомьтесь. Это и есть Ярослав Прилучный – мой однокурсник, – громко сказала она.

Крячко вопросительно посмотрел на Гурова, но тот сделал вид, что не увидел его взгляда. Он внимательно изучал пришедшего с девушкой студента. И чем дольше он на него смотрел, тем меньше тот ему нравился. Впрочем, Лев Иванович и сам не понимал, почему он почувствовал такой негатив к этому улыбчивому парню. Но он привык доверять своей интуиции и поэтому решил, что будет держать Ярослава подальше от основного расследования. Решить решил, но виду не подал и, пожав руку Прилучного, сказал:

– Что ж, Ярослав, давайте поработаем вместе.

Крячко руки ни парню, ни Елене не подал, сославшись на простуду.

– Держитесь от меня подальше, – наказал он и поучительно добавил, покосившись на Гурова: – И мотайте на ус – вот что бывает с теми, кто желает работать в уголовном розыске. Болеть у нас получается только на рабочем месте. Поэтому, пока не поздно, мой вам совет – смените профессию криминального психолога-профайлера на более спокойную профессию психолога, работающего в какой-нибудь коммерческой фирме.

– Но нам нравится именно криминалистика, – улыбаясь, возразил Ярослав и, посмотрев на Елену, спросил: – Я прав?

Девушка молча кивнула, и Гуров заметил, что к однокурснику она относится именно как к однокурснику, и не более того. Ни о каких даже дружеских отношениях речи тут быть и не могло. Елена и Ярослав, по мнению Льва Ивановича, были полной противоположностью друг другу. Она – вся собранная, серьезная и в то же время яркая, словно внутри нее находился какой-то фонарик. И все это и благодаря ее манере одеваться, и тому, как она держала себя. Он – хотя и улыбчивый и симпатичный на вид – не вызывал у Льва Ивановича доверия. Улыбка Прилучного казалась полковнику натянутой, искусственной. Ярослав хотя и был одет в строгий костюм, но отчего-то казался ненастоящим, неживым, манекенным каким-то. Было ощущение, что парень играет какую-то роль. Роль правильного и хорошего мальчика – именно так определил ее опытный глаз сыщика.

Возможно, что Прилучный и сам не осознавал, какое впечатление он производит на сторонних наблюдателей. Вполне вероятно, что он был и неплохим парнем, но от первого впечатления никуда не деться, и Лев Иванович решил, что, возможно, со временем он поменяет свое мнение об этом молодом человеке.

– Ярослав, Елена сказала нам, что ты… Ничего, что я на «ты» обращаюсь? – Гуров наклонил голову и внимательно посмотрел на Прилучного.

– Все нормально, – улыбка словно приросла к губам Ярослава. – Я ведь младше вас, поэтому обращайтесь, как удобно.

– Замечательно. Так вот. Елена сказала, что ты неплохо разбираешься в компьютерах.

– Да, есть такое, – согласился Ярослав.

– А ты не смог бы, предположим, поискать для нас в интернете некоторую информацию? Давайте сядем, и я все расскажу.

Крячко сел за свой стол, подальше от остальных. Лев Иванович примостился на один из стульев, стоящих возле стола, поставленного в центре кабинета. Елена и Ярослав расселись напротив полковника.

– Изучая дела Чалкина и Жигановой, я обратил внимание, что и жена Михаила Геннадьевича, и родители Марины не знали всех, с кем они общались в интернете. Жена Чалкина так и вовсе заявила, что тот никогда не вел никаких страниц в соцсетях. А вот его дружок Воротников сказал, что у Михаила Геннадьевича была своя страница на «Фейсбуке».

– Вы думаете, что убийца мог познакомиться с ними через интернет, – понимающе кивнул Ярослав. – Что ж, вполне возможный вариант. По статистике, сейчас больше половины преступлений совершаются или через интернет, или с использованием интернета. В том числе и путем знакомства в соцсетях с будущей жертвой, – добавил он с видом всезнайки.

Лев Иванович не стал спорить и продолжил излагать свою идею:

– Мне нужно, чтобы вы с Еленой проверили страницы Жигановой и Чалкина в соцсетях на предмет подозрительных знакомств. Ну и не подозрительных тоже, – секунду подумав, добавил Лев Иванович. – Надо проверить всех, с кем они общались, составить список, найти их адреса, телефоны… В общем, работа вам предстоит большая.

– И ответственная, как я понял? – не переставая улыбаться, спросил Ярослав.

– Да, и ответственная, – согласился Гуров и посмотрел на Елену.

Та сидела с таким видом, словно догадалась, что Лев Иванович специально дал им такое задание, чтобы они не путались под ногами у опытных оперативников.

– А Ярослав сам не смог бы справится с такой работой? – поджав губы и не глядя на Гурова, спросила девушка. – Я вполне могла бы помочь, занимаясь еще чем-то. Например…

– Лена, давайте будем делать, что я прошу, – перебил ее Лев Иванович. – Работы у нас много, и надо постараться сделать ее как можно быстрее. Времени у нас только до конца января. Нам нужно постараться найти убийцу еще до того, как он опять кого-нибудь убьет. Ты согласна?

Елена, хотя и не очень уверенно, но кивнула и посмотрела на Льва Ивановича.

– Вот и хорошо, – ободряюще улыбнулся ей Гуров. – Думаю, что взламывать страницы Ярослав умеет. – Он посмотрел на Прилучного.

– Будьте уверены – сделаем в лучшем виде, – заверил тот сыщика.

– Надо будет сделать все за… ну, скажем, за пять дней. Управитесь?

– Постараемся, – вздохнула Елена.

– Отлично. А теперь давайте посмотрим, что мы имеем в нашем багаже расследований на сегодняшний день.

Гуров встал и подошел к доске, на которой до сих пор висели фотографии с мест убийства. Он снял верхние фото, на которых были жертвы серийных убийств еще советских времен. Со своего стола он взял другие две фотографии и стал прикреплять их к доске, поместив одну из них между фото с убитыми Романовской и Жигановой, а вторую в самом конце цепочки.

– Вот. Это еще две предполагаемые жертвы Каллиграфа, – сказал он, отходя в сторону.

– Каллиграфа? – удивленно спросил Ярослав и посмотрел на Елену.

– Да, мы так условно окрестили убийцу, – ответила девушка.

– Ты потом мне расскажешь, почему вы его так