Кофе с мышьяком - Александра Столярова

– Здравствуйте. Рада вас видеть, – сказала я и улыбнулась, чтобы разрядить обстановку. Не помогло. Волкодав нервно хрустнул пальцами и огляделся: как видно, в подобных местах он бывал нечасто. Еще бы, ему больше подходили пивные бары, где мужики обсуждают свои чисто мужские проблемы, ругают жен, футбол и начальство и при этом дымят как паровозы.

– Закажете что-нибудь? – предложила я. – Здесь варят превосходный кофе по-восточному. И пирожные подают отличные.

– Нет, спасибо. Я ненадолго.

– Да и я не собираюсь сидеть тут до скончания века. Но так мы не будем привлекать к себе внимания. На нас и так уже поглядывают.

Никто и не думал поглядывать, но уж очень не хотелось мне вести всухую серьезные разговоры с этим трехдверным шкафом в кожанке. Он возвышался над столиком как глыба, весь напряженный и настороженный, и было ясно: ему хочется в темпе вальса все обсудить и слинять отсюда в привычную обстановку.

Я подняла голову, высматривая официанта; тот поймал мой взгляд и через секунду стоял рядом с блокнотиком на изготовку.

– Что желаете?

– Мне, пожалуйста, кофе по-восточному и тирамису. А молодой человек будет...

И я вопросительно посмотрела на Волкодава. Тот молчал, насупив брови.

– Ему блинчики с красной рыбой, – велела я.

Официант кивнул и испарился.

– Ну что вы дурака валяете? – сердито спросила я. – Расслабьтесь, а то сидите как натянутая струна!

– У меня мало времени. Давайте поговорим.

– Отлично! Ничего на свете я не желаю так, как поговорить с вами. Расскажите мне про Ким.

Волкодав снова захрустел суставами – ненавижу, ненавижу эту привычку! – и неохотно вытянул из кармана помятую пачку сигарет. Ну пусть покурит, может, ему полегчает!

– Вчера я рассказала вам о своих поисках мужа. И сразу признаюсь: без вашей информации мне не обойтись. Вы тоже разыскиваете Ким, что-то о ней знаете, а я – совершенно ничего. Они пропали одновременно, понимаете, а я совершенно застряла.

– Да, я ее ищу, – вымолвил Волкодав все так же неохотно, как будто под дулом пистолета.

– Прекрасно. Давайте совместим наши знания, может, что и прояснится. А я охотно поделюсь с вами тем, что удалось раскопать, но только после вас.

В лице у Волкодава что-то прояснилось, он затянулся и деликатно выдохнул дым куда-то в сторону.

– Вам и правда удалось что-то выяснить?

– Ну да, я вчера не все рассказала. Просто не знала, можно ли вам доверять. Так что если вы мне расскажете, кто такая Ким и зачем она вам нужна...

– Она моя девушка, – буркнул Волкодав. – Была.

Вот это новость! Непостоянная натура эта Ким и чрезвычайно любит разнообразие. То железобетонный парень с пудовыми кулаками, то болезненный Тетерин с чрезвычайно тонкой душевной организацией, теперь вот и преуспевающий художник Архипов. Кажется, она любит контрасты. А у Волкодава после этого признания сразу испортилось настроение: он поник и пригорюнился.

– Так, ваша девушка, отлично! – Я уже поняла, что каждое слово из него нужно вытягивать клещами, непрестанно щебеча и заговаривая зубы. – Но ведь у нее, кажется, есть муж?

– Сожитель! – уточнил Волкодав сурово. – Никакой он не муж и никогда им не будет.

И снова замолчал. Я в отчаянии уставилась на него, прикидывая: то ли шарахнуть его пепельницей по голове, то ли наступить под столом на ногу, чтобы быстрее соображал. Пауза затягивалась. Наконец он сказал:

– Мы с Ким расстались год назад. Она ушла. К этому плешивому бизнесменчику.

– Вы ее... любите? – осторожно спросила я.

– Это не ваше дело!

– Конечно, не мое. Извините.

– Я не смирился и пытался ее вернуть. Ездил к ее дому, наблюдал. Вдруг этот хмырь ее обижает...

Я уже начала привыкать к неизбежным паузам: Волкодав произносил фразу, потом замолкал, погружаясь в черную меланхолию, потом снова оживал – ненадолго. Говорил он медленно и угрюмо, как будто преодолевая внутреннее сопротивление. Во время очередной паузы нам принесли заказ, и я втайне понадеялась, что вкуснейшие блины с красной рыбой сделают моего собеседника более благодушным.

– А Ким?

– Она ничего не знала.

– Тетерин ее и правда обижал?

– Он ревновал и устраивал ей сцены.

– Ясно... Теперь вы узнали, что она исчезла, и начали поиски? А откуда, кстати, вам стало известно про ее исчезновение?

– Я не видел ее несколько дней и забеспокоился.

– Несколько дней? – ужаснулась я. – Вы что же, каждый день подкарауливали ее возле дома?!

Волкодав промолчал, отчего сразу стало ясно: да, каждый день караулил, не жалея времени. Вот ужас-то! Может, Ким именно от него и сбежала? Надоели ей эти проявления любви и внимания... Но тогда каким боком тут убийство Рудакова?

– Знаете, я пока еще ничего толком не поняла, – осторожно сказала я. – Расскажите поподробнее, а? Иначе мы до утра здесь просидим.

Такая перспектива самого Волкодава тоже не радовала, а может, и гениальные блины оказали свое целебное действие, но он стал чуть более разговорчивым и начал излагать вполне связно.

Уход Ким оказался для него полной неожиданностью. Просто в один прекрасный день она собрала свои немногочисленные вещички и ушла, не сказав ни слова. Волкодав понятия не имел, где и как она познакомилась с Тетериным: Ким была человеком замкнутым, молчаливым, все держала в себе и в душу никого не пускала.

Целую неделю парень тосковал, отсиживался дома и все пытался понять, что же он сделал не так. Ведь Ким он обожал, сдувал с нее пылинки и не позволял себе не то что обидеть ее – слова худого в жизни не сказал! И когда он готов был от отчаяния биться головой о стену, вдруг явилась Ким. Веселая, свежая, красивая как никогда. Волкодав просиял, кинулся обниматься, но та мягко отстранила его, забрала оставшиеся вещи и исчезла за дверью.

Волкодав метнулся на балкон и увидел новенькую «БМВ», стоящую возле подъезда. Из машины выкатился лысоватый толстяк, загрузил в багажник чемодан; бережно, словно драгоценность, усадил Ким на пассажирское место и уехал. Глаза у Волкодава вылезли на лоб, что не помешало ему запомнить номер машины. Потом он поехал на Митинский радиорынок, купил пиратскую базу данных ГИБДД и в два счета выяснил, что машина принадлежит Тетерину Игорю Витольдовичу.

Будь на месте Ким любая другая женщина, Волкодав не стал бы суетиться. Ушла – и ладно, скатертью дорога! Но Ким была ему дорога, и он стал действовать. Пришлось уволиться из банка, где он служил охранником, и найти новую работу. В банке рабочий день был с десяти до семи, а день ему нужен был, чтобы наблюдать за Ким. Устроился ночным охранником в зал игровых автоматов и каждую свободную копейку тратил не на себя, а на свою детективную деятельность. Хронический недосып стал его постоянным спутником.