За личное мужество - Андрей Воронин

Анжела наконец поняла, что ее новый охранник Константин имеет над ней не только чисто физическую, но и эмоциональную власть, но избавиться от этого наваждения даже не пыталась. Впрочем, ей этого и не хотелось. В ранней юности Анжеле казалось, что деньги решают все проблемы. Но, еще и года не прожив в Америке с богатым, но старым, а потом еще и больным мужем, Анжела на своем теле прочувствовала, что не в деньгах счастье. Муж был болен, но ревнив. Она боялась не то что с кем-то вступить в связь, но даже лишний раз заговорить с мужчиной на улице или в магазине, офисе. Повсюду ей чудились его глаза и уши. Ведь на кону стояло целое состояние, которое в конце концов оказалось в ее руках. Но теперь появилась новая проблема. Теперь она просто панически боялась быть обманутой. С одной стороны, ее молодое, полное сил и энергии тело изнывало без ласки сильных рук и горячих и упругих мужественных губ. Но с другой, те красавчики, которых она была не прочь затащить в постель, были не то что не богатыми, они были бедными. Когда Гарик ввел ее в высший свет и она познакомилась с теми, у кого, как и у нее, имелись немалые средства, она открыла, что новые русские олигархи холодны и скучны, а их сыночки настолько инфантильны, что даже думать о каких-то с ними отношениях ей не хотелось.

Гарик, который усиленно сватал ее то за одного, то за другого богатого холостяка, в конце концов разозлился и в сердцах бросил:

— Живи тогда с сантехником или охранником!

И вот эти его слова и оказались пророческими. Охранник Константин не просто удовлетворил все ее накопившиеся за долгие годы воздержания желания и фантазии, но и, она это чувствовала, сделал ее по-настоящему счастливой.

Самое странное, что ее даже перестало тянуть в казино, к которому она пристрастилась еще за океаном, пытаясь этой страстью заглушить совсем другие свои страсти и желания. Она и не заметила, как Константин всего за несколько дней, по сути, стал хозяином в ее доме. И ей это нравилось. Анжела даже подумывала о том, чтобы сделать предложение Константину, — сам он, ясное дело, никогда не решится сказать, что готов стать ее мужем. Константин был едва ли не единственным мужчиной, которого она не поправляла и не принуждала называть ее на американский манер Анжелой — с ударением на первом слоге.

Однако, как поняла Анжела, Константин был совсем не так прост, как показалось ей вначале. У него, похоже, кроме их совместной, была еще своя, параллельная и далеко не спокойная жизнь. И когда остывал любовный жар и к ней возвращалась способность трезво мыслить, в голову лезли вопросы, настоятельно требовавшие ответа.

Что за бумаги он смотрит по ночам в кабинете, что за странные люди с внешностью уголовников стали без ее ведома появляться в их доме и, главное, о чем это Константин неустанно говорит, спорит и даже ругается с Гариком? Кое-что он ей рассказал и даже, можно сказать, взял ее в свои сообщницы. Идея с созданием эксклюзивной финансовой пирамиды ей понравилась. Но ей все равно казалось, что от нее что-то скрывают.

Анжела хотела сама за всем проследить, все проверить, но, когда в очередной раз Константин, вместо того чтобы поваляться подольше с ней в постели, ответив на звонок мобильного телефона, вдруг вскочил, натянул джинсы и, ничего не объясняя, куда-то помчался, Анжела не выдержала. Она накинула халат и, расслышав в холле знакомые голоса, устроила истерику.

— Гарик! — раскрасневшись, заорала она еще с лестницы. — Кто в этом доме хозяйка?!

— Ты, моя радость… Ты, конечно… — умильно пропел Гарик, стараясь уже тоном ублажить, утихомирить Анжелу.

Но та, заметив, что Константин, который сидел закинув ногу на ногу на диване и внимательно изучал какие-то бумаги, даже ухом не повел, стащила с ноги домашнюю туфлю и со всего размаха бросила ее вниз.

Константин сделал вид, что это его не касается, и продолжал читать бумаги.

— В конце концов, почему ты без моего ведома врываешься в дом, вынуждаешь моего охранника заниматься твоими делами?! Ты раньше такого никогда себе не позволял! — продолжала злиться Анжела.

Она хотела пристроиться рядом с Константином на диване, но тот встал и отошел в другой угол, к стоящему у окна столику.

— Зачем мне такой охранник, если мне даже выйти с ним никуда нельзя?! Я хочу развеяться, я хочу показаться в свете, и не одна, — заявила Анжела капризным тоном, — а иначе зачем мне все эти брюлики, которые я из Америки привезла… Вот и на сегодня от соседей получила приглашение. У них там что-то вроде вечеринки. Они откуда-то из Малайзии вернулись.

— А какие из соседей тебя пригласили? — насторожился Гарик и, заметив, что Анжела напряглась, уточнил вопрос: — Те, что слева, или те, что справа?

— Слева, — уверенно кивнула Анжела, — когда я вот так стою, то слева. Я, когда еще Константина не было, гулять на речку ходила. А Татьяна собаку выгуливала. У них такой здоровый далматинец. Я вот думаю тоже далматинца завести… А потом Татьяна к нам прибегала, когда свет в поселке после грозы вырубился. У них в доме свечек даже не было. А у них же ребенок маленький. Годик всего…

— А, так это Мельников, — махнул рукой Гарик и, обращаясь к Константину, сказал: — Эй, слышь, Костян, тут тема наклевывается, Мельник гостей собирает…

Константин промолчал.

— А кто такой этот Мельников? — поинтересовалась Анжела.

— Да строительством занимается… Миллионер… — пожал плечами Гарик.

— Но Татьяна говорила, что у нее муж совсем молодой…

— Так он и есть молодой, — подтвердил Гарик. — Он первый свой миллион к двадцати годам заработал.

— Заработал? — удивилась Анжела.

— Я даже догадываюсь как, но не скажу… — пожал плечами Гарик.

— Ну так как, Костя, мы идем к этим, как Гарик говорит, Мельниковым? — опять, активно флиртуя, пошла в наступление Анжела.

Но Костя так был занят какими-то подсчетами, что только нервно дернулся.