Не верь, не бойся, отпусти! - Марина Крамер

— А фреш у вас делают?

— Да, конечно. Какой желаете?

— Томатно-сельдереевый.

Меня перекосило — иногда подруга делала странный выбор блюд и напитков, и томатно-сельдереевый фреш был как раз из этой серии.

— Да, минуточку, — невозмутимо ответила администратор и удалилась в небольшую комнатку, служившую, очевидно, чем-то вроде буфета.

— Что опять за выкрутасы? — поинтересовалась я.

— Здоровый образ жизни, дорогая. Хорошо для желудка, — с улыбкой отозвалась подруга.

В это время в холле показался Карибидис. Я мгновенно сделала отсутствующее выражение и незаметно толкнула Аннушку ногой, указав глазами на банкира. Вяземская перевела взгляд и одобрительно хмыкнула. Теперь все зависело только от нее. Администратор принесла стакан с соком и вернулась за стойку, Карибидис присел на корточки перед лежанкой и потрепал собаку за ухо:

— Соскучился, негодяй?

Пес приветливо замотал хвостиком, и тут Аннушка решительно поднялась и направилась к стойке. Я замерла, не представляя, что она сейчас будет делать. Вяземская, чуть покачивая бедрами, обтянутыми атласным салонным халатиком, шла по направлению к Карибидису и вдруг запнулась, ловко опрокинув стакан и вылив сок рядом с ногой банкира. При этом я совершенно четко видела, что сделала она это с тем расчетом, чтобы сок не попал на одежду Карибидиса — если только легкие брызги.

— О, простите, ради бога, — испуганно ахнула она, прикрывая рот ладошкой и присаживаясь на корточки рядом с банкиром. — Надеюсь, я вас не забрызгала? — она легко прикоснулась рукой к плечу Карибидиса, и тот встал, протягивая ей руку и помогая подняться:

— Не беспокойтесь, это пустяки, — сильнейший акцент здорово затруднял понимание, но Аннушку это, казалось, не смутило:

— Мне так неловко… я обычно менее неуклюжа, просто сегодня массаж, видимо, так подействовал… — она перекинула через плечо свою роскошную косу и затеребила кончик, бросив на Карибидиса кокетливый взгляд.

Банкир совершенно очевидно «поплыл», окинув взглядом точеную Аннушкину фигурку в коротком ярко-синем халате и белых шлепанцах.

— Мы, кажется, не встречались раньше? — проговорил он, и Аннушка подтвердила:

— Нет, к сожалению.

На мой вкус, это было слегка грубовато и прямолинейно, но Карибидису, похоже, так не казалось. Он улыбнулся и осторожно взял Аннушку за руку:

— Вы позволите? — и едва прикоснулся к ней губами. — Определенно, я запомнил бы подобную девушку. Николас Карибидис, к вашим услугам, — галантно представился он.

— Анна Вяземская, — чуть потупив взор, сообщила Аннушка. — Я еще раз прошу извинить меня за неловкость.

— Забудьте об этом, ничего не случилось. Но в качестве компенсации согласитесь поужинать со мной сегодня вечером?

Аннушка метнула быстрый взгляд в мою сторону, я кивнула — мол, соглашайся, и снова сделала незаинтересованное лицо. Лишь бы Аннушка теперь не дала ему знать, что мы знакомы — это почему-то показалось мне излишним. Но Вяземская, казалось, поймала мою мысль и, дав согласие на ужин, обратилась ко мне как к постороннему человеку:

— Мадам, у вас не найдутся ручка и листок?

— Найдутся, — я вынула из сумки блокнот и ручку, вырвала листок и протянула ей.

— Благодарю вас. Извините, Николас, что я не даю вам визитную карточку, оставила визитницу дома. Но вечером непременно, — многообещающе улыбнулась она банкиру, выводя на листочке телефон.

— Буду ждать. — Карибидис спрятал листок с телефоном в карман. — Куда мне заехать за вами?

Аннушка, не получавшая на этот счет инструкций, слегка растерялась, но быстро сообразила, что не стоит афишировать место проживания, кокетливо сказала:

— Давайте встретимся у выезда из поселка, мне так удобнее.

— Надеюсь, вы не замужем? — чуть напрягся Карибидис.

— Как вы могли подумать, что, будучи замужем, я соглашусь на ужин с посторонним человеком? — талантливо разыграла легкое негодование Вяземская, и банкир поспешил извиниться:

— Не обижайтесь. Я не готов соперничать ни с кем за такую женщину, даже с ее мужем. Мне хочется быть… едино… едино… — Он защелкал пальцами, подбирая слово, и Аннушка милостиво помогла:

— Единственным?

— О, верно! Единственным мужчиной рядом с вами.

— Это я вам гарантирую, — улыбнулась Аннушка. — А сейчас извините — мне пора. До вечера, Николас.

Она еще раз многообещающе улыбнулась и удалилась в гардеробную. Мне осталось только дождаться, когда Карибидис заберет собаку и покинет салон, а Аннушка оденется и выйдет из гардеробной. Домой идти мы должны отдельно. Просто на всякий случай.

Глава 12
Незнакомец в объективе

Когда люди любят друг друга, они не ссорятся, а спокойно выясняют отношения…

А. Чехов

— Я тебя умоляю — в разговорах будь предельно аккуратна, хорошо?

Я сидела на кровати и наблюдала за тем, как Аннушка собирается на ужин с кипрским банкиром.

— Ну, Варь! Что такого я могу ему сболтнуть? Что ты меня попросила с ним познакомиться? А ты его знаешь? — Аннушка застыла перед распахнутым шкафом, выбирая платье.

— Лично нет, но мне очень нужно, чтобы кто-то из моих близких был вхож к нему в дом. Правда, это не означает, что ты должна с ним спать, если сама не хочешь, — уточнила я на всякий случай, стараясь избежать обвинений в сводничестве. — И, даже если захочешь, лучше перенести это на другой день, не на сегодняшний.

Вяземская повернулась и окатила меня презрительным взглядом:

— Совсем с ума сошла? Мне что — пятнадцать лет? Ты мне еще про контрацепцию расскажи, мамашка!

— Думаю, с этим ты сама разберешься. Я к тому, что не торопись в койку, поддержи в нем интерес к себе — это гарантирует нам еще как минимум пару свиданий, пока я решу, что конкретно мне нужно извлечь из этого знакомства.

— У меня такое чувство, что ты играешь в шпионов и меня используешь, не рассказывая цели, — пожаловалась подруга, снова возвращаясь к созерцанию нарядов в шкафу.

— Ни во что я не играю. Он мне нужен, просто я еще не поняла, как именно к нему подобраться. И твоя задача — поддерживать в нем интерес к своей персоне до тех пор, пока я с этим не определюсь. А дальше — твое дело. Хочешь — продолжай, если понравится, хочешь — пошли его к чертовой матери. Твой выбор.

— Что-то подсказывает мне, что я постараюсь задержаться рядом с ним подольше, — пробормотала Аннушка, вытаскивая из шкафа ярко-васильковое коктейльное платье с аккуратной юбкой до колена и пышным верхом. — Как думаешь — подойдет? — Она приложила платье к себе и вопросительно посмотрела в мою сторону.