Браслет певицы - У. Уилер

– Ах, как интересно! – не совсем к месту воскликнула Мелисанда, бросая неосторожный, жаркий взор в сторону князя Урусова.

– Cherchez la femme! – воскликнул полковник, назидательно поднимая вилку.

– А если вас смущает такое сочетание, то это вполне в традиции древних народов: египетская Мут почиталась, как покровительница материнства, однако её культ со временем стал сливаться с почитанием львиноголовой Сехмет, которая…

– С головой льва? – восторженно уточнила Мелисанда.

– Да, мадам, именно это я и имел в виду, – терпеливо подтвердил Гай. – Так вот, Сауска также связана с образом льва – она часто изображается стоящей на этом животном…

– Ну, это факты публичного характера, мистер Флитгейл, – вновь бесцеремонно влез полковник. – Расскажите нам о каких-нибудь необычных вещах. О каких-нибудь зловещих ритуалах, поражающих воображение культах, о тайных книгах!

– Полковник, археологические материалы пока дают нам крайне скудные сведения о тайных сакральных практиках. Такие вещи в основном являются досужими фантазиями учёных дилетантов и модных литераторов, – сдержанно ответил Флитгейл и добрался, наконец, до паштета.

– Да, вот кстати, про литераторов, – вновь заговорил Брюстер, пропуская мимо ушей замечание о дилетантах. – А не правда ли, что до сих пор турки боятся вурдалаков, которые выходят из древних могил, чтобы пить кровь живых? Вы их, часом, не встречали? Вурдалаков?

– Не доводилось, – признался Флитгейл с комическим разочарованием.

– Но ведь вы не отрицаете саму возможность их существования?

Гай мельком взглянул на Иву. Она чуть закусила нижнюю губу и едва заметно покачала головой с явным неодобрением – тонкое чёрное перо закачалось над салатным шёлковым тюрбаном, на зелёной эмали эгрета сверкнул электрический блик. Ива опустила глаза.

– Я – учёный. А то, о чём вы говорите, полковник, лежит за пределами науки.

– А что вы скажете, князь Урусов? Насколько я знаю, в славянских верованиях упыри играют роль просто-таки чрезвычайную. А вот трансильванцы запросто сделали из своих вампиров культ. Вампир-аристократ! Каково? Господин Урусов, вам это не кажется занимательным? – полковник обращался к Урусову, буквально сверля его взглядом.

– Ах, это ужасно увлекательно, я три раза перечитала роман мистера Стокера, не могла спать несколько недель! – громко сообщила Мелисанда.

– Мадам, – с явным предупреждением тихо произнёс барон фон Мюкк.

Юная Розамунда Болингброк испуганно пискнула и была столь же предупредительно осажена виконтессой, но общество уже начало оживлённо обсуждать роман о графе Дракуле.

– Барон, а почему вы молчите? – спросил полковник Брюстер, обращаясь к молчаливому супругу примадонны. – Ведь и германцы внесли свою лепту в историю вампиров?

– Полная ерунда, досужая выдумка господина Стокера, – категорично ответил барон, не меняя надменного выражения лица.

– А каково ваше мнение, господин Урусов? – всё не мог угомониться полковник, словно бес вселился в него.

– Я не буду столь категоричен, как господин фон Мюкк, – тихо ответил Урусов, поднимая на полковника чёрные, непроницаемые глаза. Бледность не сходила с его лица, его точёные черты имели странную привлекательность, а нахмурившиеся брови придавали его выражению удивительную драматичность. Мелисанда вздохнула с усилием, и этот вздох не остался незамеченным её супругом.

– Вот видите, дорогой доктор Флитгейл, вам может представиться удивительная возможность явиться чем-то вроде Ван Хельсинга, – радостно сказал полковник, подмигивая Гаю.

– Я бы предпочёл археологию, – заверил тот.

– Я имел возможность встречаться со случаями смертей очень странных, – продолжил Урусов, и нервный тик обезобразил его лицо, – и многие признаки говорили о том, что человек оказался жертвой неких сверхъестественных созданий. Это – не досужие выдумки, хотя объяснение некоторым явлениям можно найти самое элементарное. Почти во всех случаях. Но не во всех.

– Ах, я боюсь летучих мышей! – не к месту, жеманно сообщила виконтесса, явно преподавая своей дочери урок светской манеры выражать испуг.

– Да, знаете ли – складывается впечатление, что полиция слишком часто сваливает своё бессилие на сверхъестественные явления, – злорадно сообщил Брюстер. – В чём мы с вами имели возможность убедиться совсем недавно. Так вот у меня есть все основания полагать, что…

– А скажите, дорогой мистер Флитгейл, – неожиданно звонко прозвучал спасительный голос графини Бёрлингтон, – что же носили хурритские дамы? Нам это было бы очень интересно!

Флитгейл с явным облегчением начал рассказывать о тех находках, которые помогли бы удовлетворить любопытство дам. Ужин закончился, джентльмены направились в курительную комнату, куда им подали кофе; дамы вышли в зимний сад.

– Полковник Брюстер просто невыносим, – тихо пожаловалась графиня, беря Иву под руку под раскидистой пальмой в глубине сада. – Не понимаю, почему Ричард так привечает его…

– Полковник играет с огнём, – задумчиво ответила Ива.

– Но здесь ещё кое-кто играет с огнём, – заметила графиня, глазами показывая на Мелисанду. Здесь, лишённая опёки своего холодного супруга, певица несколько приободрилась и уже о чём-то щебетала с виконтессой Болингброк.

– Да, это тоже рискованная игра, – согласилась мисс Ива, внимательно глядя на примадонну. Та присела на ротанговую скамеечку и, смеясь, что-то рассказывала. Розамунда, это бесцветное существо с белёсыми бровями и прыщиками на худой шее, слушала, в изумлении приоткрыв рот; дородная матушка несколько раз строго дёрнула её за подол, сама в это время продолжая любезно улыбаться и поддакивать примадонне.

– Несомненно, вам надо побывать во Флоренции. Рай! Такие очаровательные маленькие кафе, и итальянцы – они ужасно забавны…

Увидев, что к ним направляются хозяйка и мисс Ива, она тут же прервала свой рассказ, вскочила со скамьи и, взяв Иву под руку, увлекла её под сень раскидистых пальм.

– Мисс Ива, дорогая, вы же всё видели! Это невыносимо. Какое может быть терпение! Вы видели, как он смотрит на князя Урусова? Я боюсь… А теперь он так же смотрит и на полковника Брюстера…

– Почему же на полковника? – изумилась Ива.

– Ах, разве полковник не заходил к вам? Я думала, он всем нанёс визиты. Ведь наш бравый полковник знает, кто убил барона, тогда – за столом.

– И кто же? – поинтересовалась Ива.

– Как, кто? Разве вы ещё не догадались? Я уж думала – вы всё знаете, – с некоторым разочарованием протянула Мелисанда и тут же перешла на театральный шёпот, упиваясь возможностью сообщить ясновидящей то, что укрывается от её вещего взгляда, – Баронесса Фицгилберт. Совершенно определённо – баронесса.

– Но к чему ей это?

– Как – к чему? Мисс Ива, все мужчины – ну, почти все – деспоты и тираны. И барон Фицгилберт был таков. Полковник видел совершенно определённо, что баронесса в перерыве сходила якобы за платком, а на самом деле – прихватила кинжал. А на обратном пути – ударила мужа. И он умер! – как само собой разумеющееся, закончила Мелисанда и победно посмотрела на Иву.