Черный мерин - Андрей Кивинов

Заметив меня, тетя не пожелала мне доброго утра, а зарылась в журнал, словно камбала в песок. Очевидно, сиреневая донесла ей о моем интересе к хозяину Медной горы. Я не стал приставать к ней с расспросами, сообразив, что ничего не услышу. Поблагодарил за ночлег и покинул уютный отель.

До трех часов я потратил время с пользой. Сидел на берегу мутной реки и любовался туманом. Перед этим прогулялся по Ленин-стрит, получил эстетическое наслаждение от деревянного зодчества времен социализма, краеведческого сарайчика и прочих развалин. Неужели нельзя снести старые бараки и построить новые?.. После, рискуя жизнью, подкрепился в местной пельменной, нанеся организму удар ниже пояса.

Нельзя, однако, сказать, что капитализация оставила город без внимания. Сразу за памятником, в самом солидном здании города приютилось казино «Данилушка». Кто хозяин – догадайтесь с трех раз. Судя по частично разложившемуся барельефу «Маркс-Энгельс-Ленин», здесь когда-то обитал горком партии. Казино предлагало не только сразиться в рулетку, но и насладиться женским и мужским стриптизом. Пенсионерам и шахтерам-героям социалистического труда обещали пять бесплатных фишек. Такая забота о простых людях не могла не радовать. В качестве главного приза заведение выставило на обозрение не традиционную иномарку, а слегка помятый итальянский холодильник «Индезит», перевязанный голубой ленточкой.

В казино я соваться не стал, суровый вышибала посмотрел на меня как-то нехорошо, видимо, распознав во мне чужака. Да и стриптиз я не очень люблю. Поэтому отправился загорать на речной берег.

Хвоста за собой я не заметил, хотя оглядывался с частотой четыре раза в минуту. Значит, про мой визит Демидову пока не стуканули. Народ я про хозяина не расспрашивал. В целях конспирации. Правда, в пельменной подслушал разговор двух местных предпринимателей, один из которых упомянул Демидова. После чего он поинтересовался у собеседника: сколько стоит написать завещание?.. Я пропустил это мимо ушей. Скрытая реклама, не более…

Без пяти три, как и было условлено, я стоял возле каменного Ильича, наблюдая за прохожими. Прохожие за мной не наблюдали. Туман, к слову, так и не рассеялся. Присмотревшись, я понял, что это был не туман, а угольная пыль. Как же они тут дышат без респираторов?..

У подножия памятника валялся затоптанный лозунг «Свободу Ходорковскому!», оставшийся после демонстрации протеста. И сюда, в глубинку, докатился гнев народный…

Вадик опоздал на пять минут. По его просьбе мы перебрались в тенистый сквер, пройдя мимо старинного авто «победа» с надписью «Продается» на лобовом стекле. Машина продавалась давно. Колеса уже кто-то купил…

– Значит, так,– оперуполномоченный достал раритетный «Аэрофлот».– «Пробил» я тему. Все верно, «мерсак» у Демида есть. Недели две назад появился. Действительно, в Москве купил. Вообще-то, у него несколько тачек, даже БТР одно время был, на охоту ездить.

– Чего, настоящий бэтээр?

– Переделанный. С кожаным салоном и кондиционером. Утонул в болоте. Ну да хрен с ним… Слушай дальше. До вчерашнего дня Демид рассекал на «мерсаке», а сегодня вдруг пересел на «лексус». Думаю, не просто так.

– Из-за меня, что ли?..

– Похоже. Я ж говорил, мы в кабинете не одни были. Ну, Колюня… Шавка продажная!

Вадик сплюнул под ноги слюной цвета тумана.

– Может, совпадение?

– Ага… В обе руки.

– И как теперь быть?

– Есть один вариант. Правда, проблемный.

Неписанный кодекс курьеров запрещает бояться трудностей при возвращении личных материальных ценностей, поэтому я решительно кивнул.

– Я готов.

– Демид живет за городом. Километрах в пяти отсюда. Домишко там, что твой Кремль… Участок на острове, в излучине реки. Небольшой такой островок, гектаров пять. Мост есть. Охраняемый. Охрана натасканная, со стволами. «Калаши», карабины…

«Я все больше и больше влюбляюсь в Суходольск».

– Короче, по-взрослому все. Там же на острове у него гаражи. Четыре штуки, металлические. Железо – «десятка», двери бронированные. Гаражи по периметру обнесены колючей проволокой, есть две вышки с прожекторами.

«Ах, как хочется ворваться в городок…»

– Короче, фирменный концлагерь… Проволока хоть не под током?..

– Нет. Раз в час территорию обходят бойцы с ротвейлерами. Плюс камеры слежения.

– Куда ему столько всего?

– Наследие позорного прошлого. Тут же лет пять назад настоящая война была из-за шахты. И свердловская братва ее подмять хотела, и алябинская, и даже московская. Воры в законе, опять же… Много бойцов полегло. В конце концов Даниле шахта досталась. Суходольская команда тогда на весь Урал гремела. Как самая отмороженная. Есть и нам чем гордиться… Сейчас-то все более-менее устаканилось, но охрану Демид не снимает. Одно время над островом даже вертолет патрулировал военный, но год назад летную часть расформировали. В общем, джип, скорее всего в гараже. Смотри…

Вадик взял прутик, расчистил ногой землю и нарисовал схему Демидовского участка.

– Вот мост. Это особняк… Здесь церковь.

– Какая еще церковь?..

– Персональная. Грехи замаливать. Батюшку нанял, иконостас прикупил. На самой большой иконе себя заказал нарисовать. Данила-великомученик… Ладно, не отвлекайся… Вот гаражи. «Мерин», по информации, раньше стоял в этом,– опер ткнул прутиком во второй от берега гараж,– вышки тут.

– На вышках тоже охрана?

– А как же… Теперь запоминай. Вот сюда свет прожекторов не попадает. Мертвая зона. Можно незаметно подобраться с берега. У тебя будет час, потом охрана спустит собак.

«Ротвейлер – моя любимая порода. Восемьдесят кило живого мяса, давление челюстей пятьсот атм…»

– И что я должен успеть за этот час? Взломать гараж?..

– Нет, это нереально. Но можно просверлить дырку в стене и посмотреть, твоя ли там тачка.

– Дырку?

– Конечно. Миллиметров десять, вполне хватит… Ты ж говорил, свой агрегат даже по запаху узнаешь. Посветишь в дырку фонариком и посмотришь. Это самый реальный вариант из всех. Вернее, других просто не существует. Думай… Если готов, вечером я отвезу тебя на берег.

– На берег? А дальше?

– Дальше вплавь. Но там немного плыть. Метров сто. Правда, течение сильное…

– А на лодке нельзя?

– Во-первых, лодок тут никто не держит, во-вторых, охрана засечет.

Препятствия росли с каждым словом Вадика. А с ними и уверенность в завтрашнем дне (от слова «дно», а не «день»). Скажу откровенно, плаваю я не столь замечательно, как езжу на машине. В мои курьерские обязанности не входит доставлять документы вплавь.

– А дырку-то чем сверлить?..

– Ручной дрелью, чем же еще? От электрической шуму будет на весь остров.