Плюшевая засада - Дарья Калинина

– Но зачем Валентину Петровичу организовывать охрану жены, если он собирался ее прикончить?

– Возможно, в тот момент, когда нанимал охрану, он еще не собирался никого убивать. Планы Валентина Петровича могли поменяться уже после того, как стало ясно, что покорная прежде жена вышла из-под контроля. А потом он мог организовать охрану еще и с той дальней мыслью, что, когда ее не станет и начнется следствие, он разведет руками и скажет: что, мол, вы от меня хотите? Со своей стороны сделал все возможное, чтобы предотвратить несчастье. Даже охрану для жены нанял.

– Тогда ему как раз и нужно было устроить дело как-то так, чтобы его жена оказалась бы где-то на нейтральной территории. Чтобы ее убили не дома, а где-то в другом месте. А к кому бежала Елизавета Николаевна? Кто ее укрывал?

– Как мы с тобой и подозревали, не обошлось без вашей Анны Семеновны.

– А я говорила!

– За ней сразу же было установлено наблюдение. Но сама Анна Семеновна вела себя осторожно. На прямой контакт с Елизаветой Николаевной не выходила. Но все равно какую-то связь женщины между собой поддерживали. В общем, именно Анна Семеновна обратилась сегодня в полицию, где и сделала громкое заявление о том, что ее школьную подругу убили близкие родственники – муж и приемные дети.

– А как же Тарантул? Ты рассказывал, что Елизавете Николаевне от него приходили письма с угрозами.

– Я разузнал насчет этих писем поподробнее. С ними такая штука… Все они появлялись в доме словно бы ниоткуда. Днем письма еще не было, вечером уже лежит на столе в гостиной. Вечером в кухне на холодильнике висят лишь магниты, утром один из магнитов уже придерживает новое послание для хозяйки. Странно, да?

– То есть письма приходили не по почте, их оставлял кто-то из своих же?

– Смекаешь! Молодец! – похвалил Слава. – Да, кто-то из живущих в доме мог запугивать женщину. Или даже это затея самого Валентина Петровича. Чтобы, убив жену, он мог сказать, Тарантул во всем виноват, он ей угрожал, он ее и убил.

– Но зачем? Чем им всем мешала Елизавета Николаевна? Жила себе тихо, вела хозяйство, занималась садом, растила внуков.

– Садом она занималась. И внуков растила. Но дело все в том, что жила она на положении не то чтобы пленницы, но все же постоянно под присмотром. Валентин Петрович не из тех людей, кто оставит свою кубышку без надзора.

– О чем это ты?

– Понимаешь, есть один важный момент. Хозяин настолько был уверен то ли в преданности, то ли в недалекости своей жены, что за годы супружества записал на ее имя огромное количество всевозможной недвижимости, открыл кучу счетов и назначил ее главой множества своих фирм. Особенно прибавилось благосостояния у Елизаветы Николаевны, когда ее муж получит статус народного избранника. При должности депутата ему полагалось оставить свой личный бизнес. Он так и сделал. Кое-чем стали владеть его дети, но большая часть досталась жене. Номинально, разумеется, но тем не менее. Депутатская карьера Валентина Петровича закончилась буквально на днях. И тут исчезает его жена.

– На которую все богатство и записано!

– По сути, у самого Валентина Петровича в настоящий момент ничего и нету. Разве что какая-нибудь мелочь – квартира там, загородный дом или вилла. Всем прочим имуществом владела его жена.

– Вот оно что! Получается, что Елизавета Николаевна легко могла обойтись без своего супруга?

– Конечно, трудно ожидать от женщины, которая больше тридцати лет прожила за спиной своего супруга, таких решительных действий, но кто знает? Возможно, у Елизаветы Николаевны нарисовались какие-то дополнительные обстоятельства.

Ната кивнула с важным видом.

– Мне кажется, я даже знаю, что это были за обстоятельства.

И она поведала Славе о комнате за железной дверью. О комнате без окон, но битком забитой мягкими игрушками.

– Там держали какого-то ребенка. Я в этом уверена. И удерживал его там именно Валентин Петрович. А Елизавета Николаевна этого ребенка выкрала. И бежала вместе с ним. И мне кажется, я даже знаю, как они бежали.

– И как же?

– Пойдем со мной. Я тебе кое-что покажу.

Вот только подняться на ноги Нате удалось лишь с помощью Вячеслава. И потом, когда они шли по винному погребу к старой двери, его помощь тоже была не лишней, Нату сильно штормило. Вячеслав деликатно делал вид, что не замечает ее состояния, и как мог отвлекал Нату разговорами. Сама Ната была довольна. Теперь, в присутствии союзника, Нате было совсем не страшно.

Она привела Славу к той заколоченной огромными гвоздями двери, за которой начинался узкий тоннель, и показала ему ход из винного погреба.

– Как интересно, – произнес тот. – А что там?

– Не знаю.

– Какой-то проход. Давай проверим, куда он ведет?

– Это будет интересно.

Слава включил фонарик на своем смартфоне. Он оказался таким мощным, что в тоннеле сразу стало светло.

– Он ведет куда-то на улицу. Тут гуляет довольно сильный сквозняк.

Ната тоже чувствовала, как ветер шевелит волосы у нее на голове. Нельзя сказать, чтобы это было особенно приятно, но зато здорово помогало протрезветь. Слава шел впереди, Ната за ним и почти ничего не боялась. Ну разве что самую чуточку. Долго идти не пришлось. Вскоре они вышли к еще одной двери, которая привела их в старую конюшню.

Друзья стояли, оглядывались и понимали, что им приоткрылась одна из тайн «Двух кленов».

Когда Светлана, Георгий и Роман были маленькими, в конюшне стояла их верховая кобылка, на которой они все по очереди катались. Потом дети выросли, лошадку продали. А когда у Светланы родились свои малыши, добрый дедушка купил каждому из них по маленькому пони, для которых выстроили уже новую конюшню. В старой конюшне все три лошадки попросту бы не поместились. И так как старая конюшня стала не нужна, то она полностью перешла в распоряжение Елизаветы Николаевны, которая устроила в ней склад для хранения луковиц тюльпанов и гладиолусов, корней георгинов и канн. Также тут стояла газонокосилка и хранился прочий садовый инструмент.

– Похоже, Елизавета Николаевна отлично знала, что дверь из старой конюшни ведет в винный погреб. А через саму конюшню можно без проблем выйти наружу, минуя пост охраны у главных ворот.

Действительно, для удобства маленьких наездников из конюшни был сделан отдельный выход, через который можно было отправляться скакать в поля.

– Уверен, что именно этим ходом Елизавета Николаевна и вывела пленницу из дома.

– А свою подругу Антонину и экономку Клавдию она подговорила, чтобы они дурачили охранников и делали вид, будто бы пленница все еще находится в своей клетке.

– Пленница? Ты сказала, что Елизавета вывела из дома не пленника, а пленницу?

– Мне кажется, что в той комнате держали именно девочку. Все эти мягкие игрушки – это не для мальчиков. Конечно, и мальчики любят мягкие игрушки, но все же в таком случае это были бы медведи, волки или машинки и паровозики. А там все больше котятки, зайчики, бегемотики и жирафики. Девчачья тематика.