Дельта-фактор - Микки Спиллейн

— Я беру это за правило, когда меня кто-то интересует.

— Тогда тебе не следует обращать на него внимания. Руссо Сабин... просто свинья. Животное. — В глазах ее мелькнул ледяной холод. — Его трудно обескуражить. Невозможно. Он из тех, кто... — Тут она остановилась.

— Кто — что?

— Ничего, — сказала Лиза.

Я протянул ей свой бокал, чтобы она снова наполнила его. Она поняла, что я рассматриваю ее, поэтому подняла глаза и иронично улыбнулась:

— Ты, наверное, уже все знаешь обо мне.

— Только в самых общих чертах. Я все еще заинтересован.

— Почему?

— Потому что Сабин наверняка приготовил кое-что и для меня.

Лиза снова поставила бутылку в лед и присела на подлокотник кресла, лениво покачивая очаровательной ногой и не замечая, что с каждым движением все больше и больше приоткрываются ее стройные бедра.

— Ты странный человек, Морган. Я не совсем понимаю, в чем дело, но ты не тот, за кого себя выдаешь.

— Пусть это тебя не беспокоит.

— Я и не беспокоюсь. Может, это мне на руку. За последнее время ты единственный, кто был мне полезен.

— Я и моя счастливая рука, — ухмыльнулся я.

— Это позволит мне убраться из этого чертова места. — Резкий тон придал остроту ее словам. — Так как ты, без сомнения, наслышан о моем прошлом, может, ты действительно заинтересован и моим настоящим положением.

— И очень сильно, поскольку тут замешан Сабин.

Лиза встала, прошла к дивану и опять села, скрестив ноги и по-прежнему демонстрируя полное пренебрежение к порядку в одежде.

— Я приехала сюда как туристка, — начала она. — На самом деле мне пришлось исчезнуть в силу некоторых обстоятельств... так как правительство собиралось предпринять против меня кое-какие действия юридического характера. Они очень хотели вернуть меня, чтобы устроить публичный скандал, опорочив тем самым оппозиционную партию. Здесь, по крайней мере на время, я была в безопасности. Я надеялась найти... гм... спонсора, который помог бы мне добраться до Южной Америки, но допустила ошибку, обратив на себя внимание сеньора Сабина. Он позаботился о том, чтобы никакой спонсор и близко не подошел ко мне. — Она отпила глоток и передернула плечами. — Поэтому, чтобы осуществить свои планы, мне оставалось только надеяться на удачу за игорным столом.

— И ты не смогла выиграть, — вставил я.

— Да. Удача всегда была на стороне сеньора Сабина. Он выжидал, зная, что я очень скоро потрачу все деньги. Его попытки добиться меня становились все настойчивее. Он прекрасно понимал: чтобы выжить, рано или поздно мне придется капитулировать.

— И тут подвернулся я.

— Совершенно точно.

Я придвинул ногой стул к ней поближе и уселся на него.

— Куча денег, которую ты выиграла сегодня, поможет тебе смыться, детка.

Она мрачно улыбнулась:

— Нет, боюсь, что нет. Видишь ли, когда я доберусь до цели моего путешествия, там окажутся определенные влиятельные партии, которым придется... заплатить. На это потребуется гораздо больше денег. Еще около пятидесяти тысяч долларов.

— Как долго может продолжаться полоса везения?

Она отставила бокал и откинулась на спинку дивана, глядя на меня сонными глазами.

— Я очень тебе доверяю, Морган. Ты для меня большая удача.

— Тогда, может, ты поможешь мне растянуть ее?

— Только попроси.

— Вряд ли тебе это понравится. Подыграй немного Сабину. Он выследил меня с тобой. Узнай, есть ли у него что-нибудь на меня и что ему действительно нужно.

— Он способен причинить тебе кое-какие неприятности.

— Об этом я позабочусь позже. А сейчас мне необходимо произвести благоприятное впечатление на этого парня.

Лиза нахмурилась, размышляя:

— Но если он решит, что ты заинтересован во мне... или я в тебе... тогда найдет способ заставить тебя уехать, и моя полоса везения закончится.

— Не надо так думать, детка. Есть и еще кое-что помимо столов, где играют в креп.

Несколько секунд она раздумывала. Затем протянула изящную руку и сказала:

— Иди сюда, Морган.

Я встал, подошел к дивану и наклонился к ней.

Лиза покачала головой — медленно и решительно.

— Подожди.

Я смотрел, как она поднимается, развязывая поясок, удерживавший ее пеньюар; тот распахнулся, повинуясь движению рук, и упал к ее ногам. Она была обнажена и прекрасна, податливая, словно молодое деревце, с изящно отточенными переходами от высоких полных грудей к плоскому животу.

Мои пальцы мягко проследовали по плавным изгибам ее тела, но лишь один раз. Все случилось так быстро, что я даже не успел понять, насколько она была возбуждена, потому что дальше этого дело не пошло.

За моей спиной раздался крик:

— Черт бы тебя побрал! — и Ким бросилась через всю комнату к Лизе, как кошка, выпущенная из мешка; мне пришлось схватить ее за руки и прижать к себе так крепко, чтобы она не могла шевельнуться. Ким была слишком взбудоражена, чтобы говорить, и только шипела сквозь зубы.

Лиза не сдвинулась с места. Она с усмешкой наблюдала за происходящим, затем метнула на меня взгляд:

— Я думаю, тебе лучше увести свою жену, Морган. Я не могу винить ее за то, что она так рассвирепела. Но тебе не стоит запирать ее в туалете, она, кажется, разбирается в замках.

— Она в этом эксперт, — сказал я.

* * *

Я смотрел, как она гордо прошла через комнату, потирая запястья там, где я слишком сильно сжал их, налила себе выпить, после чего сухо бросил:

— О'кей, Ким. И зачем тебе понадобилось так себя вести?

Она стремительно развернулась с белым от гнева лицом:

— Мы здесь не для того, чтобы играть в игры, ты, идиот!

— Как ты узнала, во что я играю?

— А как ты называешь это, Морган? Стоя там с этой голозадой проституткой, которая совсем запудрила тебе мозги и была готова положить на обе лопатки? Да, это все, что нам нужно... все, что нам нужно, — завалить эту шлюху. Мы слишком хорошо думали о тебе, предполагая, что в твоей голове больше здравого смысла... По крайней мере, ты мог бы найти кого-нибудь получше, чем эту... эту задницу!

— Кого ты предлагаешь? — равнодушно спросил я.

Обе ее руки сжались в кулаки, грудь бурно вздымалась. Она не слышала, что я говорил.

— Ни за какие сокровища...

— Ты могла бы постучать, детка. Совсем не обязательно было сбивать замок. Ты представляла зрелище гораздо более занимательное, нежели я.