Барометр падает - Эдриан Маккинти

— Заверни ее в одеяло, иначе она простудится! — крикнула Рейчел Клэр.

— Сама заворачивай, — отозвалась Клэр.

— Я разговариваю с мистером Брантли. Сейчас же, юная леди! — прикрикнула Рейчел.

Клэр, недовольно охая и ахая, встала, прошла в спальню и вернулась с одеялом, в которое закутала сестру.

— Сложно, наверное, с ними, — пророкотал Эрик с корнишским акцентом, хотя Рейчел знала, что на самом деле Эрик из Ольстера, подражать корнишскому акценту он стал на флоте, да так и привык.

— Да нет, что вы, нисколько! — торопливо ответила Рейчел.

— Вы что-то говорили насчет обеда? — напомнил Эрик.

— Да, да! Вы можете прийти в пятницу?

— А что у вас на обед в пятницу?

— Ничего особенного, но если у меня будет два дня на подготовку, я приготовлю что-нибудь особенное. Могу сделать котлеты по-киевски. Вы любите курицу?

— Да мне все равно. А почему не сейчас? Что есть, то и ладно, — улыбнулся он и слегка качнулся в сторону Рейчел.

От него разило виски, а взгляд блуждал где-то за спиной Рейчел. Когда она обернулась, то увидела, что одеяло со Сью сползло.

— Нет, нет, ну что вы! Я же специально для вас буду готовить. Курицу, картошку — настоящую домашнюю еду… и яблочный пирог. Мистер Брантли, когда вы в последний раз ели домашний яблочный пирог?

— Давно… очень давно… — признался Эрик.

— Тогда до пятницы? В семь вечера вас устроит?

— А сейчас какой день?

— Вторник.

— Черт! Это же почти целая неделя… — Эрик моргнул — так медленно, что, пока он не открыл глаза, Рейчел показалось, он заснул — и ударил по ноге кулаком.

Рейчел от испуга отпрянула. Ростом Эрик не вышел, но у него были длинные, жилистые и сильные руки.

— Так, дорогая… присяду-ка я на минутку, — произнес он, неловко шагнул в комнату и, схватившись за спинку стула, восстановил равновесие.

— Знаете, я мог бы вскрыть письмо, оно же пришло в мой дом, — продолжил он и снова поглядел на девочек.

— Спасибо, что вы этого не сделали.

— Хорошая у вас семья, — медленно проговорил Эрик.

Рейчел подошла к холодильнику, вытащила пакет. Положила его на столик рядом с раковиной. Вернулась к Эрику, помогла ему выпрямиться, чтобы он выпустил спинку стула из рук. От прикосновения к нему ее пробрала дрожь. Он что-то пробормотал.

— Значит, мы договорились на пятницу? — Рейчел старалась быть как можно более спокойной.

— Не знаю…

— Я принесу вина или пива, хотите?

— О, пиво — это хорошо. — Эрик вытер нос рукавом куртки.

Рейчел решила, что Эрик не настолько пьян, как ей сначала показалось. Он выпил ровно столько, чтобы чуть-чуть расслабиться, потому неосторожно приоткрыл свою истинную сущность. Рейчел старалась припомнить: не видела ли она имя Эрика в вывешенных в библиотеке списках педофилов?

— Так до пятницы? — попыталась закончить его визит Рейчел.

— Что? А, да. Конечно.

Она сунула ему в руки банку пива, проводила до двери и осторожно выпроводила его под дождь:

— До свидания, доброй ночи! До встречи в пятницу!

— Угу, заметано, — пропыхтел Эрик.

Рейчел заперла дверь и, вздохнув с облегчением, положила пистолет обратно в холодильник.

Открыла конверт: письмо от отца и двести фунтов.

Это лишнее. Денег на жизнь хватает, вот только с «вольво» проблемы… Вспомнив о машине, она подбежала к двери: дождь сменился изморосью, ветер стих. Стало слышно, как волны океана с грохотом обрушиваются на берег.

— Мистер Брантли! Не подскажете, как зовут местного парня, который ремонтирует машины? — закричала она.

Эрик обернулся, смотрел на нее несколько секунд, пока до его сознания доходил вопрос, и наконец откликнулся:

— Риз Пайпер. Мы зовем его Буяном. Парнишка — мастер на все руки.

— Не могли бы вы попросить его, чтобы он завтра заехал посмотреть, что у меня с машиной?

— Попросите сами.

Рейчел знаками показала, что у нее нет телефона.

— А, понял! Ладно, если не забуду, позвоню.

— Пожалуйста, сделайте такое одолжение! И… вы точно будете в пятницу?

— Обязательно. Вечер пятницы — для меня в самый раз.

Она закрыла дверь домика, прислушалась к неровным шагам Эрика и выругалась.

Это хорошо, что ему в самый раз. Она выиграла семьдесят два часа, а уедет отсюда через сутки.

Рейчел дала девочкам хот-доги и уложила спать.

Уничтожила все квитанции, расписки и начала собирать сумки.

Спала хорошо.

Ее разбудило яркое солнце. Взглянув на безоблачное желтовато-синее небо, она позволила девочкам побегать по пляжу. Рядом с домиком начинались дюны и длинный пляж, абсолютно пустой, поскольку было ветрено, холодно и мокро.

— Следи за сестрой, — сказала Рейчел Клэр, а сама наблюдала за обеими, сидя на скамейке и листая «Вог», который прихватила в библиотеке.

— Привет, красотка, чем могу помочь?

Риз, высокий, светловолосый парень, тощий как скелет, произнес эту фразу с акцентом, характерным для жителей Слайго. Ему б с таким шикарным выговором в Лондоне барменом работать, публика бы от него тащилась. Ризу было семнадцать лет, обрастать жирком он начнет года через два. Одет в узкие старомодные джинсы, стоптанные кеды, просторную черную футболку.

— У меня машина сломалась, а мне завтра нужно съездить в Ферману. Посмотришь, что с ней?

— Легко! — ответил он.

Открыл капот, покопался в двигателе.

— Ну что? — спросила Рейчел.

— Думаю, с чего начинать.

— Все так плохо?

— Угу, — ответил Риз, ухмыляясь.

— А что нужно починить, чтобы мне хотя бы до Эннискиллена доехать?

Риз подумал с минуту, почесал подмышку и сообщил:

— Свечи и ремень.

— Сделай, пожалуйста!

— Если готова подождать, заскочу в гараж взять свечи.

— Я подожду.

Рейчел позвала детей, дала им по сандвичу с огурцом и сыром, леденцы и отправила обратно на пляж. Приближалась весна, и Рейчел было жаль уезжать из такого красивого места, напоминавшего о доме Ричарда. Дом, до которого было не так уж далеко, тоже стоял около пляжа…

Рейчел увидела на шоссе возвращающийся пикап Риза, вернулась в домик, зашла в ванную и посмотрела на себя в зеркало. Длинные рыжие волосы с осветленными прядями растрепаны, от ветра и солнца на лице выступили веснушки. Они почти слились на переносице, пересекая ее, подобно рубцу от зажившей раны. Но все же Рейчел была привлекательной женщиной. Она причесалась и переоделась в джинсовую рубашку. Несколько верхних пуговиц она намеренно не застегнула, чтобы чуть выглядывал черный бюстгальтер. Припудрила веснушки и наложила на веки тени, на тон темнее цвета глаз.