Гений на мушке - Марина Серова

– Всё так. Человеку определённого склада, а в снайперы другие не попадают, и правильно тренированному легко удаётся часами не двигаться, отказываться от еды и воды, если в этом есть такая необходимость. А вот курильщику, как выяснилось, отказаться от сигарет весьма сложно. Поэтому, если обстоятельства допускают, снайперы в засаде курить себе позволяют. Правда, обычно они за собой тщательно убирают все возможные следы, включая окурки.

– Но почему же тогда?..

– Или слишком торопились, или… – договорить я не успела, в комнату вошёл Василий, который только что поднялся к нам, представился и мыл руки в ванной.

– Или они вовсе не такие уж и профессионалы, – закончил капитан мою мысль вместо меня. – Там криминалист в коридоре топчется. Ему нужно вытащить пулю из вашей стены, покажите, где отверстие.

Я приветливо кивнула парню с чемоданчиком, указала на выбоину, дождалась, когда криминалист закончит, передала с ним сладкий чай и бутерброды для бригады, проводила, закрыла дверь. Быстро закончила накрывать на стол и предложила всем оставшимся наскоро перекусить. И только потом решила обсудить некоторые детали.

– Как там дела у вас?

– Ребята уже сворачивались, когда я уходил, так что теперь, полагаю, и отбыли. Я зашёл взять показания, поговорить, да и шеф потом велел отзвониться.

– Тогда давайте перекусим.

– Да! – горячо поддержал Георгий. – Странно, но я голоден словно волк, – возбуждённым тоном прокомментировал он, накладывая еду на свою тарелку.

– Ничего странного. Некоторые люди от шока теряют аппетит, а другие наоборот. Всё строго индивидуально.

Мы расселись за столом, принялись активно поглощать пищу, при этом продолжили болтать.

– Честно говоря, всё произошло так быстро, что я не только не успел ничего понять, испугаться толком и то не успел.

– Это нормально. – Василий откусил кусок бутерброда и запил большим глотком чая.

– Но потом я думал, когда ждал Женю. И не совсем понял, снайпер стрелял сквозь двойной стеклопакет, а разве это не должно было сместить траекторию пули? Или такой фактор берётся в расчёт как одна из переменных?

– На крыше работала снайперская пара, – с деловым видом пояснил капитан.

– Чего?

– В том случае, когда нужно пулей разбивать стекло, снайпер стреляет два раза подряд. Первая пуля для стекла, вторая входит в образовавшееся отверстие и предназначена для объекта. Но сделать два выстрела нужно быстро, один за другим, причём второй иногда с поправкой на возможное движение цели. Это не всегда удобно. Поэтому, если имеются два снайпера, они обычно работают в паре. Первый бьёт стекло, второй метит в объект сквозь образовавшееся отверстие. Они стреляли практически одновременно. И это техника профессионалов. А окурки убрать они просто не успели.

– Женя, ты сразу поняла, что работает пара? Но как?

– Я заметила блик оптики, а потом, почти сразу же, точку, что образует лазерный целеуказатель. Они были на разных траекториях и сходились в одной точке – на своей цели, то есть на тебе, Георгий. Так что я сложила два и два и сделала простой логический вывод.

– Но с того момента, как я неосторожно отдёрнул шторы, и до того, как ты меня на пол повалила, прошли считаные секунды.

– К счастью, человеческий мозг в стрессовой ситуации работает очень быстро, особенно у профессионалов. Иногда даже может казаться, что время замедляет свой бег. Но это не «глюк», а субъективные ощущения, которые возникают на выбросе адреналина, когда работа мозга ускоряется буквально в несколько раз.

– Здорово! – восхитился паренёк.

– Кстати, почему они удрали, не стали предпринимать попытки ещё пострелять? – деловито уточнил Василий.

– Поняли, что обнаружены, лишились эффекта внезапности. И потом, ты же видишь, у Георгия все окна задёрнуты плотными шторами. Цель исчезла, и куда спряталась, неизвестно. Куда им стрелять было? Непонятно. Остаётся только убираться, пока шум не подняли.

– Это они тебя испугались, – порадовался парнишка, энергично пережёвывая салат. – В прошлый раз ты действовала как настоящий профи и сегодня поразила всех своей реакцией. Они понимали, что ты и потом медлить не станешь. Вот и поторопились ретироваться.

– Так, что это ещё за «прошлый раз»?! – насторожился Василий. – Смотрю, у вас тут своя длинная история. Я должен знать что-то ещё?

Мы с подопечным коротко переглянулись.

– Пожалуй, пока нет, – быстро ответила я.

Потом мы все немного помолчали. По обескураженному лицу Георгия было видно, что он корит себя за несдержанность.

А судя по лицу капитана, он что-то напряжённо обдумывал. И наконец сказал:

– Женя, я не стану вмешиваться, если ты просто скажешь, что в том нет особой нужды. Просто поверю на слово. Только смотри, чтобы потом всё обошлось без неприятных сюрпризов. У меня, в конце концов, начальство имеется.

– А я сама по себе, – с понимающей улыбкой кивнула, – не переживай, Васенька, всё будет нормально. Мы с полковником Петровым эту ситуацию обсудим отдельно. А сейчас… – Но продолжить свою мысль я так и не успела.

– Да, Жень, что мы делаем сейчас, если не заводим дело?

– Собираем доказательства. Возможно, ищем преступников по полицейским базам, если повезёт и будет с чем сравнивать. Пока больше ничего. И тебе не стоит особо переживать, знаешь же, что я всегда стараюсь действовать в рамках закона.

– Да, конечно, Жень.

Мои слова совершенно успокоили капитана Муромцева. Он привык доверять мне практически безоговорочно. Но я слишком хорошо понимала, что, в отличие от меня, мой нынешний подопечный идёт к цели разными путями, и не все из них можно назвать законными. Это если не придираться и не брать в расчёт историю со взломом базы данных одной серьёзной организации. Ведь подобный эксперимент можно классифицировать как злостное хулиганство, только если сильно повезёт и получится доказать, что мой подопечный не имел злого умысла и не зарился на секретную информацию. В противном случае подобные действия вполне «тянут» на шпионаж. И если уж на то пошло, может статься, хакера «не так поняли» и смогли-таки вычислить. Тогда вполне могли принять меры по его устранению. Хотя я начала бы с попытки перевербовки, потому как такими ценными специалистами дальновидные люди не должны разбрасываться. А на связь с Георгием никто пока не выходил. Может, это такой способ давления? Нет, не похоже. Что-то слишком круто для обычного устрашения. Ведь не вмешайся я вовремя, парнишка и в первом, и во втором случае уже был бы мёртв. Но разбираться с этим пунктом придётся. И справки нужно навести, причём в самое ближайшее время. Вдруг парнишка что-то мне недоговаривает? Или сам не знает, что сильно наследил и влез на минное поле? Но тогда, выходит, что и полковника Петрова с его командой подключать небезопасно. Ведь совершенно непонятно, как именно всё может обернуться. А я действительно не хочу навлекать на близких людей неприятности.