Нарушитель самоизоляции - Марина Серова

— В этом-то и твоя проблема, Ваня, — сказала я, удивившись, что впервые обратилась к нему по имени за все время нашего общения, — но ты всегда можешь сменить профессию на сомелье. Или кем ты там хотел быть? Да, актером…

— Ну… начальник обещал познакомить меня с нужными людьми в мире искусства, — заявил Иван без смущения, и мне стало противно.

Так вот почему он продолжает заниматься делом, которое ему совершенно не подходит. Ради связей и личной выгоды. Это, конечно, логично и умно, но как-то гадко, учитывая, что со своими прямыми обязанностями Иван справляется кое-как и, случись действительно проблемная ситуация, это может стоить жизни ему или случайно попавшимся под руку людям.

— Ладно, — я поднялась с места, — пойду спать.

Но Иван удержал меня за руку, он не хотел так быстро завершать вечер.

Я чуть не ударила его в белозубую улыбку. Остановило меня только то, что Иван может стать значительной помехой в исполнении запланированного мной плана. Хорошо бы, чтобы он тоже отправился спать.

— Может быть, еще немного поболтаем? — с надеждой вопрошал он.

Я была сыта им по горло, но куда больше его жалкими попытками подкатить ко мне. Это уже больше напоминало закрытие многолетнего гештальта, чем ухаживания.

Видимо, картинка о служебном романе в тропических декорациях слишком сильно засела у него в голове, и теперь приходилось соглашаться на обстановку этого мрачно-роскошного дома.

Я уже успела обратиться про себя ко всем известным богам и даже к Игнату, появление которого могло наконец-то избавить меня от моря неловкости. Правда, окунув в другое море неловкости, но это было неважно.

— Ты о чем-то конкретном хочешь со мной говорить? — осторожно и прямо спросила я.

Иван наконец-то выпустил мою руку и шумно вздохнул.

Какой же он манерный! Это невыносимо.

— О нас, — выпалил Иван.

Я представила, как беру со столика тарелку с остатками паэльи и размазываю соус по его лицу.

— Каких еще «нас»? — уточнила я.

— Женя! Женечка! — Иван вскочил и оказался передо мной, ухватил меня за руки и трепетно прижал их к своей груди. — Я с тех самых пор о тебе думаю, ты меня поразила…

Пока он будет изливать здесь свои пламенные речи, я успею состариться, или как минимум действие снотворного пройдет и Клаус проснется.

Нужно как-то прекратить этот цирк. Но как? Если все мои попытки прямолинейно объяснить этому романтику отсутствие с моей стороны малейшего интереса к его самолюбивой персоне увенчались полным провалом? Стукнуть его? Но это как-то невежливо. Да и нормальные люди так себя не ведут, я слишком одичала. С такими действиями можно записываться в кружок социопатов Игната и закапывать под его розовыми кустами трупы тех людей, разговоры с которыми меня просто чрезмерно утомили.

— Извини, но я о тебе совсем не думаю, — поделилась я, хотя это было неверно. Я думала об Иване, но явно не то, что ему хотелось бы услышать, — так что давай ты перестанешь тут играть в пылкого любовника и…

— Я даже еще не начинал! — пропустив мимо ушей первую часть сказанного мной, вдохновился Иван. — Если я тебе покажу, ты изменишь свое мнение…

— Фу, — коротко буркнула я и вырвала свои руки.

Я вообще не очень любила, когда меня кто-то трогал, и прощала тактильные контакты только тете Миле, которая без этого жить не могла.

Даже не представляю себе, как мы с ней умудряемся сосуществовать в такой гармонии, являясь полными противоположностями.

Иван все ждал от меня хоть какой-то еще реакции, но я думала о том, что сейчас уже должна была вломиться в комнату Клауса и копаться в его телефоне в поисках интересующей меня информации.

— Женя, — зачем-то снова повторил мое имя Иван, — ну почему ты такая холодная?

Он попробовал манерно тряхнуть черными кудрями и произвести на меня впечатление этим жестом, но тщетно.

В этот самый момент у меня за спиной многозначительно кашлянул Игнат.

— Иван, — сказал он своим привычно отчужденным голосом, — завтра у тебя поезд в час дня, я советовал бы лечь пораньше, чтобы не опоздать.

Я готова была его расцеловать из благодарности, если бы не догадывалась, что сейчас Иван точно начнет сопротивляться и попытается поторчать здесь намного дольше, отнимая мое бесценное время.

Впрочем, у этого обстоятельства был определенный плюс — пока они будут выяснять неизвестно почему натянутые отношения, я смогу незаметно прокрасться к Клаусу. Хорошо, если в этот момент Игнат будет занят Иваном, а не камерами наблюдения.

— Я сам разберусь, когда мне ложиться спать, — обиженно фыркнул Иван, — но спасибо за информацию…

«Давайте-давайте, — мысленно подначила я, — вам же столько нужно обсудить. Я бы посмотрела, но спешу».

Воспользовавшись паузой, я выскользнула из гостиной и быстро поднялась на второй этаж.

Снизу доносились приглушенные голоса, полные ядовитых интонаций. Даже жаль, что я пропускаю очередную словесную дуэль, но есть вещи более важные. Все-таки меня пригласили в этот дом не разнимать конфликты его обитателей.

Я прислушалась к двери Клауса — внутри болтал телевизор, но больше никаких звуков не доносилось.

Я аккуратно вскрыла замок и заглянула внутрь — мальчишка валялся поперек кровати и тихонько посапывал во сне. К моему величайшему везению, он даже поленился раздеться.

Я прикрыла за собой дверь и опустилась рядом с ним на колени, нашарила в скомканном одеяле телефон и уставилась на запароленный экран.

Так-так, что у нас тут? Отпечаток пальца. Великолепно, учитывая, что хозяин телефона находится рядом со мной и с готовностью может предоставить мне свою руку, хоть и без устного на то согласия.

Первым делом я проверила галерею, но не нашла там ничего особенно интересного.

В интересовавшую меня ночь было сделано всего несколько снимков — какая-то дискотека, все фотографии темные и смазанные, какие-то парнишки с коктейлями и ярко накрашенные девицы с ними.

На всякий случай я пролистала почтовый ящик и заметки, пока не добралась до приложения с банковскими операциями, также потребовавшего отпечатка.

Покупок за последнее время было прилично, и большинство из них за раз по сумме составляли средний оклад жителя Тарасова. Такими темпами можно начинать ненавидеть элиту за расточительность.

Интересовавший меня платеж я отыскала довольно быстро — перевод некой Елене Г. и еще каким-то неизвестным физическим лицам.

Все имена я переписала в свой телефон, а номера карт и телефонов пересняла. Стоит еще проверить всех этих персонажей.

Дальше меня ждало путешествие по страничкам в социальных сетях, которых у Клауса было приличное количество — он не брезговал ни одной из возможных платформ.