Когда соблазняет женщина - Дарья Калинина

– Сделаем, сделаем, – вздохнул следователь. – Успокойтесь только.

Но его слова не возымели никакого действия. До спокойствия ли тут!

– Нас всех перетравят, как кроликов!

– А кого не отравят, тех застрелят!

– Как маму!

Следователь оживился:

– Кстати, о вашей маме! Хочу вам сообщить, что ее состояние уже не внушает врачам опасений.

– Я знаю, – кивнул Владимир. – И я уже сказал сестре, что маме гораздо лучше. Шок прошел. И она уже самостоятельно передвигается и разговаривает.

– Врачи сказали, что ей сказочно повезло. Пуля скользнула по кости. Только кожа задета. Собственно говоря, это даже не рана, а так – царапина.

– Вам бы такую царапину! – зло бросила следователю Ольга. – В маму стреляли! И то, что она легко отделалась, еще ни о чем не говорит! Вы обязаны найти преступника!

– Мы ищем, ищем!

– Плохо ищете. Да и чего искать?! Вот она! Арестуйте ее!

– Разберемся.

– Арестуйте! Немедленно!

– Знаете что? Если вы немедленно не замолчите, я арестую вас!

– Меня?! – ахнула Ольга, побледнев. – За что же меня-то?

– За препятствие действию следствия! Вы меня сбиваете с мысли!

– Было бы с чего сбивать, – буркнула Ольга, но, увидев разъяренный взгляд следователя, все же замолчала.

Следователь обвел взглядом собравшихся. Все покорно молчали, ожидая, когда Суслов заговорит.

– Мы провели экспертизу гильзы от пули, выпущенной в вашу мать. Эксперты говорят, что это редкий экземпляр. Сейчас такое уже не выпускают. Коллекционное оружие. Браунинг. 1900 года выпуска. Калибр 7,65.

При этих словах Владимир дернулся всем телом.

– Как? Что вы сказали? Браунинг?

– Да, именно браунинг. Вам это о чем-нибудь говорит?

– Оружие анархистов и политических преступников! – пробормотал Владимир. – Именно из такого стреляли в Ленина и герцога Фердинанда.

– Вы что-то знаете?

– Знаю! Это пистолет моего отца!

– У вашего отца было оружие? Почему же вы мне о нем сразу же не сказали?

– А вы и не спрашивали! – парировал парень. – К тому же я просто забыл.

Следователь ему не поверил.

– В доме произошло нападение с применением огнестрельного оружия, а вы забыли, что именно такое оружие хранится где-то у вашего отца?

– Я ведь не знал, что в маму стреляли из браунинга, – оправдывался Владимир. – А сейчас вы сказали, и у меня в голове словно что-то щелкнуло.

– Лучше бы оно щелкнуло пораньше, – проворчал следователь. – И где хранится это оружие?

– Я не знаю. У папы. Это был подарок папе на его пятидесятилетие.

– И что? Ваш отец не сказал вам, куда положил оружие?

– Я не знаю. Оно должно быть где-то у него в кабинете.

– Мы осмотрели его кабинет. Оружия там нет.

– А сейф? – напряглась Раиса Михайловна.

– Сейф мы осмотрели еще в прошлый раз.

– У хозяина в кабинете был еще и другой сейф.

– Другой? Какой другой?

– Ну, за картиной. Такой маленький металлический ящичек. Сергей Юльевич вообще обожал всякие тайнички и потайные ходы. И в кабинете сделал себе не один сейф, а сразу два. Там, во втором сейфе, он и прятал свою пукалку.

– И вы об этом знали?

– Я ведь главная в доме по части хозяйства, – с достоинством пояснила экономка. – Мне по долгу службы положено знать, что и где у хозяев лежит. Они сами часто забывают, а я должна помнить. Мне за это деньги платят.

– И код знаете?

– Код хозяин обычно всегда рядом писал. Память у него плохая. Вы на обоях или под картиной с изнанки посмотрите, обязательно найдете.

Нужно ли говорить, что шифр следователь нашел, сейф открыл, но вот никакого оружия в маленьком сейфе не оказалось.

– Экспертизу оружия провести не удастся, – задумчиво заметил следователь. – Что же, будем ждать.

– Чего? Чего ждать?

– Когда оружие выстрелит вновь.

– Другими словами, когда из него убьют кого-нибудь?

– Это вы сказали, а не я.

Пока все ловили ртом воздух, приходя в себя от возмущения, следователь огорошил их следующим заявлением:

– Эксперты говорят, что на первый взгляд очень похоже на то, что Сергей был отравлен крысиным ядом.

– Господи! Мышьяк! – ахнула Раиса Михайловна.

– Нет. Мышьяк – это вчерашний день. Сейчас крыс травят составом, не имеющим ни вкуса, ни запаха.

– Сергей выпил яд!

Мариша толкнула Аленку в бок:

– Видишь, я была права. Твой брат был отравлен!

А тем временем следователь допытывался у остальных:

– В доме водились крысы?

Все подавленно молчали, пытаясь осмыслить услышанное.

– В доме водились крысы? – повторил свой вопрос следователь.

– А как же! – первой отмерла Катерина. – И в саду, и в подвале! Сколько угодно!

– И вы их травили?

– Да.

– Как?

– Специального человека вызывали. Раиса Михайловна лично звонила и вызывала.

– Подействовало?

– Еще как! Все грызуны исчезли!

– Давно проводилась санобработка?

– Да уж с полгодика, – поколебавшись, произнесла Катерина.

– Значит, до убийства Сергея Юльевича?

– Конечно! Это было много раньше. Я тогда еще только начала работать в их доме.

– А вы не помните, не оставлял ли тот человек немного отравы?

– Зачем это? – насторожилась Катерина.

– А как же! А вдруг грызуны снова объявятся?

– Ну…

– Говорите, говорите, – подбодрил ее следователь. – Как есть, так и говорите.

– Было дело, – не слишком охотно, но все же призналась кухарка. – Оставил нам парень пакетик. Вроде бонуса. И для гарантии. Вдруг какой-нибудь шустрый зверек ускользнул от отравы. Так он нам объяснил, как и сколько насыпать яду, чтобы окончательно извести крыс.

– И где он?

– Так уехал давно!

– Пакетик с ядом! Где он?

– Ах, пакетик! Так это… Не помню я.

– Не помните?

– Давно это было!

– Интересно получается. Яд в доме где-то есть. А вы о нем вспоминаете только теперь. И я ведь вам задавал вопрос, когда мы допрашивали вас по поводу смерти Сергея Юльевича.