Опасное доверие - Барбара Фритти

– На третьем году. Мы были в одной команде. Именно Джейми и предложил перейти в ФБР.

– Никогда не думала, что он пойдет по стопам отца. – Софи покачала головой. – В детстве он говорил, что никогда этого не сделает.

– Он и мне об этом рассказывал. Джейми изначально хотел найти собственное призвание, но, когда его отец вышел на пенсию, понял, что может пойти в Бюро, и никто не скажет, что он пользуется именем отца. – Деймон посмотрел на Софи. – А ты никогда не хотела работать в ФБР?

– Никогда. Даже мысль такую не допускала.

– Вот как.

Она смущенно взглянула на него.

– Я, конечно, восхищалась тем, что делал мой отец. Он был настоящим патриотом. Верил в страну, долг, верность, честь. Свою жизнь он посвятил служению стране, и я гордилась им. Иногда мне было неловко из-за того, что я такая эгоистка, но меня всегда больше интересовала история, чем текущие события. Собрать цельную картину чьей-то истории из того немногого, что осталось от домов, городов или захоронений, это так захватывающе.

Когда она увлекалась, в ее карих глазах вспыхивали золотистые крапинки, и ему это нравилось. Но еще больше нравилось, когда ее страсть обжигала его самого.

– Однажды я нашла маленькое золотое кольцо с гравировкой, – продолжала Софи. – Мне потребовалось почти два года, чтобы выяснить, что оно принадлежало юному принцу в очень древней стране. Он умер в день своей свадьбы – его застрелил соперник, добивавшийся внимания его невесты. Погиб в семнадцать лет.

– Что случилось с убийцей?

– Не сомневалась, что ты об этом спросишь, – рассмеялась Софи. – Сказывается подготовка специального агента. Меня больше интересовало, что случилось с женой.

– И ты выяснила?

– Женщину заставили выйти замуж за убийцу ее мужа. Но, что интересно, этот человек умер от яда несколько лет спустя. Никто так и не узнал, кто это сделал. Я думаю, это была она.

– Похоже на одну из мыльных опер моей матери. Как ты вообще узнала все это по одному кольцу?

– Я проследила по гравировке происхождение кольца до семьи принца, а затем изучила старые рукописи и предания того периода времени и собрала все это воедино. Я намеренно упрощаю, но на самом деле все не так легко.

– Впечатляет. Ты, должно быть, отлично разбираешься в исторических головоломках.

– Признаюсь, мне действительно нравятся сложные задачи. Когда я нахожу что-то, например кольцо или кость, у меня появляется желание узнать о находке все. У каждого человека есть своя история, и многие из них остаются нерассказанными, но время от времени это удается сделать мне. Вот так мы рассказываем историю и извлекаем уроки из нашего прошлого. – Она перевела дух. – Я иногда чересчур увлекаюсь.

– Тебе нравится то, что ты делаешь. Это здорово. Далеко не каждый может этим похвастаться.

– Мне это действительно нравится. Я хотела стать археологом лет, наверное, с шести. Ты не представляешь, сколько раз я перекапывала наш задний двор.

– Находила что-нибудь?

– Кости чьей-то собачки. После этого мои родители ввели мораторий на раскопки на заднем дворе. Но записали меня в летний лагерь.

– Твой отец говорил, что ты еще и преподаешь.

– Да, с осени преподаю, а летом езжу на раскопки. В следующем месяце мне нужно быть в Египте.

В ее глазах промелькнуло беспокойство.

– Что-то не так? – спросил он.

– Я только что вспомнила, что на следующей неделе выпускные экзамены. Собиралась провести уикенд за подготовкой тестов. Предполагалось, что в понедельник я буду в офисе, а в среду приму экзамен. И вот вместо этого я сижу здесь, в убогом номере мотеля, не имея возможности с кем-либо связаться. Что будут делать мои студенты? Как быть с экзаменами? Среди студентов есть выпускники. И некоторые из них работали на двух работах, чтобы иметь возможность поехать со мной на раскопки в июле. Я подведу очень многих и чувствую себя ужасно виноватой. По-твоему, я веду себя эгоистично?

– Нет, ты все делаешь правильно. Сегодня утром тебя могли убить. Черт возьми, тебя могли убить прошлым вечером, если бы ты вернулась в квартиру. Это не какая-то игра. Твой отец мертв, и мы пытаемся тебя спасти. Уверен, в университете знают, что ты пропала. Тебя кто-нибудь заменит. О твоих студентах позаботятся.

– Наверно, ты прав, – задумчиво сказала она. – Просто не хочу, чтобы кто-то из них пострадал из-за этого.

Деймона тронула ее забота о других. В его мире это было редкостью. Для него круг тех, кому можно доверить свою жизнь, кому он сам был предан беззаветно, ограничивался парой близких друзей, с которыми он не раз подвергался опасности. Преданность Софи распространялась на студентов, работодателей, друзей, даже тетю, которую она не видела с шестнадцати лет.

Интересно, а могла ли она питать такие же чувства к нему…

Но нет, ему это не нужно. Он этого не хочет. Зачем ему кто-то, с кем нужно встречаться, о ком нужно беспокоиться и кто будет беспокоиться о нем. Поэтому он и сбежал от нее четыре года назад. Знал, что, если останется до рассвета, она сплетет паутину, из которой он не сможет – или не захочет – выбраться. Он давным-давно дал себе обещание, что никому не позволит контролировать то, что он делает, с кем встречается, куда ходит.

И вот это обещание он сдержал.

Иногда оно казалось ему пустым и нелепым.

Но он всегда говорил себе, что лучше быть тем, кто уходит, чем тем, от кого уходят.

– Ты притих. О чем думаешь, Деймон?

– О твоих учениках, – солгал он. – Единственный способ защитить их – держаться от них подальше.

– Ты прав. Посмотри, сегодня утром ты оказался рядом со мной, и тебя едва не подстрелили.

– Нет, нет, никакого «едва». Меня беспокоит другое, – сказал он, вспоминая перестрелку у озера.

– Тебя беспокоит, что в тебя не попали? – удивилась она.

– Просто интересно, почему наш стрелок не дождался более удобного момента. Или… Почему он был один? Будь их двое, они бы нас не выпустили.

Софи нахмурилась.

– Тебя не устроило мастерство нашего стрелка?

– Ты была прямо перед окном, но он в тебя не попал. Специально? Или это был предупредительный выстрел?

– Я об этом не думала, – медленно сказала Софи. – Но зачем ему меня предупреждать?

– Понятия не имею. Я просто размышляю.

– Одно из моих любимых занятий. Я хорошо собираю пазлы, но не думаю, что у нас достаточно деталей, чтобы составить полную картину.

– Мы начнем собирать их завтра.

– Не люблю ждать.

– Я тоже. До сих пор жду объяснений, куда мы направимся утром, – многозначительно добавил Деймон.

– Недолго осталось.

У него на