Два сапога не пара - Джанет Иванович

Я была на ногах с оружием в руках, но никак не могла определиться с направлением. Можно позвонить копам, выпрыгнуть в окно, или выскочить и застрелить сукина сына у двери. К счастью, выбор отпал сам собой, потому что я узнала голос, сыпавший проклятиями в прихожей. Голос Морелли.

Я посмотрела на часы у кровати. Восемь. Проспала. Такое случается, когда не смыкаешь глаз до рассвета. Я сунула ноги в « мартенсы» и зашаркала в прихожую, где осколки стекла усеяли примерно фута четыре пола. Морелли вытаскивал цепочку из засова и стоял в проходе, обозревая беспорядок.

Он поднял глаза и бегло окинул меня взглядом.

– Ты что, спишь в этих ботинках?

Я послала ему злобный взгляд и пошла на кухню за веником и совком. Потом вручила ему веник, положила на пол совок и, похрустывая по пути стеклом, вернулась в спальню. Там сменила ночную одежду на тренировочный костюм и чуть громко не завопила, поймав в овальном зеркале на комоде свое отражение. Никакого макияжа, мешки под глазами, волосы во все стороны. Я не была уверена, поможет ли тут расческа, поэтому прихлопнула их кепкой с «Рейнжерами».

Когда я вернулась в прихожую, то стекло было убрано, а Морелли на кухне готовил кофе.

- Тебе когда-нибудь приходило в голову постучать?

- Я стучал. Ты не ответила.

- Надо было стучать громче.

- И разбудить мистера Уолески?

Я сунула нос в холодильник и вытащила остатки недоеденного торта, потом поделила их. Половину себе, половину Морелли. Мы стояли у кухонной стойки и поедали торт в ожидании кофе.

- Что-то у тебя все кувырком, милашка, - заметил Морелли. – Машину украли, в квартире устроили разгром, и кто-то пытался прикончить твоего хомяка. Может, тебе стоит отступить.

- Ты беспокоишься обо мне.

- Ага.

Мы оба потоптались на месте.

- Неловко как-то,- сказала я.

- Расскажи мне об этом.

- Слышал что-нибудь о моем джипе?

- Нет. - Он вытащил пачку бумаг из внутреннего кармана куртки. – Это заявление о краже. Просмотри и подпиши.

Я быстро пробежала глазами листок, поставила внизу подпись и вернула Морелли.

– Спасибо. Я ценю твою помощь.

Морелли засунул бумаги в карман.

– Мне нужно обратно в центр. Какие у тебя планы на день?

- Починить дверь.

- Ты собираешься подать заявление о взломе и вандализме?

- Сделаю ремонт и притворюсь, что ничего не случилось.

Морелли согласился с этим и уставился на свои ботинки, не сделав ни одной попытки удалиться.

- Что-то не так? – спросила я.

- Много чего. – Он вздохнул. – Насчет этого случая, над которым я работаю…

- Большой сверхсекрет?

- Да.

- Если ты мне расскажешь, я ни одной душе не скажу. Клянусь!

- Верно, - произнес Морелли. – Только Мэри Лу.

- Почему это я скажу Мэри Лу?

- Мэри Лу твоя лучшая подруга. Женщины всегда все разбалтывают своим лучшим подружкам.

Я шлепнула себя по лбу.

– Нет. Это глупо и звучит сексистски.

- Так подай на меня в суд, - предложил Морелли.

- Ты собираешься мне рассказать или как?

- Только об этом молчок.

- Заметано.

Морелли колебался. Понятно, очутился коп между молотом и наковальней. Еще раз вздохнул.

– Если об этом узнают…

- Да, нет же!

- Три месяца назад в Филадельфии был убит коп. На нем был бронежилет, но у него оказалась пара проникающих ранений в грудную клетку. Одна пуля попала в левое легкое, другая в сердце.

- Копо-убийцы.

- Точно. Запрещенные бронебойные пули. Два месяца назад в Ньюарке произошла настоящая результативная стрельба из проезжающей машины, выбор оружия – противотанковое ружье. Армейского образца. Стрельба значительно снизила популяцию банды Больших Собак Шерман Стрит и превратила новый «форд бронко» Большой Собаки Лайонела Симмса в волшебную пыль. По восстановленной обшивке снаряда проследили до Форта Брэддока. Там провели инвентаризацию и обнаружили пропажу военного имущества.

Когда мы взяли Кенни под опеку, то прогнали его оружие через полицейскую базу, и что ты думаешь?

- Оно пришло из Брэддока.

- Точно.

Превосходный секрет. Это делало жизнь намного интереснее.

– А что Кенни сказал насчет оружия, которое в полицейском розыске?

- Сказал, что купил на улице. Сообщил, что продавца по имени не знает, но будет с нами сотрудничать, чтобы попытаться его идентифицировать.