Невидимый враг - Марина Серова

– Ну и пусть себе. Технически парни сами погибли. И в случае необходимости я докажу, что не превышала полномочий, защищая клиента. И то, что мы в данное время храним молчание, делается тоже в интересах Маргариты. Сейчас мы не можем позволить себе такую роскошь, как утечка информации, а она неизбежна в случае привлечения ментов.

– Плюс проблема с арестом Романа не решена. Ты права, пока будем молчать. Только сюрикены жалко. Уплывут «звездочки» у «коллег».

– Еще чего! Кто на них позарится, раз пятнадцать пожалеет! Я тут одну потомственную ведьму охраняла. И она по дружбе заговорила сюрикены.

– Чего?

– Да. Теперь они любыми путями возвращаются к законному владельцу. Уже лет пять, как работает.

– Знаешь, Женька, я иногда не понимаю, когда ты шутишь, когда врешь, а когда говоришь правду, – после небольшой паузы выдал Макс.

– Главное не это, а то, что лично я подобные вещи никогда не путаю.

* * *

За оставшееся время, что мы провели в пути, Макс посвятил меня в детали, так или иначе связанные с обстоятельствами, при которых произошел взрыв.

Как мне уже было известно, Валентина Полянская владела большой сетью продуктовых супермаркетов. В каждом районе Ростова-на-Дону имелось по одному, а то и по два громадных магазина, в которых, как нынче повелось, можно было купить буквально все, не только продукты. Ассортимент товаров от иголки до газонокосилки, от картошки до экзотических фруктов. Разумеется, как и во всех магазинах подобного рода, был широкий выбор готовых продуктов в разделе «Кулинария» и всевозможных полуфабрикатов.

Западные маркетологи и психологи давно просчитали, что человек делает гораздо больше покупок, если, например, слышит запах горячей выпечки. Ведь это стимулирует аппетит и подталкивает к большим, чем планировалось, тратам. Некоторые магазины даже практиковали распыление определенных веществ в системе вентилирования, скажем, с запахом ванильного экстракта. С десяток лет назад Валентина, как и некоторые ее коллеги, взяла на вооружение другой метод: прямо в магазине открыла цех по выпечке хлеба и булок разных видов, которые тут же и продавали. Затея оказалась успешной настолько, что небольшой цех со временем превратился в кулинарный отдел, где готовили горячие и холодные закуски, салаты, блюда из мяса и рыбы.

Потом Валентина пришла к выводу, что будет гораздо выгоднее продавать полуфабрикаты собственного производства, и открыла несколько небольших цехов по производству замороженных котлет, нагетсов, пиццы, вареников и пельменей. Как раз в одном из этих цехов и произошел взрыв.

– Я оставил на месте Сашку разбираться.

– Это телохранитель Валентины?

– Да. Толковый парень, изредка заменяет меня, если необходимо. Ты когда с новостями убойными позвонила, Валентина еще больше разволновалась. Я и предложил уехать домой и координировать действия подчиненных оттуда.

– Правильно.

– Она до сих пор ждет отчета по происшествию.

– Ну, посмотрим, что твой толковый парень нарыл. Полицию вызывали?

– Да, – скривился Макс, – и пожарных тоже. Страховая компания потребует официального расследования с участием представителей власти. Но полицейский, который приехал на вызов, дал понять, что с головой завален текущими делами и не горит желанием вмешиваться в расследование. Если ему предоставят доказательства, просто подошьет их к делу и лишних вопросов задавать не станет.

– Понятно. Сейчас, видимо, сами осмотримся.

– Да. Почти приехали.

Макс подъехал к воротам, притормозил и посигналил. Ворота поднялись вверх, внедорожник проследовал внутрь.

– Похоже на территорию небольшого завода.

– Так и есть. Производили здесь электробытовые приборы когда-то. После развала Союза завод почему-то разорился и закрылся. Сотрудников сократили, оборудование распродали, завод несколько раз сменил хозяев. Теперь эти помещения сдаются в аренду. Валентина снимает три цеха. Остальные арендаторы поскромнее. Некоторые одно цеховое помещение на троих-четверых делят.

– А где произошел взрыв?

– Самый дальний ангар, так называемый холодный цех. Там на днях должен был начаться ремонт, небольшая перепланировка. Рабочие завезли металл, оборудование для сварки и пару баллонов с пропаном. Видимо, один из них и взорвался. Потом, разумеется, второй, и пожар начался. Это просто чудо, что никто из рабочих не пострадал. Строители не приехали еще, а наши на обед ушли, тут, на территории небольшая столовая имеется.

– Значит, цех работал?

– Перевозили оборудование в соседний, упаковывали пленкой то, что остается, ну, как обычно перед ремонтом.

– На предприятии действует пропускная система?

– Да. Есть центральная проходная, электронные пропуска, но в цехах стоят дополнительные турникеты.

– То есть работник другого предприятия не сможет пройти в цех Валентины?

– Нет. Система запрограммирована таким образом, что не только фиксирует время начала и конца смены каждого сотрудника, но и автоматически фиксируется время, проведенное в столовой.

– То есть посторонний случайно или намеренно попасть в цех не может? И каждый работник находится под строгим контролем?

– Да. У них есть сорок минут на обед и двадцать на чай. Утром или вечером, в зависимости от того, какая смена.

– А работы в две смены ведутся?

– Да. Но в холодном цехе вчера и сегодня работы велись только в первую смену. Он продукцию уже не производил, шла только подготовка к ремонту.

– Да, ты уже говорил, – задумчиво протянула я, – а сколько всего сотрудников на предприятиях Валентины?

– Здесь, в цехах? Около трехсот. Женька, только не говори, что подозреваешь всех и собираешься устроить масштабную проверку.

– Не всех. Только тех, кто работал вчера ночью. Да и то, нужно всего лишь проверить, кто позволил себе покинуть цех в неурочное время, если таковые имеются.

– А если взрыв – простая случайность?

– Подозревать нужно худшее, чтобы потом не разочаровываться в жизни. Так что при ведении расследования сначала разрабатываем версию, что случившееся – диверсия, кем-то продуманная и выполненная. Макс, а охрана здесь имеется, или все электронике доверили?

– На центральной проходной дежурит группа из трех человек. Схема обычная: днем на воротах и турникете. Ночью проходная закрыта, периодически делают обход территории.

– Подчиняются тебе?

– Нет. Хозяину завода, непосредственно. Но у нас есть свой охранник. Днем он контролирует турникеты и камеры видеонаблюдения. Ночью то же самое плюс обход нашей территории.

– Один человек на смене?

– Да.

Так, болтая, мы с Максом подъехали к дальнему цеху. Вышли из машины и прошли внутрь, осматриваясь.