Невидимый враг - Марина Серова

Еще, конечно, нужно снова пообщаться с родителями Марии. Но этот визит придется более тщательно планировать. Я хочу застать дома отца девушки и поговорить именно с ним. Не то чтобы слова матери не вызывали доверия, просто, судя по всему, в душе женщины произошел какой-то надрыв. Во время прошлого разговора она порою производила впечатление не совсем здорового человека. И бередить ее рану новыми вопросами не хотелось.

Старший лейтенант сидел в своем кабинете за рабочим столом, где в живописном беспорядке были разбросаны папки с документами, файлы и бумаги.

– Привет, весь в трудах?

– О, привет, Женя, хорошо, что приехала. Я собирался тебе звонить.

– Правда?! Появились новости?

– Конечно, только они не такие, как тебе бы хотелось! – Торжествуя, Илья поднялся со стула, достал из сейфа большой плотный конверт. – Вот! Пришел сегодня утром по почте! Полюбуйся!

Я достала пять фотографий и молча, аккуратно разложила их на столе. На снимках был изображен ночной клуб или дискотека. Полутемное помещение, мерцающие огни. На одном кадре видно часть барной стойки. Толпа танцующих людей. И среди них Мария и совсем рядом Роман.

Некоторое время я разглядывала фотографии. Потом, кажется, слегка скрипнула зубами.

– Кто это прислал?

– Анонимный источник! – Илья уже не пытался скрыть ликования. – Это все доказывает! Посмотри, ты только посмотри на дату! Это снято в ночь убийства девушки! И одежда на ней та же! Фотографии доказывают вину твоего клиента! Полностью!

– Полностью его вину могут доказать только снимки, где он душит девушку! Так что не впадай заранее в экстаз, будь добр.

– Но это не монтаж, видно невооруженным глазом. Парня снимают с разных ракурсов. Значит, он нам врал! Значит, рыльце точно в пушку! Теперь не отвертится твой подопечный! Расколю его на первом же допросе.

– Я могу на них присутствовать? – поинтересовалась я ласковым тоном.

– Это зачем еще? – сразу напрягся лейтенант. Похоже, тембр моего голоса его слегка испугал.

– Ну, собственно, незачем. Но если мой клиент сообщит, что вы используете различные методы воздействия или давления…

– Брось, Женя, сейчас не девяностые. Рукоприкладством никто не занимается. За кого ты нас держишь вообще?

– Бить Романа Полянского вы и не рискнули бы. Но рассказывать сказки мне тоже не надо! Все старые и новые методы физического или психологического воздействия знаю назубок, включая те, о которых ты и твои коллеги никогда не слышали.

– И в случае чего ты проведешь всеобуч с кем-то из нас в роли подопытного?

– Именно. Вижу, мы отлично друг друга поняли.

– Женя, но согласись, парень врал! Ты отлично владеешь собой, но, ручаюсь, что эти фото и для тебя новость! Значит, он врал всем!

– Если человек врет, это всегда означает, что он что-то скрывает. Но Роман подросток, они обычно находятся под огромным и постоянным давлением. Вполне закономерно, что он скрыл некоторые факты от тебя. Плохо, но объяснимо, что скрыл от меня. Но это не доказывает, что Роман виновен в убийстве.

– Парень скрыл, что общался с погибшей! Посмотри, вот на этом снимке отлично видно, они совсем рядом! Танцуют, как ни в чем не бывало!

– Насколько я помню протокол, вопрос звучал так: «Имел ли ты близкие отношения с погибшей девушкой?» Именно на этот вопрос Роман ответил: «Нет».

– По-моему, ты впадаешь в демагогию, к словам придираешься, и все от отчаяния.

– А ты так сильно хочешь обвинить Полянского, что не видишь разницы между «близкими отношениями» и «танцами в большой компании людей».

– Но с Романом нужно поговорить.

– Это без сомнения. Ты показал мне все фотографии или припас что-то интригующее на другой день?

– Все. А к чему этот выпад? Не совсем понимаю.

– К информации о веревке.

– Да, я просто еще не забрал отчет у экспертов! Поэтому бумаг в деле нет!

– Тогда ладно. А где вещи убитой девушки? Хотелось бы взглянуть.

– С бельем и телефоном работают наши спецы. А на тряпки глянь, если хочешь, я ничего не скрываю.

– Хорошо, спасибо. Кстати, ты собираешься показать фотографии экспертам?

– Зачем, скажи на милость? Все надеешься, что это монтаж?

– Нет. Снимки настоящие, здесь ты прав, это видно. Но пальчики неизвестного добровольного помощника надо снять.

– Зачем, Женька?

– Не верю я в бескорыстные порывы. Так что отдай экспертам, и конвертик тоже, кто знает, может, твой аноним беспечный товарищ?

– Надеюсь, ты не станешь настаивать на его поиске? Работы у меня и так невпроворот! Без твоих задач.

– Пока нет. Если у анонима есть свой интерес в этом деле, рано или поздно мы с ним пересечемся. Да, с твоего позволения, я пересниму на телефон крайнюю фотографию. Эту, где хорошо видны лица обоих подростков.

Осмотр вещей и сумочки с косметикой девушки подтвердил выводы, что я сделала, читая протокол. Мария следила за модой и своей внешностью. И к тому вечеру готовилась с особой тщательностью. Но для чего? Только для танцев в ночном клубе, или позже у Марии было назначено свидание?

* * *

Расспрашивать Романа о том, кто мог сделать те фото, как и о том, почему он мне соврал, на первых минутах встречи я не стала.

Вместо этого рассказала новости о взрыве, внимательно следя за реакцией. Подросток был удивлен, может, немного озабочен, что у матери неприятности, но не более того.

– Я общалась со многими твоими однокурсниками. Большинство ребят уверены в твоей невиновности.

– Значит, плохо дело, – скривился подросток, как от зубной боли.

– Почему? – искренне удивилась я.

– Постулат «Все решает большинство» в корне неверный. И, как показывает практика, погубил немало людей и развалил держав.

– Но итог любого голосования – это решение большинства, – осторожно возразила я, – эта формула используется по сей день во многих государствах.

– И это неправильно. Потому что большинство людей – идиоты. А умных, наоборот, катастрофически мало.

– Знаешь, я, конечно, наслышана о твоем гениальном интеллекте, – ядовито парировала я, – но пока не наблюдаю, что ты им регулярно пользуешься. Систематически делаешь ошибки, одна глупее другой! Так что гордиться тебе особо нечем пока.

– У меня пять побед на областных олимпиадах! И две по России! – возмущенно подпрыгнул на месте паренек.

– Тогда нашей все медали на куртку и носи, не снимая, может, поможет.

– Что ты имеешь в виду?

– Люди всегда будут судить тебя по поступкам! И то, что ты побеждал на олимпиадах, конечно, здорово, но кто будет об этом помнить. Лет через пять?