Не верь, не бойся, отпусти! - Марина Крамер

Вот теперь можно расслабиться и получить удовольствие от салонных процедур.

* * *

…Никогда не понимала женщин, способных провести в салоне красоты больше двух часов. Нет, уход за собой — это важно и прекрасно, но тратить на это целый день собственной жизни мне всегда казалось абсурдом. Удовольствие я получала ровно два первых часа, потом на смену ему приходило раздражение — верный признак, что пора вставать и уходить. Но сегодня сделать этого я не могла — Аннушка кайфовала на тайском массаже, и мне почему-то показалось жестоким испортить ей удовольствие. Я со скучающим видом сидела в большом мягком кресле, пила терпкий травяной напиток и курила, когда мое внимание привлек невысокий, коренастый брюнет с орлиным носом и близко посаженными черными глазами. Он уверенной походкой вошел в салон, небрежно кивнул администратору и передал ей рулетку-поводок, на котором вел рыжего кокер-спаниеля:

— Ему как всегда, — бросил он и сразу потерял интерес и к администратору, и к собаке, словно был уверен, что короткая фраза все объяснила.

По всей видимости, так и было — потому что девушка мгновенно вынула из стенного шкафа фарфоровую миску с надписью «Битти», налила в нее воду из чайника, стоявшего на небольшой тумбе рядом с кулером, закрепила рулетку на крючке администраторской стойки и, присев на корточки, подвинула миску собаке. Пес пару раз мотнул коротким хвостом и принялся пить. Его хозяин опустился в кресло рядом со мной, протянул холеную руку с большим перстнем и взял какой-то журнал. При этом, как я заметила, успел оценить длину моих ног и размер груди, но сделал это не нахально-ощупывающим взглядом, а как-то очень деликатно, не прицениваясь, а восхищаясь. Я сделала вид, что не заметила этого, и он углубился в чтение. В это время вышла молодая девушка в форме и с убранными в высокий пучок светлыми волосами, приблизилась к нам и пригласила:

— Господин Карибидис, все готово, проходите, я буду ждать, пока вы переоденетесь.

Фамилия заставила меня поставить чашку на стол и как бы невзначай снова посмотреть на незнакомца — это оказался тот самый банкир, знакомство с которым было мне весьма необходимо. Но как теперь продемонстрировать интерес, не показавшись наглой? Черт, почему я сразу не отреагировала?

Карибидис меж тем поднялся и проследовал в глубь салона, а девушка подошла к стойке администратора:

— Ну, пожелай мне удачи.

— Что — любимый клиент явился? — сочувственным тоном спросила администратор.

— Любимый… будь он неладен, — понизила голос девушка. — Опять весь зад в синяках будет.

— Я не пойму — ты почему хозяйке ничего не скажешь? Это же этот… как его… харассмент.

— Это за бугром харассмент, а у нас — «сама виновата». Ты что думаешь — хозяйка предпочтет меня такому клиенту? Да я вылечу отсюда, как ракета, даже ойкнуть не успею. А мне сына кормить надо. Где я еще такие деньги заработаю и возможность жить за городом в приличном месте?

— Тогда терпи, — пожала плечами администратор.

— Так я и терплю. Ну, почему он только ко мне ходит? Почему не к Вале?

— Потому что Валя — короткостриженая брюнетка с большой грудью, а Карибидису нравятся стройные длинноволосые блондинки без большого бампера, вот хозяйка и учитывает его вкусы.

— Перекраситься, что ли? — задумчиво протянула девушка, и тут у нее в кармане запищало какое-то устройство. — Черт, приготовился уже, — пробормотала она. — Ладно, Лиз, пойду я…

Она развернулась и ушла в кабинет, на ходу распуская по плечам волосы, а я подумала, что вот он, мой шанс: Аннушка идеально вписывалась во вкусы кипрского банкира. Стройная миниатюрная блондинка с маленькой грудью и длинной косой — ну, мечта же! Теперь надо скоренько продумать схему знакомства и уговорить Вяземскую. Я поднялась и спросила у администратора, могу ли пройти в кабинет тайского массажа.

— Да, разумеется. Вам подать чай туда?

— Нет, благодарю.

Я прошла в кабинет, где нежилась под руками симпатичной тайки Вяземская:

— Анют, ты еще долго?

— Ноги остались, — не открывая глаз, простонала та. — А что?

— Поговорить надо.

— Так говори. Она ни бельмеса не понимает даже по-английски, — этот комментарий относился к массажистке.

Я обошла стол и присела на корточки перед лицом подруги. Понизив на всякий случай голос, сказала:

— Я нашла тебе потрясающего мужика. Если поторопишься, успеешь прямо здесь с ним познакомиться.

— В смысле? — протянула Аннушка, по-прежнему не открывая глаз и не желая выныривать из нирваны.

— В прямом. Он здесь, на массаже. Если ты невзначай перед ним что-то уронишь, то появится шанс. По слухам, ему нравятся как раз такие девушки, как ты.

Аннушка, наконец, открыла глаза и протянула:

— Варька, ты что? Сводницей заделалась?

— Аня, я тебя очень прошу — сделай так, как я сказала, это важно. Дома я тебе все объясню, а сейчас мне нужно, чтобы твое знакомство с ним состоялось.

Вяземская покрутила головой и произнесла:

— Втравливаешь ты меня во что-то, Варька. Но пусть будет на твоей совести.

— Уверяю тебя, что если все, что я слышала об этом человеке, правда, то ты будешь благодарна мне по гроб жизни. Если, конечно, сама все не испортишь, — ухмыльнулась я, вставая. — Пойду тогда в холл сидеть, а ты подумай, как будешь действовать. Он невысокий, фактурный брюнет с собакой.

— Как ты элегантно выходца с Кавказа охарактеризовала — «фактурный брюнет»! — фыркнула Аннушка.

— Он киприот.

— О, это существенно меняет дело. Кипр я люблю.

— Если сделаешь все правильно, то будешь иметь шанс любить его прямо на месте, — я показала подруге язык и удалилась из массажного кабинета.

Собака Карибидиса, к моему удивлению, возлежала на небольшом диванчике, явно поставленном здесь для нее, и грызла резиновую игрушку. Администратор то и дело поглядывала на нее, словно проверяя, на месте ли животное. Да, хозяйка этого салона заботилась не только об удобстве своих клиентов, но и о комфорте их питомцев. Ей-богу, такому сервису могли позавидовать многие московские салоны в центре города.

Из массажного кабинета вышла Аннушка, розовощекая, свежая и благодушно настроенная. Покосившись на собаку, она шепотом спросила:

— Его псина?

— Да.

— Фууу! — я совсем забыла, что собаки являются для Аннушки табу, она предпочитала кошек, но ничего не поделаешь — придется ей смириться.

— Потерпишь! — шепотом отрезала я. — Тебе не с собакой знакомиться, а с ее хозяином.

Аннушка уселась в кресло, закинув ногу на ногу, и пальцем поманила администратора. Та подошла и почтительно наклонилась:

— Вам что-нибудь принести? Чай, кофе, минеральная вода? Может быть, сэндвич?