Убийство между строк - Грета Фогель

Глава 11. Не в своей тарелке

В фильмах все взломщики обычно выбивают стекло у двери и вообще ведут себя крайне неприлично. И хоть я и не училась в безумно дорогой школе, я разбиралась в поведении людей. Мне не нужно было портить имущество, чтобы осуществить задуманное.

Например, охранник в нашей школе обычно запирал главные и запасные ворота, но оставлял незапертой незаметную калитку сбоку. Не закрывали на замок обычно и подвал. Возможно, из соображений пожарной безопасности. Местный охранник придерживался похожей политики. И хотя все входы на саму территорию оказались заперты, я нашла одно место в ограде, где был слегка отогнут один из прутьев. Легко и непринужденно я проникла сначала во двор, а затем и внутрь здания школы, минуя бесконечные коридоры бойлерной, обеспечивающей хлорированной водой огромный бассейн над моей головой.

Тишина, повисшая в школе, казалась для этого места противоестественной. Крики и радостные голоса словно годами въедались в стены, пропитывая пространство своеобразной атмосферой. Без детей школа напоминала место развернувшейся катастрофы…

Стараясь не перегружать свое и без того разыгравшееся воображение, я нашла кабинет химии и только сейчас поняла, что он заперт. Этого я почему-то не учла. Спустя полчаса просмотра роликов на YouTube я наконец сумела справиться с замком импровизированной отмычкой. К счастью, замок оказался самым простым и распространенным, иначе мои усилия вряд ли увенчались бы успехом.

Огромное пространство кабинета химии было погружено в синий полумрак. Каждая парта была раза в два больше обычной и представляла собой маленькую лабораторию. Из стола выдвигалась секция, где хранились пробирки и реактивы, необходимые для простых школьных опытов. Микроскопы были прикручены прямо к столу. Но того, что я искала, здесь не было. Элизабет рассказывала, что на заре карьеры ей приходилось проводить очень сложные манипуляции для того, чтобы получить образец.

Нужно было сначала соскрести образец с вещи, процедить его через воду, с помощью центрифуги превратить все в гранулы, а затем последовательно применить сильные и концентрированные кислоты. Кислоты разрушили бы песок, глину, целлюлозу, но не палиноморфы – споры грибов и пыльцу растений. Мне бы понадобилась защитная одежда, плотные перчатки, маска. Нужно было бы закрыть окна и вентиляцию, чтобы не допустить загрязнения пробы сторонними пыльцевыми зернами.

Органические останки требовалось залить специальным желеобразным составом, а затем распределить тонким слоем на предметном стекле перед микроскопом.

В случае с бумагой было бы проще сразу растворить ее в кислоте, чтобы получить образец.

Но, к счастью, современные мощные микроскопы позволяли пропустить все эти сложные этапы и исследовать записку напрямую. Я с тоской посмотрела на мощные лампы под потолком. Использовать их для работы означало бы привлечь к себе внимание. Уверена, включенный свет в одном-единственном кабинете точно был бы замечен сразу даже при мимолетном взгляде на фасад здания и рассекретил бы мое местонахождение. Так что я зашла в незапертую учительскую, взяла самый мощный на вид микроскоп и залезла с ним под парту. Отсоединив переносную лампу, которой был снабжен каждый стол, и включив подсветку самого микроскопа, я принялась крутить колесики, выстраивая нужное увеличение. С первого раза у меня ничего не получилось, и пришлось искать в интернете инструкцию к данной модели. Благо стикер с маркой и разновидностью не отклеили, и я быстро разобралась, как сделать нужные мне настройки. Пригибая голову и сидя на корточках в ужасно неудобной позе, я дрожащей рукой достала то самое письмо и принялась делать все по методу Элизабет Шелтер, о котором прочла в книжке.

Я начала медленно продвигаться от левого верхнего угла листа к левому нижнему, останавливаясь, чтобы сделать увеличение больше и рассмотреть пыльцевые зерна. Звучало, если честно, гораздо круче, чем выглядело. Вскоре я сдалась и легла на пол, потому что спина уже жутко устала. Нужно было искать не только то, что есть, но и то, чего не было видно. Доктор часто повторяла, что растения не во все периоды выбрасывают пыльцу, а есть и такие, которые и вовсе не делятся ею, если не наступить на цветок или не задеть его бутон. А еще существуют цветы, у которых пыльца выделяется в настолько незначительных количествах, что ее очень сложно, почти невозможно обнаружить. Но о том, что человек соприкасался с растением, можно судить по косвенным факторам. Например, на листьях примулы, живет гриб puccinia primulae, более нигде не встречающийся. И хотя пыльцу примулы я, естественно, не нашла, зато легко отыскала споры нужного грибка: они подтверждали наличие примулы в саду того, кто создал это письмо.

Составляя карту предполагаемой местности свидетеля, я постаралась учесть все нюансы. Под микроскопом лист бумаги ожил и превратился в миниатюрную Вселенную, так как больше всего пыльцевые зерна напоминали именно планеты. Какие-то кругляши, вроде липы, оказались похожи на планету с кратерами, как ее обычно рисуют для «Маленького принца», какие-то – более гладкими или и вовсе странных, вытянутых к экватору форм.

Перед глазами встала четкая картина. Вот свидетель в яркий солнечный день идет через свой родной сад, очевидно, чтобы перечитать финальную распечатанную версию текста. Он умен и смотрел много криминальных сериалов и фильмов, а потому не намерен оставлять отпечатки пальцев. Незнакомец, чьего лица я пока не вижу, отдаляется от входа в дом, даже не подозревая, что легкий порыв ветра, заставивший его листок трепетать, принес с собой кучу частиц пыльцы декоративных суховеев. Каких именно сортов, сказать не могу, для меня они неотличимы. Человек проходит под склонившимися ветвями липы и отстраняет их рукой, чтобы затем впечатать ее семена в бумагу. Он наклоняется над грядкой примул, высаженных на красивой клумбе, и срывает цветок. Или, быть может, случайно задевает тканью брюк, а потом, сидя на садовых качелях во дворе, отряхивает небольшое загрязнение руками в своих дурацких перчатках.

Как ни странно, мне не понадобился Google, чтобы понять, кто является автором этого рукописного творения. Я узнала эти характерные клумбы, тесно контактировать с которыми мог непосредственно сам хозяин дома и больше никто. Я выглянула в окно кабинета химии, чтобы убедиться в своей правоте.

Высаженные на заказ для частной школы голубые ели скромно стояли во внутреннем дворе. Голубые ели – ужасно дорогие и редкие деревья. Даже школа закупила их несколько