Канарейка в клетке - Анна Вонг

А я ведь уже и не надеялась надеть его еще раз.

Мысль о предстоящей поездке грела душу, я представляла, как прогуляюсь по оживленным улицам, любуясь архитектурой, встречу людей, обычных, прохожих, и буду улыбаться им как дурочка.

Быстро причесала волосы, нанесла легкий макияж и осталась довольна своим отражением в зеркале.

Мы выехали в сопровождении двух машин, Лука запретил открывать окно в целях безопасности, поэтому мне приходилось разглядывать город из-за стекла.

Вскоре водитель припарковал автомобиль у начала улочки, и мы вышли на палящее летнее солнце Неаполя.

Оставив охрану у машин, направились вниз по Спакканаполи. У меня захватывало дух от того, что я видела: десятки сувенирных лавок и магазинчиков, пестрые вывески ресторанов и маленьких, уютных кофеен. Ароматы свежей выпечки приятно щекотали нос, вереницы спешащих прохожих не вызывали дискомфорт, наоборот, мне хотелось заглянуть в их лица, удостоверится, что они настоящие, живые, убедиться в том, что это не плод моего больного воображения, а действительность.

— Что бы ты хотела съесть?

— Не знаю, купи мне то, что любишь кушать сам — улыбнулась я в ответ. — Только есть одна просьба, давай не будем кушать в кафе, возьмем еду с собой и поедим в каком-нибудь красивом месте. Мне так хочется запомнить всю эту красоту, а после, я попробую ее нарисовать.

— Хорошо, тогда присядь на террасе, а я подойду к бариста и сделаю заказ.

Я любовалась спиной Луки, да нет, откровенно пялилась, без всякого стеснения на его широкие плечи и сильные руки. Одетый в простую белую футболку и черные джинсы, он выглядел обычным человеком.

— Сейчас ты молча поднимешься и пойдешь со мной, поняла меня? — злой шепот раздался у самого моего уха.

Хотелось крикнуть, привлекая внимание Луки, но я почувствовала, как к моему животу приставили холодный металл.

Я поднялась с кресла и, не отрывая взгляда от Луки, я так надеялась, что он повернется, но мужчина был занят разговором с бариста. Слезы текли по щекам от осознания того, что я попала в руки еще одного монстра, потому что этот вряд ли будет со мной церемонится.

Лука обернулся, но было поздно, он искал меня глазами, а когда мы встретились взглядами, он бросился за мной, но был тут же перехвачен двумя амбалами. Те заломили ему руки, и повели следом за мной, ныряя в узкие безлюдные переулки.

Лука сопротивлялся, но получив несколько раз битой по голове, безвольно повис на плечах бандитов.

Я не рыдала, только изредка стонала, вытирая слезы. Каждый день как на пороховой бочке, каждая минута — в страхе, моя жизнь — один сплошной комок нервов, и он уже заканчивается, сил больше не осталось. Порочный, идиотский круг.

Меня толкнули внутрь какой-то забегаловки и я, не удержавшись на ногах, упала на пол, ударившись коленкой. Из рассеченной кожи тут же побежала алая струйка крови, но я не чувствовала боли, мои мысли были заняты одним, тем, кого вели следом за мной.

— Здравствуй, Карина — услышала я знакомый, женский голос и обернулась.

— Джемма?! Какого черта? Что ты творишь?

Страх отступил, его место постепенно занимала злость и накатывающая волнами агрессия, я была готова разорвать эту надменную стерву собственными руками. Пусть только подойдет ближе.

— Я знаю, кто ты, но не могу понять, зачем ты здесь. Карина Шаркова. Из таких девушек шлюх не делают — задумчиво произнесла Джемма, отстукивая шпилькой по полу.

— Я.НЕ.ШЛЮХА!

— Да поняла я, поняла. Но знаешь, это даже хуже. От шлюхи гораздо проще избавиться, сбросил тело в реку и все. Чтобы избавиться от тебя мне пришлось придумать план. Я отвалила за него кучу бабок, и готовлюсь слушать тысячи слов благодарности — хохотнула Джемма.

— О чем ты говоришь? — я уставилась на нее в недоумении.

— Я отправляю тебя домой, Карина.

Девушка бросила на пол к моим ногам сумку, из которой выпал паспорт моей страны и билет на самолет, в один конец.

Дрожащими руками я схватила документ, открыла страницу с фотографией и ахнула. Мое фото, но не мое имя, абсолютно чистый и новый документ.

— Это твой билет на свободу, Карина. Бери и исчезни. Армандо — мой, я не позволю забрать его, никому! Я знаю, ты здесь не по своей воле, вот тебе шанс, думаю, единственный, чтобы выбраться отсюда, уехать домой и жить счастливой жизнью. Никогда больше не вспоминая ни об этом городе, ни об Армандо.

Я посмотрела на Луку, который уже успел прийти в себя, и увидела в его взгляде нежность, его губы дрогнули в подобии легкой улыбки, он едва кивнул, намекая, что одобряет такой исход событий.

Сердце разрывалось от боли, душа стонала от предстоящего, тяжелого выбора. Она металась, словно раненый зверь, в поисках выхода из ловушки.

— Я теряю терпение, Карина. Собирайся и проваливай. Боишься, что капо станет тебя преследовать? Сейчас все решим.

Джемма махнула рукой одному из головорезов и тот принялся избивать Луку, пока тот снова не отключился.

— Путь свободен, Карина. Он уже не сможет последовать за тобой. В сумке лежит немного налички и телефон, на всякий случай. До аэропорта возьмешь такси. Вперед, Шаркова, лети и никогда не возвращайся.

Глава 20

Карина

Трясущимися руками я подняла с пола сумку и, стараясь не смотреть на Джемму, пошла к выходу.

Я хотела быть рядом с Лукой, хотела обнять его разбитую голову руками, хотела защитить его от всего мира, но не могла даже просто попрощаться.

Никто не знает о нас, и никто не узнает. Под ногами хрустели осколки стаканов, а мне казалось, что я иду по руинам собственного счастья.

Пожалуйста, Лука, живи. Подними голову, сделай глубокий вдох грудью и открой глаза. Прекрасные, зеленые глаза, в которых я смогу увидеть твою душу, и я покажу тебе свою, глазами скажу то, что так боятся произнести губы. Умоляю, Лука, подари мне соломинку, за которую так отчаянно надеется ухватиться мое сердце.

Ответом мне была тишина — вечная спутница отчаяния. Я вышла из помещения и медленно побрела по улице, плакать уже не было сил. С каждым моим шагом я оставляла в этой богом забытой забегаловке частицу своей души, разум рвался домой, а сердце отчаянно желало остаться.

Вот она, свобода, о которой ты так долго мечтала. Все очень просто, так ведь Карина?

Такси, аэропорт, самолет и дом. Конечно, придется пройти десятки сеансов с психологом, восстанавливая, заново собирая воедино расшатанное сознание, кричать по ночам, просыпаясь от преследующих кошмаров и воспоминаний о заточении. Я буду вздрагивать от каждого шороха,