Фантом - Николай Лузан

Перси шагнул на ступеньку трапа и поежился. Колючий северный ветер хлестанул по лицу, и кожа моментально задубела. В Йошкар-Оле было намного холоднее, чем на авиабазе «Чкаловская» — близость к Уралу давала о себе знать. Задрав воротник куртки, он сошел на бетонку и присоединился к Хиллу с Брайеном.

Навстречу инспекторам, пылая бурыми от мороза физиономиями, скорым шагом приближались представители ракетной базы. Впереди группы не шел, а скорее, «камуфлированным шаром» катился коренастый полковник с добродушным лицом. За ним, едва поспевая, вышагивал долговязый майор. Остальные восемь офицеров-ракетчиков зябко переминались на расчищенной от снега площадке и бросали любопытные взгляды на американцев.

Полковник колобком подкатился к Смирнову и зычным командирским голосом доложил:

— Командование Киевско-Житомирской ордена Кутузова третьей степени ракетной дивизии готово к проведению инспекции. Руководитель группы сопровождения полковник Кашкин, — и затем, широко улыбнувшись, добавил: — Гостеприимная марийская земля всегда рада гостям!

— Насчет гостеприимства, Владимир Иванович, пока ничего не могу сказать, но с погодой ты явно подкачал, — едко заметил Смирнов и потер рукой начавший белеть на морозе нос.

— Игорь Сергеевич, претензии не ко мне. Вы были гораздо ближе к небесной канцелярии, — отшутился тот.

— Не будем спорить! До бога далеко, а ты рядом. Поехали, пока не зазвенели! — распорядился Смирнов.

— Есть! — козырнул Кашкин и предложил: — Если не возражаете, предлагаю следующий порядок. Впереди машина ВАИ, за ней «поларис» с представителями НЦУЯО, ЦОРД и американскими инспекторами, затем «буханка» с моими офицерами. Багаж и личные вещи повезет «козел».

— Как скажешь, Владимир Иванович, ты здесь хозяин! — не стал возражать Смирнов.

Кашкин обернулся к подчиненным, зычно отдал команду, и все пришло в движение. Долговязый майор и восемь офицеров — сопровождающих от ракетной базы, выдерживая четкий шаг, ровной шеренгой подошли к американским инспекторам и представились. Затем ядовито-зеленая машина, чем-то напоминающая буханку хлеба, лязгнув металлическими внутренностями, резво подкатила к сложенным в горку багажу и рюкзакам американских инспекторов. Из нее выскочил не первой молодости капитан и, блеснув на солнце линзами запотевших очков, вместе с прапорщиком принялись шустро перебрасывать вещи в машину.

Перси с тревогой проводил взглядом свой рюкзак: его бесцеремонно швырнули на пол «буханки», поднялся по ступенькам в автобус и занял место рядом с Блю. Позади них расположились офицеры НЦУЯО и ЦОРД. Последним вошел Кашкин и, пробежавшись строгим взглядом по рядам, приказал водителю:

— Степа, заводи «поларис»! Едем вокруг «Ешки»!

«Поларис»?! «Буханка»?! «Ешка»?! — Перси недоумевал, не находя объяснения такой сверхсекретности русских.

Двери этого, в отличие от ядерного американского «полариса», русского автомобильного чуда с душераздирающим визгом захлопнулись, и через мгновение Перси почувствовал себя так, будто попал в камнедробилку. Зубы выбивали барабанную дробь, голова грозила вот-вот оторваться, а в ягодицы шпыняла сорвавшаяся с креплений пружина. Судя по перекошенной физиономии, не лучше чувствовал себя и Блю. На очередной кочке он не выдержал и сквозь зубы процедил:

— Садисты! И вот так каждый раз!

Перси, чтобы не прикусить язык, промолчал и, вцепившись руками в ручку переднего сиденья, отвернулся к окну. По сторонам тянулся унылый пейзаж: занесенные снегом поля с редкими перелесками, покосившиеся от времени и непогоды бревенчатые избы, угрюмые мужики, как ему казалось, злобными взглядами провожавшие кортеж, — все то, что и двадцать лет назад он видел в Подмосковье.

Через километр картина за окном разительно изменилась. Дорогу стиснули заборы из красного кирпича, из-за которых аляповато помпезными особняками вызывающе заявляла о себе новоявленная русская буржуазия. Затем начались пригороды Йошкар-Олы, но рассмотреть их Перси не удалось. Центр города остался в стороне, и колонна, описав замысловатую петлю, въехала в уютный дворик.

На крыльце инспекцию встречали нервно переминавшаяся заведующая гостиницей и два дежурных администратора, больше смахивающие на вышибал из ночного бара. Кроме них во дворе и поблизости в парке не было ни души, лишь вдалеке за деревьями мелькали пешие патрули. Опытным взглядом Перси оценил: местная контрразведка с первого шага жестко очертила вокруг инспекторов незримую черту.

Но сейчас, после пытки в «летающем холодильнике» и русском «поларисе», ему было не до нее, в нем жило одно желание — поскорее забраться в тепло. Им с Брайеном достался угловой номер. Спартанская обстановка, а еще больше новая, после мороза, напасть — духота и жар, исходивший от раскаленных батарей, вскоре «выкурили» их в холл.

Там уже толкались Кейт с Эрл и постреливали похотливыми взглядами в угол, где стоял телевизор. Вряд ли им были интересны мелькавшие на тусклом экране местные красавицы, водившие хоровод у лесного родника, когда их живое воплощение сидело перед ними на диване.

Перси тоже задержал взгляд на горничной, и, действительно, в ней было за что зацепиться. Губки бантиком, кокетливая родинка над верхней губой, пышные формы и вызывающе глубокий разрез на короткой юбке, в который проглядывали соблазнительные розовые ляжки, заставили быстрее бежать кровь.

— Что, Марк, давно телевизор не смотрел? — ироничный вопрос заставил его смутиться.

Обернувшись, он увидел перед собой расплывшуюся в ухмылке физиономию Хилла. Тот причмокнул губами и мечтательно произнес:

— Ничего не скажешь, хороша! Я бы не прочь с ней покувыркаться.

— Да, мощная секс-бомба, — согласился Перси.

— Рассчитываешь взорвать?

— Ален, кончай ерунду пороть!

— Не знаю, не знаю. Ее моральные устои вряд ли поколеблешь, с коммунизмом у них давно покончено, а вот без запала можно точно остаться, — хмыкнул он.

— Да пошел ты! — вспыхнул Перси.

— Ну, будет тебе, Марк, шуток не понимаешь, — примирительно сказал Хилл и предупредил: — На всякий случай держи ухо востро, эта секс-бомба вполне может оказаться из арсенала ФСБ.

Дальше эту опасную тему им не удалось развить, из номера вышел Ли и пригласил подняться на второй этаж в конференц-зал для брифинга. Здесь американских инспекторов ждали полковник Смирнов, полковник Кашкин и офицеры группы сопровождения от ракетной базы.

Прединспекционная процедура шла строго по протоколу и заняла чуть больше получаса. По ее завершении Ли объявил цель инспекции — «Проверка исходных данных», и назвал объект — «Ракетный полк».

С этой минуты для инспекторов началась работа. Кейт записывал маршрут на миниатюрный навигатор, встроенный в наручные часы. Брайен, прячась за спиной Эрла, замерял радиационный фон на хитроумно упрятанный в поясную бляху дозиметр. Ли отвлекал разговором Смирнова и Кашкина. Но провести разведку подходов к ракетной базе им так и не удалось. Контрразведка, похоже, не дремала. Первым забил тревогу Хилл — его сканер обнулился в загадочном излучении, навигатор Кейта вывел его на Колыму, а дозиметр Брайена показал такую чудовищную дозу, от которой они должны были тут же облысеть. Русские же вели себя как ни чем не бывало, и только на лице долговязого майора, бушлат которого подозрительно топорщился на животе, гуляла иезуитская улыбка. От нее Хиллу стало не по себе, он отключил сканер, тоже сделали Кейт с Брайеном, и больше до ракетной базы они не решались искушать судьбу.