Прерванный полет - Марк Фурман

К условленному времени ничего определенного Лойко узнать не удалось. И на то были свои причины. Вечером у морского причала между рыбаками и пьяными отдыхающими случилась ссора, перешедшая в драку. В результате один из рыбаков был ранен ножом в живот. Преступник, молодой парень, приметы которого были известны, скрылся. Начальник уголовного розыска вместе с подчиненными провел бессонную ночь. К полудню Лойко лично задержал на одесском вокзале подозрительного человека, внешность которого совпадала с приметами преступника. Сейчас он допрашивал задержанного, пока ему было не до Тропникова.

Пришлось Виктору отложить свой отъезд еще на день. Надо было знать его, чтобы понять, чего стоило это решение. С одной стороны следователь Тропников обрадовался, что побудет у моря лишний денек, с другой — переживал, так как знал, что известий от него ждут с нетерпением товарищи в Москве. Он успокоил себя тем, что без основательной проверки Боченкова все равно не имеет права покинуть Ильичевск. А раз так, что потеть в гостиничном номере, лучше уж убить время в теплом ласковом море.

Виктор купался всю вторую половину дня до вечера, поплавал утром и, как сам с удовлетворением отметил, даже чуть-чуть похудел. Когда он появился в милиции, дежурный передал ему срочный пакет, доставленный из Москвы. В пакете были фотографии, созданные совместными усилиями Казаряна и симпатичной Марины из криминалистической лаборатории.

На два часа он вызвал в милицию заместителя директора судостроительного завода по снабжению Лаврентия Захаровича Гнатюка и Аллу Анатольевну Ставрати. О давней знакомой инженера Боченкова Виктору вчера по телефону сообщил Ларионов.

— Вы их вызвали в одно и то же время? — удивился заскочивший на миг осунувшийся и не выспавшийся Лойко.

— Психологическая атака, Костя. И поздравляю с раскрытием. — Тропников уже знал, что преступника, которого искали всю прошлую ночь, задержали. Он распахнул окно, откуда открывался живописный вид на порт и желтеющий вдали пляж. — Так он сознался?

— Почти. Пока его дожимает начальник райотдела, у меня есть время. Кстати, Виктор Сергеевич, ваши приглашенные друг на друга и не смотрят. Делают вид, будто не знакомы. Если что-то и знают, держат при себе.

— Возможно, — согласился Тропников. — Пусть немного подумают. Я понимаю, у вас свои заботы, но нет ли для меня каких-нибудь новостей, Константин Константинович?

— Отчего же. Я как раз с этим и пришел. — Лойко достал листок бумаги. — Вот все, что пока удалось узнать. Боченков Игорь Брониславович, родился в Одессе. Работал в Ильичевске на судоверфи механиком, одновременно учился. Закончил заочно строительный институт. Потом служил в армии, в Москве. После демобилизации женился и остался в столице. У нас бывает часто, несколько раз в год. Тут у него родители, много друзей, знакомых, но, похоже, приезжает из-за Ставрати. Не судим.

Лойко спешил, Виктор не стал его больше задерживать. В общем, начальник уголовного розыска повторил то, что он уже знал из разговора с Ларионовым. Он приоткрыл дверь и попросил войти Аллу Ставрати.

Сейчас вблизи он смог как следует рассмотреть особу, к которой инженер Боченков прилетел из Москвы на день рождения. Высокая, с тяжелым узлом волос и темными большими глазами, Алла Анатольевна действительно производила впечатление интересной женщины.

Пока Тропников, взяв у нее паспорт, заполнял бланк протокола, смуглые руки Ставрати разглаживали на коленях пестрое, в ярких цветах платье. Видно было, что Алла Анатольевна взволнована. Виктор представился, объяснив Ставрати вызов в милицию небольшой формальностью. Им известно, сказал он, что инженер Боченков, находясь на больничном, успел слетать в Ильичевск и вернуться обратно в столицу.

— Это вы его надоумили, Алла Анатольевна?

Она прижала руки к груди: — А что ему за это будет, товарищ следователь?

— Да вы не волнуйтесь, — успокоил ее Тропников. Его ошеломил неподдельный испуг за судьбу инженера этой красивой, уже не первой молодости женщины. — Мы проверяем правильность выдачи больничных листов на заводе, их обоснованность. Зашли к Игорю Брониславовичу домой, а его нет — улетел в Одессу. Согласитесь, если все так будут поступать, есть ли смысл государству оплачивать больничные?