Власть Варяга - Евгений Сухов

Герасим Полозов широко улыбнулся:

— Вполне.

— Вот и отлично!

— К тебе должны зайти из милиции по поводу случившегося около ресторана.

— Все потом, — ответил Ростовский, уже стоя в дверях.

* * *

Вернувшись домой, Илья застал Анну за мытьем посуды. На ней был красный халат с какими-то замысловатыми узорами. Его купила Юлия, что хозяйничала у него до появления Анны. С кареглазой Юлькой он прожил почти полгода, срок для него сравнимый разве что с золотой свадьбой. Отыскав халат в шкафу, Аня надела его безо всякой брезгливости, даже не поинтересовавшись, кому он принадлежал прежде. Такова была ее сущность. Смотрелась Анна в нем довольно сексуально, создавалось впечатление, что стоит ей только распахнуть полы, и она будет готова для любви.

Но Илью не покидало раздражение: интересно, а если бы где-нибудь за кроватью отыскались женские трусы, то она и их напялила бы на себя, даже не поинтересовавшись, кому они до этого принадлежали?

Анна деловито гремела посудой, громко лилась вода. В общем-то, все обычно, женщина занимается домашним хозяйством. Осторожно ступая, Ростовский приблизился к ней вплотную. Напор воды продолжал бить в подставленную сковороду, разбиваясь на крохотные брызги. Анна была увлечена, и, судя по тому, как она мыла посуду, чувствовалось, что в данный момент это было для нее самым важным делом.

Ростовский улыбнулся, подумав о том, что наверняка именно так, по мнению Герасима, и должна выглядеть идеальная жена — у плиты в коротком халатике и в тапочках на босу ногу.

Илья взял девушку за талию и притянул к себе.

— Ой, ты меня напугал! — вскрикнула девушка, повернув к Ростовскому счастливое лицо.

— Какая же ты теплая, — руки Ильи беззастенчиво полезли под ее халат, распахнув его.

Под ним только голое тело.

Анна вяло вырывалась:

— Я не только теплая, но еще и мокрая.

— Так даже лучше. Представь, что это всего лишь дождинки, которые падают тебе на лицо.

— Ты романтик! — восторженно протянула Анна.

— О да! — отозвался Илья. — Причем совершенно неисправимый.

— Ну пусти же! — В этот раз Анна была не столь категорична, скорее для приличия. Некие обязательные правила игры между мужчиной и женщиной.

— Вот сюда, — показал Илья на кухонный стол.

Халатик к черту! Расстегнув последнюю пуговицу, он яростно швырнул его на пол.

— Мне холодно, — негромко пожаловалась Анна, прижавшись к нему плотнее.

Тело у Анны было крепкое, упругое. Прижавшись, она задышала в самое ухо, легонько щекоча мочку уха. Упругая грудь, еще не познавшая прелести материнства, была тяжела и высоко вздымалась при каждом вздохе.

— Это пройдет, — успокоил Илья, расстегнув ремень.

Приспустив штаны, Ростовский поднял Анну на руки.

— Тебе будет тяжело, — виновато произнесла девушка.

— Своя ноша не тянет, — улыбаясь, заметил Ростовский.

Анна ногами обвила его бедра, а руками крепко обхватила шею. Илья осознал, что столь прекрасной ноши таскать ему еще не приходилось. Не ощущая сопротивления, он медленно вошел в нее, и Анна, слегка прикусив губу, запрокинула голову. Еще один толчок, проникновение глубокое, объятие крепкое, и остренькие коготки расплатой за полученное удовольствие безжалостно впились в плечи. Голова Анны безвольно раскачивалась при каждом ударе. Дыхание прерывистое, сбившееся, и Ростовский, глядя на полузакрытые глаза девушки, возбуждался все больше. Анна, стараясь помочь ему, шевелилась, и ее движения, такие неловкие, только усиливали острые ощущения Ростовского. Илья сделал два шага и, прижав девушку к стене, входил в нее яростно, почти ожесточенно.

А вот это уже бездна!

Легкое покалывание внизу живота завершилось мощным выбросом энергии, и Ростовский, мгновенно обессилев, едва удержал девушку на руках. Уткнувшись в ее шею, Илья на несколько минут застыл у стены. Глупо, конечно, но сейчас он мстил Ладе за тот непонятный телефонный ответ. И, кажется, отмщение состоялoсь сполна.

— Пусти, — негромко напомнила о себе Анна. — Я устала. — И, улыбнувшись, добавила: — И потом, ведь стена холодная, я могу простудиться.

Илья ослабил объятия, и девушка легкой ящеркой скользнула на пол.

— Ты можешь ходить так, голой, — заметил Ростовский.

Анна фыркнула.

— Спасибо за разрешение, но в комнате немного прохладно, и потом, я не привыкла. И что ты скажешь, если кто-то неожиданно заявится?

Ростовский улыбнулся.

— Что-нибудь придумаю.

Сказка заканчивалась. Подняв брошенный халат, Анна небрежно набросила его на плечи, превратившись из Василисы Прекрасной в обыкновенную «лягушку-квакушку».

— Может, я чего-то не понимаю, но мне кажется, что ты со мной прощался, — сказала Анна, подняв влажные глаза на Илью.

— Ты права, — не сумел соврать Илья.

И тут же пожалел о сказанном, следовало объявить о своем решении как-то поделикатнее, что ли. Но вот только как именно? Подсказал бы кто!

Прикусив губу, Анна спросила:

— Кто она?

— Знаешь, в Москве я познакомился с проституткой. Так вот: это она, — после недолгого молчания отважился на откровенность Ростовский.

— Никогда не думала, что они тебя привлекают.

Вода продолжала хлестать в раковину, брызгая по сторонам. Странно, что он не обратил внимание на это раньше. Лицо девушки сделалось влажным. Что это, брызги воды или размазанные по щекам слезы?

Ростовский тяжело вздохнул:

— Знаешь, я сам об этом не думал. Во всяком случае, до последнего времени.

— Значит, у тебя с ней серьезно?

— Мне бы хотелось в это верить.

— Как ее зовут?

— Лада.

— У меня подругу так зовут… Теперь вот еще и соперницу. Она красивая?

— Очень, — мечтательно протянул Ростовский.

Анна отвернулась. Некоторое время она рассматривала висящую на стене картину.

— Ты ее любишь? — спросила Анна, повернувшись к нему. Теперь она всецело овладела собой.

— Хм. Сложный вопрос. Я много раз задавал его себе, — откровенно признался Ростовский. — Слишком много я о ней думаю, выходит, что люблю.

— А со мной… ты сегодня потому… Потому что помнил о ней все время и хотел ее. Признайся!

— Извини меня. Да! Только ты не обижайся, Анна. Ты чудесная, замечательная. Но ты не моя, вот в этом вся разница. Поверь мне, ты найдешь кого-нибудь другого, он будет лучше меня, достойным твоей любви.

— А если мне никого не надо, тогда что? — тихо спросила девушка, посмотрев на Ростовского снизу вверх.