Охота на глухаря - Алексей Макеев

Старший лейтенант поднял с земли сверток, развернул ткань и подал ему ружье. Гуров внимательно его оглядел. С первого взгляда было видно, что оружие успело хорошо и долго послужить. Приклад был истерт, на нем уже не было никаких следов лака, которым его когда-то покрыли. Ствол был необычно короткий, а когда сыщик заглянул в него, то увидел аккуратную нарезку.

– И где вы его нашли?

– Вон там, метров четыреста отсюда, – показал Ожогин.

– Как я понимаю, это дальше того места, где стоял вчера Никита, верно?

– Да, на двести метров дальше.

– Хорошо, пошли.

Полицейские остались на месте, а Гуров со старшим лейтенантом отправились вдоль берега. Спустя несколько минут они вышли к ничем не примечательному месту, которое выделялось лишь одним – на берегу росла ива, на стволе которой виднелось красное пятно. Да еще камыш в этом месте был сильно погнут и истоптан.

– Вот здесь мы его нашли, – подтвердил Ожогин.

– А камыш здесь тоже вы притоптали? – спросил Гуров.

– Да, пока нас не было, он здесь стеной стоял, – кивнул Ожогин. – Вообще незаметно было, что тут кто-то проходил.

– И никаких признаков, что здесь кто-то стоял или сидел?

– Нет, совершенно никаких. Я внимательно все осмотрел.

– Понятно, – заключил Гуров. – Картина, в общем, ясна. Преступник выбрал место неподалеку от того, где стоял Никита. Место, ты сам видел, удобное: с берега его не было видно, сам же он отлично видел другую сторону озера, где стоял Тонких. Когда Никита сделал очередной выстрел, преступник тоже выстрелил. В результате его выстрел мало кто услышал – разве что Никите показалось, что звук какой-то необычный. Ну, и нам с Григорием Гавриловичем тоже так показалось.

– Выстрелил – и сразу ушел… – заметил старший лейтенант.

– Нет, не сразу, – покачал головой Лев. – Сначала он измазал землю и траву креозотом, чтобы собаки не могли взять след, а затем покинул свое убежище, прошел двести метров вдоль берега, бросил оружие в воду и ушел куда-то в лес. В этот момент его видел Никита, но только со спины. Если бы он увидел его лицо, возможно, наши поиски уже были бы закончены… В общем, дальше будем действовать так. Полицейских сейчас можно отпустить, они свое дело сделали. Пусть возвращаются в Каширу. А ты бери бланки протоколов, ручку и нанеси пару визитов. Сначала здесь, в поселке, отыщешь некую Ирину Владимировну. Женщина, как я понял, уже в возрасте. Где живет, не знаю, но отыщешь, поселок не такой большой. С нее снимешь показания о том, когда на нее начал работать мужчина без определенного места жительства, которого зовут Василий Ионов, сколько работал и когда она с ним расплатилась. А потом сходишь на переезд, там побеседуешь с Анной Прибытковой.

– Тоже насчет того бродяги? – догадался Ожогин.

– Да, насчет него. Она даст все показания – она мне уже рассказывала. Так у нас будет запротоколировано все, что связано с неизвестным бродягой. Теперь он уже не является неизвестным. После того как снимешь показания, поедешь в Каширу. Там отдашь на экспертизу найденный вами обрез и эту вот куртку. – Гуров отдал старшему лейтенанту куртку, найденную вблизи железнодорожного переезда, и добавил: – По всей видимости, это та самая куртка, которая была на преступнике вчера. Именно ее видел Никита Лымарев. Да, кстати, зайди еще в дом Угланова и покажи эту куртку Никите – может, он ее узнает. Завтра, надеюсь, результаты экспертизы будут готовы, ты мне их доложишь.

– А что нам может дать эта куртка? – засомневался Ожогин.

– Много, конечно, не даст, но кое-что может рассказать, – ответил Гуров. – Если преступник долго ею пользовался, то какие-то следы обязательно остались.

– А вы сами где будете – здесь? – спросил старший лейтенант.

– Сегодня здесь. Похожу, посмотрю, поговорю еще кое с кем. А завтра с утра, наверно, поеду в Москву. Похоже, ниточка нашего расследования тянется туда…

Глава 15

Поговорить Гуров собирался прежде всего с Павлом Петелиным. Причина для встречи была хотя бы та, что владелец транспортной компании тоже охотился вчера на озере, как и Тонких, и Никита Лымарев, а стало быть, мог быть свидетелем покушения на следователя. Мало того, могло оказаться и так, что это он стрелял в Тонких. Гуров держал эту возможность в голове с самого начала, как только услышал от Никиты, что Петелин шел по тропе вслед за Суржиковым. Шел, но не обгонял и на глаза банкиру не попадался. Гуров представлял себе эту ситуацию, и она казалась ему странной. Насколько он запомнил от прошлых встреч с Петелиным, тот всегда ходил быстро, словно бежал. Почему же вчера он никак не мог обогнать банкира, который отличался полнотой и всегда двигался неспешно?

Но прежде чем беседовать с Петелиным, надо было сначала хотя бы узнать, где он живет. А сделать это лучше всего с помощью Григория Сыромятникова, а заодно и пообедать.

Разумеется, Григорий Гаврилович уже давно отобедал и теперь раздумывал, можно ли сегодня идти на охоту, не будет ли это, так сказать, оскорблением для Тонких.

Этими соображениями он поделился с Гуровым, как только тот вернулся домой.

– Получится, что мы о нем нисколько не думаем, – говорил он, наблюдая, как Гуров разогревает в микроволновке жареную утку с картошкой. – Убит он или только ранен, нам все равно, нам бы только охоту не пропустить. Нехорошо получится. А как ты считаешь, Лев Иванович?

– Ну, вообще-то ты правильно рассуждаешь, – ответил Гуров, садясь за стол. – И если бы речь шла о другом человеке – об Иннокентии Илларионовиче, или о генерале Орлове, или о ком-то еще, я бы с тобой согласился и сказал, что ходить на охоту не надо. Но дело в том, что сегодня я получил о нашем знакомом Аркадии Кузьмиче такие сведения, которые совершенно изменили мое о нем мнение. Так что проявлять особую деликатность по отношению к нему я бы не стал. Иди, Григорий Гаврилович, постреляй, добудь еще трофеев.

– А, вот, значит, в чем дело! – воскликнул Сыромятников. – Помнишь, мы говорили, почему следователи или сотрудники полиции темнят, не любят говорить о себе?

– Да, тут тот самый случай, – кивнул Гуров.

– И кто же тебе поведал правду о нашем коллеге?

– Сначала Иннокентий Илларионович. У него в банке имеется собственная служба безопасности. И вот эта служба получила сведения, что следователь Тонких занимается вымогательством. Но я к этому рассказу отнесся без особого доверия: мало ли что могут на человека наговорить. На меня, может, в каком-нибудь банке тоже плохое досье имеется. Но потом я получил подтверждение из другого источника. От того самого бродяги, которого Тонких встретил и узнал.

– Выходит, ты его все-таки нашел! – восхитился Сыромятников. – И где же?

– В соседнем поселке Урочище, – ответил Гуров и рассказал приятелю, как искал человека с голубыми глазами, как нашел его в соседнем поселке и что тот ему поведал. – Выходит, что расследование теперь нужно вести в двух направлениях: и по поводу покушения на Тонких, и по поводу его служебной деятельности, – заключил он. – Но это второе расследование уже буду вести не я – на это есть свои специалисты.