Браслет певицы - У. Уилер

Алоиз послал визитную карточку с лакеем и был очень скоро принят фон Мюкком. Барон был мужчиной лет сорока, атлетического телосложения, с лицом приятным, хотя довольно высокомерным. Несмотря на утренний час, он был безупречно одет и тщательно выбрит, напомаженная голова была аккуратно покрыта сеткой. Барон окинул Алоиза оценивающим взглядом льдистых голубых глаз, но, кажется, остался доволен увиденным.

– Чем обязан, мистер… Вейсе? – спросил фон Мюкк, приглашая Алоиза сесть к столу и сверяясь с визиткой.

– Ваше превосходительство, я, как вы изволите видеть, являюсь представителем страховой компании «Зигель и Браун». Приношу тысячу извинений за беспокойство, но я вынужден потревожить вас по крайне деликатному делу.

– Что же это за дело?

– Это касается вашей супруги, мадам Мелисанды фон Мюкк, которая является нашей клиенткой.

– Вы – немец? – спросил фон Мюкк резко.

– Да, ваше превосходительство, – ответил страховой клерк так, словно признавался в невинной слабости.

– Тогда, ради бога, давайте говорить по-немецки. Я не доверяю английской прислуге. Она крайне любознательна. Теперь я готов слушать вас, хотя подозреваю, что дело не из приятных, – фон Мюкк перешёл на немецкий.

– О, да… Ваше превосходительство, ваша супруга – одна из наших особо важных клиенток, сами понимаете – престиж и реклама… Она застраховала в нашей компании некоторое количество своих драгоценностей, что само по себе, конечно, является со стороны мадам похвальной осмотрительностью, – Алоиз говорил, тщательно подбирая слова, от усердия слегка склонив набок гладко причёсанную голову, и глядя на фон Мюкка взглядом, призванным заверить его в своих самых искренних намерениях.

– Как стало известно руководству нашей компании, а именно господину Зигелю и мистеру Брауну, сейчас начинается бракоразводный процесс, который призван положить конец вашему брачному союзу, – продолжил он с сочувствующими нотками в голосе.

– Совершенно верно, герр Вейсе.

– Это очень печально. Однако насколько я понимаю, в данный момент мадам является вашей законной супругой?

– Совершенно верно.

– Знаете ли, мы вовсе не уполномочены доводить до вашего сведения эту информацию, и мы никогда не действуем в ущерб интересам наших клиентов, но, учитывая возможные осложнения и двусмысленность ситуации… мы крайне обеспокоены, и герр Зигель просил меня урегулировать этот вопрос в частном порядке.

– Так в чём дело? – проявляя нордическое терпение, спросил, наконец, фон Мюкк.

– Видите ли, ваше превосходительство, около недели назад мадам фон Мюкк посетила наш офис и застраховала прекрасный гарнитур с аквамаринами. Мы не нашли возможным отказать такой клиентке, как мадам фон Мюкк, но нам показалось, что будет довольно разумным предупредить вас о действиях вашей супруги… Страховые суммы исключительно, исключительно высоки, даже по сравнению с прежними. Герр Зигель, который лично занимается такими клиентами как мадам, позволил себе несколько поднять сумму страховых взносов в этом конкретном случае, поскольку мы имели уже три страховых заявления от вашей супруги, и в каждом случае потери нашей компании оказывались очень значительными. Конечно, в том и состоит наша святая цель, чтобы возместить нашим клиентам любые убытки при утрате собственности, но… право… мне очень неловко, ваше превосходительство, но мы даже подумываем о том, как ограничить наше сотрудничество с мадам фон Мюкк, пусть бы это даже в какой-то мере неблагоприятно сказалось на репутации нашей конторы. Герр Зигель разумно предположил, что будет вполне естественно деликатно поставить вас в известность. Исключительно в порядке дружеского расположения, никоим образом не официально!