Меня больше нет - Инна Разина

– Успокойся и послушай: я люблю тебя! И у меня никого, кроме тебя, нет. А если бы разлюбила, ты бы первый об этом узнал. Больше не буду оправдываться, можешь верить, а можешь – нет. В любом случае это будет твой выбор. Но если веришь, подумай, кто и зачем прислал букет?

Озадаченный взгляд Глеба показал, что я смогла пробиться сквозь его злость. Сначала он хмурился, потом бросил цветы на пол, улыбнулся и шагнул ко мне. Взял моё лицо в ладони, легко прикоснулся губами к моим губам и прошептал:

– Ты первый раз сказала это!

– Что?

– Что любишь меня. Я надеялся, но очень хотел услышать от тебя. Спасибо!

Не отводя от него взгляда, я повторила:

– Я люблю тебя! Хоть ты и дурак.

Глеб засмеялся и подхватил меня на руки. О букете он вспомнил только на следующий день, после завтрака.

– Я подумал над твоими словами. Считаешь – это не ошибка? Кто-то хочет нас поссорить?

Я кивнула.

– Кто?

Пожав плечами, я задумалась, говорить ли ему про визит Юрия Алексеевича? И решила пока промолчать, не была уверена, что злосчастный подарок – его рук дело. Но причина у него как раз была.

Через несколько дней я пожалела о своём решении. Вечером как обычно заехала за Глебом и ждала его на стоянке у офиса. Мне очень нравилось ездить с ним на мотоцикле, чувствовать спиной его грудь, прислоняться к ней на светофорах. Это было удивительное состояние спокойствия, надёжности и уверенности. Раньше я даже не догадывалась, что мне не хватает подобных ощущений, казалось, что вообще не испытываю в них потребности.

Глеб спустился, и мы поехали домой. Как только я слезла с мотоцикла и сняла шлем, ко мне подошёл парень, назвал моё имя и фамилию, протянул пакет и, улыбаясь, дежурно-любезным тоном произнёс:

– Добрый вечер, отель «Каприз». Вот, пожалуйста, привёз то, что вы у нас забыли. Мы всегда идём навстречу постоянным клиентам и с удовольствием выполняем их просьбы.

Я удивлённо молчала, Глеб нахмурился, забрал у парня пакет и заглянул внутрь. Быстро поднял голову, его глаза сверкнули яростью, и он повернулся к курьеру.

– Кто тебе дал её фамилию и адрес?

Парень испуганно переводил взгляд с меня на Глеба и молчал. Я потянулась за пакетом, там лежали предметы кружевного женского белья.

Видимо, выражение моего лица курьеру не понравилось, и он заговорил:

– Вы же сами звонили! Сказали, что были у нас днём и кое-что забыли. Мы проверили комнату и нашли ваши вещи. Вы дали этот адрес и просили их привезти, ещё напомнили, что не первый раз заказываете у нас номер. Описали свой мотоцикл и просили подождать, пока приедете. Я не понимаю, чего вы от меня хотите?

– Ты уверен, что это она тебе звонила? С какого номера был звонок? – угроза в голосе Глеба напугала парня ещё больше.

– Не знаю, я не запомнил голос. А на телефоне у администратора нет определителя, – растерянно ответил он и добавил: – Так это были не вы? Кто-то пошутил, что ли?

– А паспорт женщины, заказавшей номер, ты видел?

– Нет, мы не просим паспорта у клиентов. У нас полная анонимность, оплата сразу, и никаких проблем.

Он опять сбился на рекламный тон и замолчал, видимо, понял, что проблемы всё-таки могут быть. Потом осторожно спросил:

– Так я поехал? Извините, раз ошибся.

Глеб сунул ему в руки пакет и, махнув головой, отпустил. Потом вопросительно посмотрел на меня. Я немного поразмышляла и уточнила:

– Твой заместитель ещё в офисе или уехал?

– Оставался в офисе. А он причём?

– Давай-ка съездим к нему, поговорим.

– Сначала объясни, что происходит?

– Юрий Алексеевич недавно ко мне приезжал и просил не мешать твоей работе. Беспокоился, что наше знакомство плохо отражается на вашем бизнесе. Вот мне и интересно, не предпринял ли он что-нибудь по этому поводу?

– Считаешь, это он пытается нас поссорить?

Я пожала плечами.

– Почему сразу не сказала, что он приходил?

– Не хотела влезать в твои отношения с друзьями и партнёрами.

Глеб невесело засмеялся.

– Ты уже влезла во всё, что могла. Чем бы я ни занимался, думаю только о тебе. Юра прав – это мешает работе. Но мне наплевать, я выбираю то, что важнее. Пойдём домой, завтра сам с ним поговорю.

Глеб обнял меня за плечи, и мы направились к подъезду. На следующий день он рассказал, что его заместитель признал факт разговора со мной и повинился, что переживает за дело. Но причастность к букету и отелю категорически отрицал.

* * *

Выходные Глеб предложил провести у него в коттедже на природе, и я согласилась. На самом деле, я совсем не хотела туда ехать, но не придумала причины для отказа. После всех этих событий Глеб и так был немного на взводе, я решила не добавлять ему причин для недовольства. Тем более, он с таким предвкушением мечтал, что похитит меня на два дня и запрёт в своём замке, где мы будем только вдвоём. И загадочно намекал, что у него есть несколько интересных идей на это время, которые мне обязательно понравятся.

Мне не нужно будет заниматься готовкой, он закажет все продукты и попросит Татьяну Михайловну заранее приготовить еду. Отключит телефоны и отпустит охрану, чтобы никто и ничто не отвлекало нас друг от друга. Я только снисходительно посмеивалась над его задумками, мне и так было хорошо с ним, без всяких замков и необычных идей. Накануне я попыталась узнать, надо ли что-нибудь купить? Он ответил, что всё уже подготовил и заказал через секретаршу.

Мы приехали в коттедж в пятницу вечером на машине Глеба. Он загнал джип в гараж, схватил меня на руки и шутливо перенёс через порог дома. Потом поставил на пол в прихожей, притянул к себе и долго не отпускал. Я уже решила, что дальше коридора мы сегодня не попадём, но он, наконец, оторвался от меня и провёл в гостиную. Там был накрыт красивый стол на двоих, Глеб сам принёс из кухни оставленное в духовке Татьяной Михайловной горячее, и мы сели ужинать.

Женщина постаралась, всё было очень вкусно. На столе стояло дорогое шампанское для меня и несколько бутылок коньяка. Я не пила алкоголь, Глеб знал это и не стал настаивать, а сам выпил бокал, поморщился и понюхал его. Я полюбопытствовала, что ему не понравилось? Он ответил, что с коньяком что-то не то, но не стал углубляться и налил себе из другой бутылки. Впрочем, второй бокал тоже его не порадовал.

После ужина Глеб велел мне закрыть глаза и, крепко держа за талию, куда-то повёл, обещая сюрприз. Я чувствовала, что его руки дрожат, и улыбалась. Через несколько минут он разрешил мне открыть глаза. Мы стояли в застеклённой пристройке с бассейном. Она была погружена в полумрак, за окнами подсвечивался фонарями заснеженный сад, а само помещение было заставлено множеством горящих свечей. Поверхность бассейна была усыпана лепестками роз.